Allure

Сокджина воспитывала лишь мать, и в своё время она решила сразу познакомить сына с жестокой реальностью. Например, когда он только начал осмысленно говорить и понимать, мама сразу же пресекла все вопросы накорню и честно призналась, что не знает, кто его отец. Рассказала о том, что забеременела им в 17 лет, и поэтому ей пришлось бросить школу. От тётушки Сокджин узнал, что у его матери было несколько любовников, все из Элиты, каждый из которых тратил на неё туеву кучу денег и даже дарили достойные квартиры в Эмали. Но что квартир, что ухажёров, она лишилась сразу же, как только они узнали о беременности. И так Сокджин провёл свои первые годы, осознавая, какой ношей он был для матери, поэтому в остаток своего детства он делал всё, чтобы хоть как-то облегчить ей жизнь. Бывали, например, моменты, когда она его хвалила: обнимала, когда пришло письмо, оповещающее о получении им стипендии в лучшей старшей школе города, в той, в которую даже Синим трудно попасть. Всё верно, те люди, что всегда смотрели на него свысока, будут с ним в одном классе. Ещё с юношества Сокджин знал, что Элите доверять нельзя. И вот почему именно в этот момент Ким Сокджин, кодовый номер #92-4508 сидел напротив Ким Намджуна, наследника самой большой электронной компании в Южной Корее, в одном из самых шикарных ресторанов Эмали в самом центре зала. - Так ч-что бы ты хотел заказать? – запинался Намджун. - Эээ, - пробежался Сокджин глазами по меню, где одни напитки стоили недельной маминой зарплаты, – воды? - Я угощаю. - Газированной воды? – выбирал он самое дешёвое. Намджун кивнул и огляделся на другие столы. Так как это произошло? Сокджин был одним из трёх Плебеев в школе. Трёх! В течение дня Сокджин был тем, на кого пялились без остановки, а кто-то и вовсе имел наглость хвататься за его левый рукав, чтобы поглазеть на штрих-код. Учителям он об этом не рассказывал, они и так знали. Когда над ним издевались, он пытался сцепиться глазами с кем-нибудь из взрослых. Но они всегда отворачивались, хмуря брови. Единственный, кому, казалось бы, было не всё равно, был профессор Кан, хотя и он косился на физкультуре. Сокджин решил, что и с ним наедине он не останется. Раз все одноклассники так к нему приклеились, что ж, он решил присоединиться к их игре. И получать хорошие оценки. Чтобы лица богатеньких хлюпиков, которые могут позволить себе личных репетиторов, перекосило. Ким Намджуна перекашивало лучше всех. Да и пялился он чаще остальных. После того, как Намджун перекрасился в платиновый, Сокджин начал задумываться о том, что его взгляды, возможно, связаны не с его социальным статусом, а с тем, как хорошо с ним обошлось половое созревание. (Не, ну правда, иначе зачем ему так вопиюще заглядываться на Сокджина в раздевалке? Да и, вообще, везде?) Поэтому, когда Сокджина выбрали помощником старосты Намджуна, он посчитал это возможностью для проведения небольшого эксперимента. Неужели этот богатый пень положил на него глаз? Судя по их перепихону в клубе, да. Ну или может быть? Сокджину так кажется. Иначе зачем Намджуну приглашать его в такой ресторан? Пятнадцать минут прошло с начала свидания, а блондин взглянул на него всего раз, и то, когда Сокджин припозднился (хотя, по правде говоря, он уж было решил свалить, при виде мраморных полов и дорогостоящих красных занавесок, обрамляющих вход в ресторан). Не знал он, считать свой порыв дурным знаком или же поощряющим. В школе Намджун всегда разговаривает уверенно, иногда имеет смелость учителей перебивать. Даже когда староста и его зам выполняют свои должностные обязанности в послеурочное время, в голосе Намджуна есть что-то командирское, приказное, он всегда твердит Сокджину, что ему делать. Но здесь? Он даже слова боится выронить. Абсолютно другая его сторона. Сокджин разглядывал серебряную утварь. Где бы это лучше продавалось? На чёрном рынке в Трущобах или в ломбардах Эмали? - Как день прошёл? – выдавил Намджун и попытался посмотреть в глаза напротив. - Хорошо, наверное, - пожал плечами Сокджин, на что тот кивнул и снова отвёл взгляд. Джин не переставал крутить серебряный ножик в руке: - Твой? - Мой? - Твой день как? – пояснил он. - Эм…хорошо. Спасибо, что спросил. - Ну, ты первый спросил, а я просто следовал общим нормам поведения. Намджун подёргивал свой галстук, а Сокджин продолжал оценивать нож. Наверняка больше в ломбарде. Плебеи в Трущобах не обратили бы внимание на петушиное перо, что было выгравировано на нём. Мясо режет и чёрт с ним. Намджун прокашлялся: - Вообще, я работал над проектом по истории. - Оу. Очередная пауза. - Уже тему выбрал? – спросил Джин. - Думаю написать о цензуре, или же, если это будет слишком обширно, о том, как Кабинет решает, какие книги «одобрены», а какие надо сжечь. - Может следует о чём-то помягче написать? О щеночках там. Профессор Кан вроде собачник. - Чем плоха цензура? Сокджин снова пожал плечами: - Не знаю. Просто. Ещё одна пауза. Центр стола был также роскошен. Это что, бриллианты на ободке у подсвечника? Еле как Сокджин удержался, чтобы не дотронуться и не покрутить их в собственных пальцах. Это бы явно указало на то, из какого сословия он вышел. И пусть длинные рукава скрывают его штрих-код, Джин до сих пор диву даётся, как консьерж его впустил. - Ты о чём пишешь? В работе,- украдкой спросил Намджун. - Тату и их история. Как клеймились преступники, - ответил тот. Намджун опустил глаза в меню. Сокджин поднял в потолок. Потолки у ресторана высокие, с какими-то замысловатыми рисунками и узорами на них. Осмотревшись, Сокджин остановил свой взгляд на соседнем столике. Мужчина и женщина – его жена, судя по нехилому булыжнику на её безымянном пальце. Женаты года три, прикинул Сокджин, судя лишь по тому, как тихо они едят, хотя под столом ножками-то играются. Стадия романтичного «медового месяца» подходит к концу, посчитал он. А женщина-то миловидная. Если б она только не красилась так сильно, а то подводка больно толстая. Чем-то енота напоминала. Мужчина был одет в подобающий костюм. Сокджин даже приметил золотые запонки. Вернув свой взор на потолок он размышлял о слишком коротких брюках и дешёвой голубой рубашке, что были на нём. Он пробубнил под нос: «Не моё это место». - Что? - Знаешь, я пожалуй пойду, - привстал он со своего места. - Почему? – Намджун посмотрел прямо на него, отрывая взгляд от меню, но Сокджин не ответил ему тем же. Лишь подхватил на руку блейзер, задвинул стул и направился к выходу. - Прости, что из-за меня бронь пропадёт. - Ким Сокджин! Да постой же ты! Сокджин обернулся. Намджун стоял с тем самым по-бараньи упёртым взглядом на лице. - Почему ты так сильно хочешь отсюда уйти? Мы даже ещё не заказали? – звучало больше как приказ, нежели как вопрос. Сокджин посмотрел вокруг, облизал губы, поправил складки на брюках и присел обратно на задвинутый прежде стул: - Намджун, прошу тебя, люди же смотрят. Блондин покрутился и увидел, что да, все перестали жевать то, что жевали, и глазели на странную парочку. Плюхнувшись обратно на свое место, он спрятал лицо в ладонях: - Может мне не стоило бронировать столик прямо посередине. - Не стоило бронировать столик вообще. - Я хотел пойти в La Sirena, но там всё было забито, - массажировал он виски. - Это был знак, что не стоило этого всего делать. - Почему нет? - Это нелепо! Каждый из этих людей, наверное, приехал сюда на своих дорогущих тачках из своих высокоэтажек в центре города, чтобы поесть еду за те баснословные деньги, которых она не стоит, из тарелок со стразами! - Это самоцветы. Сокджин прищурил глаза: - Ты уловил мою мысль. Мне здесь крайне неловко. - Что случилось с Мистером Я-настолько-красив-что-даже-убийство-сойдёт-мне-с-рук? – подтрунил Намджун. - Это другое! Клубы – это вообще другой разговор! Они грязные, и все там настолько сосредоточены на себе, что им абсолютно наплевать на тех, кто вокруг. Там легко быть уверенным! – ополз Сокджин на стуле. – А здесь у меня такое чувство, что все на меня пялятся. Намджун понимающе кивнул: - В этом ты не один. Лицо Сокджина выдало непонимание. - Я тоже чувствую, как все на тебя смотрят. -Ну спасибо, - простонал тот. - Хэй, а чего ты ожидал, когда ты самый привлекательный человек в этом заведении. Сокджин моргнул: -Чего? Щёки Намджуна залились румянцем, внезапно подсвечники стали куда интереснее остального: - Я к тому что, ну, т-ты выглядишь потрясно. Сокджин уронил взгляд на свои ладони и тихо произнес: - Вовсе нет. - Вовсе да. А теперь захлопнись и закажи, наконец, что-нибудь кроме воды, - подозвал Намджун официанта. Даже у официанта были золотые запонки. А ещё шикарная перьевая ручка с чернилами, которой он писал. Нехотя Сокджин заказал себе спешл-сет. Точнее Намджун заказал два, пока Сокджин смерил его взглядом с противоположной стороны стола. И получаса не прошло, как официант приподнёс им бутылку вина и еду. Это было что-то вроде рыбы, её глаза ещё как будто проживали последние секунды. Поэтому бокал вина был куда интереснее, на нём тоже были сияющие драгоценные камушки. Намджун бы их назвал, но Сокджин не спрашивал. К тарелке он практически не прикасался, хотя он честно съел весь хлеб. Это ведь считается? А вот вино быстро закончилось. Сокджин не заметил, кто пил больше, но оба были приятно удивлены, когда бутылка опустела. Даже у официанта глаза не своих размеров стали, хотя его не удивило, что Намджун решил заказать ещё одну. И на этот раз Сокджин бдил за тем, сколько в себя вливает. Он ни в коем разе не собирался повторять то, что произошло в клубе. Не больно-то хотелось проходить через ещё одно неловкое утро. Снова. В итоге Намджун попросил официанта упаковать бутылку, чтобы он смог взять её домой. На десерт они решили не оставаться. Сокджин пулей умчался с порога ресторана, забегая в стеклянный прозрачный лифт и засматриваясь на город. С такой высоты ему виднелись практически все дома Эмали и все квартиры Трущоб. Если бы Сокджин прищурился хорошенько, то даже мог бы распознать огромное белое здание с клубками пара над ним, где работала его мать. Намджун навалился на другую стенку лифта. Послышался вздох Сокджина: - И что мы тут забыли? - У нас было…должно было быть свидание, Сокджин. Ты же в курсе, что они из себя представляют? - Конечно. Просто у меня никогда их не было на самом верхнем этаже дорогущего Эмальского ресторана,- продолжал он разглядывать стекло и старался не смотреть Намджуну в глаза. Может, а может и нет, причина крылась в его последнем ответе. - Тогда чем вы обычно занимались? Сокджин пожал плечами: - Обычно ели в закусочных, а потом занимались сексом у него дома. - Как всё просто у вас проходило, - не ускользнуло изумление в его голосе. - Ты не думай, что у меня много кто был. Всего лишь один бывший. Мы с ним были вместе два года, - прильнул он головой к стеклу лифта. - Почему расстались? - Ему не нужен был внебрачный Плебей на хвосте, из-за которого шансы переехать в дом побольше, где-нибудь в Эмали, стремительно катились к нулю. Сокджин услышал, как Намджун пошевелился после его слов, и вздохнул: - Вот почему всё это плохая затея. - Ничего не плохая, - запротестовал Намджун, - просто твой бывший... Сокджин моргнул: - Что? Намджун сглотнул и решил высказаться: - Окей, ну есть у тебя штрих-код, ну живёшь ты в Трущобах и, судя по его словам, твоя мама ходила налево, - на это Сокджин кивнул, бессмысленно было отрицать очевидное, - но ты умён, красив, с манерами. Твой социальный статус ничего не меняет. Щёки Сокджина горели от таких приятных слов, от чего он тихо прошептал: - Тогда почему ты так меня ненавидел? Неуверенно Намджун начал переминаться с ноги на ногу: - Из-за давления. Все ждали от меня, что я всегда и во всём буду первым. Поэтому меня бесило, что я стал вторым. - После Плебея? - После кого-либо. Будь это Элита, Синие или Плебеи. Мне всё равно на классовые предрассудки. - Говоришь, как политик, - прыснул Джин. - Нет, правда, если бы я хотя бы на йоту задумывался о сословиях, стал бы я бронировать столик в таком заведении? - махнул он рукой в сторону ресторана. - Особенно в самом центре зала? Если б меня волновал твой статус, я бы не выводил тебя в свет, а просто пригласил бы ко мне пожрать рамёна. Сокджин засмеялся, а Намджун улыбнулся так, как улыбался ему на утро после ночи в клубе. - Хорошо, поверю тебе на этот раз. Но в следующий - мы идём к тебе домой, согласен? С меня готовка. - То есть...это второе свидание? - поднял он бровь. Сокджин облизнул нервно губы и отвёл взгляд, чувствуя, как блондин улыбается. - Ты не сказал «нет». - Ой, замолкни, - спрятал он улыбку за рукой, над чем Намджун вдоволь тешился. Городской зелёный смог прятался за яркими огнями улиц пока Намджун нарезал круги по главным дорогам Эмали, проезжая мимо районов дорогих брендовых магазинов, которые Сокджин в глаза-то ни разу не видел. От их цветастых и безвкусных вывесок ему хотелось смеяться. На этот раз Сокджин не показывал дорогу. И хотя они ехали в полной тишине, неловкости в воздухе более не было. Намджун припарковался напротив дома шатена. В этот раз поцелуев на прощание не было, хотя Сокджин замешкался на минуту, когда Намджун прильнул к нему. Но тот быстренько открыл дверь и вышел. Продолжая улыбаться весь путь до своей комнаты.