Утро

У Куроко всегда было много подушек на кровати, даже несмотря на то, что сама кровать была не такой уж большой. Еще там всегда было теплое одеяло, в которое можно было уютно зарыться, не боясь, что будет холодно. Куроко всегда надевал теплую пижаму обычного синего цвета, но она обязательно должна была быть ему впору, иначе ночью можно было нечаянно перекрутиться и запутаться, чего Тетсуя очень не хотел. Во всем доме обязательно были теплые ковры, чтобы можно было босиком пробежаться до кухни и принести себе чашку горячего какао, который хоть и запрещали пить в кровати, но в комнату приносить разрешали. Так было когда Куроко еще жил с родителями, ходил в младшую и среднюю школу и ни о чем не волновался. Ни о баскетболе, ни о людях вокруг, ни о том, что его не замечали. Все было тихо и спокойно. Но это было раньше. С тех пор многое изменилось. Тетсуя больше не жил в том большом и холодном доме, его заменила маленькая, но уютная квартирка в центре города, где совсем не появлялись чужие люди. Пол был везде деревянным, но Куроко это больше не волновало: ведь у него были самые любимые парные тапочки, которые Дайки подарил ему на последний день рождения, ужасно краснея и все порываясь выкинуть «такой никчемный бабский» подарок. За какао Куроко теперь тоже не нужно было бегать, Аомине каким-то магическим образом умудрялся вычислять, когда «его Тетсу» хотел горячего, поэтому через пару минут после возникновения желания, Тетсуя уже получал небольшую зеленую кружку с теплым, но обязательно не горячим напитком. Пижаме тоже пришлось претерпеть значительные изменения. Она была на несколько размеров больше, чем надо и все норовила сползти с плеч, так мешая во сне. Но Куроко все равно не хотел покупать новую, потому что это была даже вовсе и не его пижама. В такие моменты Тетсуя считал, что вещи Дайки смотрятся на нем весьма неплохо. Людей вокруг пришлось все же заметить, баскетбол сумел объединить их всех, но не то, чтобы Тетсуя был недоволен: иногда он ловил себя на мысли, что ему стало чуточку теплей внутри и вечный холод начал отходить на задний план. Особенно когда Кисэ с восторженными криками кидался на Мидориму, пытаясь показать ему что-то «ну совершенно потрясающее и хватит уже смотреть в свой гороскоп». Акаши немного пугал, но даже он любил проводить время в компании со всеми, а Мурасакибара даже иногда делился сладостями. Правда, очень редко. Куроко часто задумывался, что кровать в квартире была слишком большая, да и к тому же подушек на ней было всего три. Но очень скоро Тетсу понял, что большего ему и не нужно было: ведь теперь он спал совсем не на подушке, если, конечно, не выделить Аомине такое почетное звание. Одеяло тоже было всего одно, но Куроко больше не чувствовал холода во сне. Единственное, что он ощущал, - это теплые и надежные руки, всегда обнимающие его и оберегающие от всех бед. Хотя иногда эти руки и давали обидные подзатыльники. Каждое утро начиналось всегда одинаково: сначала громкий будильник, потом сонное ворчание рядом и следом поток прохладного воздуха всего лишь на мгновение, а потом снова тепло. Но только уже не от горячего человека, а от подоткнутого одеяла. Затем раздавался тихий скрип двери и иногда еле слышимые зевки, всегда тщательно маскируемые. После этого Тетсу обычно снова проваливался в сон и просыпался в следующий раз уже от запаха любимого какао. Но он и не думал открывать глаза, потому что знал маленький секрет Дайки, который тот уже давно оберегал. Стоило полежать так еще немного, сонно дыша, и можно было ощутить легкое касание тонких губ на щеке, совсем невесомое, но обязательно присутствующее каждый день. И вот только после этого Куроко показательно потягивался, жалуясь на раннюю побудку и пряча довольную улыбку в подушке.