Столкновение

      Спустя час Эльза вернулась. Она молча зашла в комнату, и на нее сразу набросилась Женька.       — Эльза! С тобой все в порядке?       Дейдара тоже поднялся, ожидая ее ответа. Сасори так же было интересно, что скажет девушка. К этому времени к ним присоединился еще и Тоби. Он не повернулся к Эльзе, но ждал ее ответа, глядя в карты.       Девушка совершенно спокойно заговорила, снимая с себя кофту и копаясь в шкафу.       — Со мной все нормально.       — Точно? — тут же спросила Женька.       Эльза повернулась к ней, положила руки на плечи и слегка наклонилась.       — Точно. Не волнуйся, я в норме, — она улыбнулась и обняла девочку. — Иди сюда.       Женя так же широко улыбнулась и крепко обняла сестру в ответ.       Сасори усмехнулся, понимая, что все произошло именно так, как и должно было, и отвернулся к игре, тогда как Тоби уже был готов отбиваться.       — Ну что, все карты поменял? – прищурившись, спросил Данна у Тоби.       — Что вы, Сасори-сан? Разве Тоби может так поступить? Тоби хороший мальчик и обыграет вас даже в честном бою!       — Я не сомневаюсь, — с такой же загадочной улыбкой протянул Акасуна и кинул следующую карту.       Сасори знал, что Тоби вовсе не глупый неумеха. Порой Тоби вел себя слишком подозрительно и несоответствующе своему образу. Такой человек, как Сасори, не мог это не заметить. Поэтому Акасуна всегда вел себя с ним крайне вежливо и осмотрительно.       Они продолжили игру, из которой как всегда уже выбыли Дейдара и Женя, проиграв с самого начала.       Эльза отпустила Женьку и та, чуть ли не плача, поглядела на нее.       — Эй, ты чего? — с улыбкой спросила девушка.       — Просто, просто я так за тебя переживала…       За семейной сценой наблюдал Дейдара, стоя немного в стороне. Он был увлечен тем, что происходило между сестрами. Эльза не могла это не заметить.       — Цирк тебе что ли? — грозно спросила она.       Блондин оторопел от такого резкого замечания, нахмурился и отреагировал соответственно:       — Ты че блин, я тебе что-нибудь сделал, м?!       — Я не собираюсь ждать, пока ты решишь меня ударить или как-нибудь унизить, как и все вы здесь!       — Ты сейчас сама напрашиваешься на то, чтобы тебя ударили или унизили! — вскипел подрывник.       — Эльза, не говори ему так! — заступилась девочка. — Он тоже сильно переживал.       Дейдара хмыкнул, делая вид, как будто это не так, и отвернулся.       Эльза, решив для себя считать всех Акацуки врагами, недоверчиво поглядела на блондина, а потом на Женьку. Решив его игнорировать, она вновь улыбнулась сестре.       — Ладно. Я пойду, наверное, приготовлю что-нибудь.       — Хорошо, — обрадовавшись, что сестра в полном порядке, произнесла Женька и, когда Эльза ушла, подбежала к Дейдара.       — Она в порядке!       — Даже более чем, — недовольно отозвался парень.       — Да брось ты. Я так рада! — переполненная эмоциями, девочка обняла подрывника. Он сначала удивился, а после неуверенно обнял в ответ.       Такая милая сцена не могла остаться незамеченной.       — Как мило. Вы только поглядите, — не отрываясь от игры, негромко произнес Сасори, что его услышал только соигрок.       — Тоби заметил это еще давно, — как всегда глупым голосом отвечал Учиха.       — Да, я тоже заметил давно. Поглядим, что из этого получится.       — А еще интересно, с кем вскоре будет так обниматься старшая сестра.       — Не думал, что Вам это интересно, Тоби-сама, — любезно произнес Сасори. Тоби замолк и кинул следующую карту.       Эльза отправилась на кухню. Войдя, она запнулась, увидев сидящего в одиночестве Итачи, но сразу взяла себя в руки.       — Здравствуйте.       — Привет, — отозвался Итачи, взглянув на нее. Они встретились взглядом и Эльза быстро отвернулась.       Девушка подошла к холодильнику, достав продукты. Приступив к готовке, она просто молчала, переживая внутри весь шквал эмоций и мечтая, чтобы у них завязался хоть какой-нибудь разговор.       «Вспомни же, Эльза, как общаться с парнями. Ну!»       Через пару мгновений она все-таки заговорила:       — Вы любите рис, Итачи-сан?       Учиха поднял голову, отвлекаясь от книги, и посмотрел в спину девушки, возившейся у гарнитура. Не долго думая, он ответил.       — Да.       — Понятно, — тут же отозвалась Эльза и замолчала.       Казалось, на кухне стало еще тише, чем прежде. Все будто провалилось в пропасть абсолютной тишины, и она давила на Эльзу со всех сторон. Похоже, Итачи не собирался заводить разговор, ему было просто все равно. Эльза вновь стала размышлять, чего бы такого спросить, чтобы у них развязалась нормальная беседа и Итачи мог оценить, что Эльза не глупа и знает, что сказать.       — А какой рис вы любите?       Эльза так же стояла к нему спиной и, так как он не видел ее лица, зажмурилась от стыда и кошмара, понимая то, что сказала полную чушь.       Итачи это тоже понял, но, будучи человеком вежливым, решил ответить на эту глупость.       — Это зависит от того, как его приготовят.       Эльза с натянутой улыбкой обернулась к Учихе.       — Согласна, я тоже так считаю.       Итачи молча смотрел на девушку, мол «что-то еще?», и она тут же отвернулась, продолжая готовить.       Ничего не выходило. Эльза не могла взять себя в руки и воспринять Учиху, как обычного парня, чтобы спокойно поболтать с ним. На кухню зашел Кисаме.       — О, Итачи-сан. Я вас искал.       «Еще бы ты его не искал», — недовольно подумала про себя девушка, на мгновение возненавидев мечника за то, что он помешал их разговору. Конечно, едва ли можно было назвать это разговором или беседой.       — Зачем ты его искал? — на кухню следом зашел Сасори.       Его вопрос явно прозвучал с нотками иронии и издевки. Сасори как бы намекал на то, что Кисаме постоянно крутится вокруг Итачи.       Хошикаге удивленно посмотрел на скорпиона.       — …Я, ну,... искал и все, чего тебе надо? — грубо отозвался мужчина.       Довольный Сасори зашел на кухню, удовлетворенный ответом Кисаме.       — Спокойно, Кисаме. Наверно, ты его искал, чтобы узнать, что это он читает? — сам подставил и сам помог. Сасори просто не мог не манипулировать чужими эмоциями и чувствами.       — Ну, это тоже, — немного подумав, согласился Кисаме, переставая хмуриться, попавшись на уловку Данны. — Так что вы читаете, Итачи-сан?       Итачи кинул быстрый укоризненный взгляд на Сасори, тот ему едва ли заметно улыбнулся, и Учиха спокойно ответил.       — Стихи.       — Стихи? — вдруг отозвалась Эльза. В голову ей пришла глупая мысль. Девушке хотелось выставить себя кем-то, чтобы понравится.       — Да, стихи, — повторил Учиха.       — А что такое? — поинтересовался Сасори, присаживаясь за стол.       — Да ничего, — как будто безучастно произнесла девушка. — Просто… — задумчиво протянула, вытирая руки кухонным полотенцем, — дело в том, что я…       — Пишешь стихи? — завершил ее фразу Сасори.       — А, что? — девушка удивилась, что её задуманную ложь еще и продолжили, — В общем, да.       — Очень интересно, не почитаешь нам что-нибудь? — с интересом попросил Данна и локтями облокотился о стол, не отрывая глаз от Эльзы.       Итачи тоже было интересно послушать. Он прикрыл книгу. Кисаме тоже сделал вид, будто ему интересно.       Эльза растерялась. «Боже, что я сейчас им скажу? Скорее вспомни хоть один стих!»       Они молча смотрели на нее, Эльза понимала, что тишина затягивается, и резко начала рассказывать первое, что пришло в голову.       — Хорошо, — она натянула улыбку и приступила.

Я к вам пишу - чего же боле? Что я могу еще сказать? Теперь, я знаю, в вашей воле Меня презреньем наказать. Но вы, к моей несчастной доле Хоть каплю жалости храня, Вы не оставите меня. Сначала я молчать хотела; Поверьте: моего стыда Вы не узнали б никогда, Когда б надежду я имела, Хоть редко, хоть в неделю раз, В деревне нашей видеть вас, Чтоб только слышать ваши речи, Вам слово молвить и потом Все думать, думать об одном И день и ночь до новой встречи, Но, говорят, вы нелюдим, В глуши, в деревне все вам скучно, А мы... ничем мы не блестим, Хоть вам и рады простодушно. Зачем вы посетили нас? В глуши забытого селенья Я никогда не знала б вас, Не знала б горького мученья. Души неопытной волненья Смирив со временем (как знать?), По сердцу я нашла бы друга, Была бы верная супруга И добродетельная мать. Другой!.. Нет, никому на свете Не отдала бы сердца я! То в вышнем суждено совете... То воля неба: я твоя.

      Она замолчала, так как дальше уже не помнила. На самом деле, первое, что пришло ей в голову, было: «У лукоморья дуб зеленый…», но вторая мысль — этот стих — показалась ей более приемлемой.       Сасори поднял ладони и захлопал пару раз.       — Признаюсь, это замечательно.       Эльза скромно, но весьма довольно улыбнулась, вновь вытирая руки, которые были уже давно сухими и посмотрела на Итачи, ожидая от него какой-нибудь реакции. Учиха только едва заметно кивнул в поддержку словам Акасуны. Девушка выдохнула и отвернулась.       — Я, пожалуй, продолжу готовить.       Никто не был против, и Сасори принялся что-то вновь рассказывать коллегам.