Сыворотка Чистой Крови

Драко, на себя не похожий, выбил палочку из рук незнакомца и тут же заклятием отбросил его в сторону сильного пламени. Огонь, к счастью, охватил лишь брюки девушки. Драко успел потушить их. Она упала на колени, в порванной одежде, заплакала, пока огонь под властью темной магии вмиг собрался в один маленький язычок, а после потух. Драко ужаснулся от того изобилия трупов, что предстало его глазам. Он склонился к Пэнси и содрал с нее брюки. Не было стыда, был страх потерять. Глубокие до мяса раны, кровь течет, словно из водопада. Драко достал палочку и нежно взял Пэнси за грязные волосы, откидывая ее голову назад, из-за чего с ее губ сорвался тихий стон, а слезы стали падать на землю. Он поднес губы к ее подбородку и аккуратно откинув ее голову еще ниже стал заживлять раны мерзкими заклятиями. Руки задрожали и она начала падать, из-за чего Драко пришлось отпустить ее волосы и подхватить за талию, не позволяя упасть. - Драко, - вдруг зашептала она, начиная дрожать еще сильнее. - Тише, - шепнул он ей на ухо, поднимая палочку выше и сжимая ее руку, желая перехватить часть ее боли себе и освободить ее от страха. - Пр... прекрати, Я умоляю, - слезно молила она, впиваясь когтями в его кожу. - Др... Драко. Он резко отвел палочку в сторону и она вскрикнула. Этот полный страха и горечи голос эхом прошелся по всей разрушенной территории. - Вот так, вот так... - Как это... сладко - пара замерла. Прозвучал голос... ничего хорошего не предвещающий. - Даже приторно. Но Я буду милосердна к влюбленным сердцам, Сектусемпра! Теодор достал палочку и отразил атаку Джинни, привлекая ее внимание. - Теодор, - радостно развела руки она, выбивая палочку из рук Малфоя и ловя в свою. - Какая встреча! Драко посмотрел на ее шею и кивнул Нотту. - Джинни, - он опустил палочку, голос стал довольно вальяжным, надменным. - Дорогая, что привело тебя сюда? - Новость о том, что здесь гуляет сам Драко Малфой! - улыбнулась она, подходя к нему, беря за подбородок и довольно беспардонно целуя. Дафна недоуменно посмотрела на Драко, но тот лишь пожал плечами, сам не зная, что у нее за странные порывы. Неужели смерть Забини сказалась на ней так? - А что привело тебя сюда, дорогой? - спросила она, отпуская свои цепкие пальчики от его кожи. - Да так, - он опустил взгляд и заметил, что на ее шее болтается массивная безделушка, словно сошедшая с рисунка на том пергаменте. - Не тяжеловато ли украшение для тебя? - Лорд доверил мне его, - гордо заявила она, встряхивая пальцами коробочку. - Да? - Теодор посмотрел на Пэнси, что выудила палочку из кармана, дрожащей рукой протягивая ее Драко, что подозвал к себе Дафну. - Он сказал, что Я - Избранная, - прошептала она ему на ухо. - Для нашего Избранного. Драко аккуратно взял Дафну за руки и, пристально наблюдая за Уизли, поднес палочку к ее виску, тихо нашептывая заклятия. - Жена? - поднял брови Нотт, пока Дафна издала тихий стон, а Пэнси зажала ее рот рукой. - Покровительница, - голос сорвался, а глазам Нотта предстала Дафна. Та, по которой он скучал. С горящими глазами, палочкой в руке и гордо выпрямленной спиной. Палочку она выронила, глаза потухли и она влетела в его объятия, пламенно целуя и даже не замечая, что наступила прямо на волосы ненавистной однокурсницы. - Тео, - прошептала она, крепко обнимая его и запуская пальцы в его волосы, словно только что вышла из комы. Он поднял ее на руки, позволяя ей не стоять на цыпочках. Драко поднял на руки Пэнси и та откинула голову, вздыхая. - Я скучала, - признала она, болтая ногами и крутя головой, словно ребенок. - Как ты избавилась от действия вакцины? - спросил он, обходя огромную мраморную плиту и выдвигаясь к паре, которая никак не могла оторваться друг от друга. - Не суть важно, - отмазалась Пэнси. Дафна немного стыдливо, с неохотой отпустила губы Нотта, опуская голову и выводя круги на земле, словно маленькая. Теодор нагнулся и снял с шеи Джинни подвеску, обхватывая ее пальцами. - У тебя нет с собой ножика? - спросил он у Пэнси, но та помотала головой, даже немного улыбнувшись. - Есть шикарная альтернатива, - заметила Дафна привычным, глубоким голосом, садясь на колени и расстегивая верх мантии Джинни. Она коснулась участка сердца и, найдя на земле осколок от окна, протерла его в ладонях, оставляя пару ссадин. Она разогрела участок кожи гриффиндорки круговыми движениями и провела по нему осколком, пальцы ее заметно дрожали. Она сдернула со своей руки рукав и резко прижала ткань к ране, надавливая. Проблема была в одном. Всегда. Осколок, шприц, нож... это выводило лишь часть яда. Только змея была способна прокусить клапан и уничтожить весь яд. Только она.

***

Хлесткая пощечина. Одна единственная, но боли от нее больше, чем возможно. Девушка падает на мраморный пол, раскидывая руки и опуская голову, пока щека разгорается от прилива крови. - Усвой до конца своих дней, - прошипел мужчина, склоняясь к ней и беря за руку, заставляя сжаться. - Ты моя жена и если ты еще раз позволишь себе говорить такое, Я лично вышвырну тебя из этого дома! - он резко отпустил ее руку и она упала. - Тварь. Распустила язык. Радуйся, что Я милосерден. Другой бы давно заткнул тебя так, что ты бы больше в жизни себе не позволила такого, - он встряхнул волосы, сам испытывая слишком сильный переизбыток гнева и сил. - Чтобы Я тебя сегодня не видел, - и он вышел из комнаты, запирая дверь и аппарируя. Гермиона сжалась, словно котенок, сжимая ручки в кулачки и утыкаясь в них носом. Вдруг он увидела, что что-то блестит неподалеку. Она привстала и поползла, но силы покинули ее на полпути. Она вытянула руку, чувствуя холодок стекла. Она закрыла глаза и вытянулась еще немного, издавая стон, но все же притягивая к себе находку. Она сжала ее в кулачке и притянула к груди, там отпуская и опуская взгляд. Фигурка. Осколок воспоминания о том, как она делала их на Новый Год для друзей пронзил ее мозг. Она взяла свою фигурку за крылышко и притянула ближе, к лицу, по щеке скатилась горячая слеза, что после потекла по полу, словно маленький ручеек. Она положила фигурку рядом с собой и перед тем, как окончательно потерять сознание, услышала знакомый с детства голос, что нежно прошептал, словно в бреду: - Гермиона.