Just a mild case

Молли Хупер открыла дверь квартиры на Бейкер стрит 221Б и увидела Джона, который в тот самый момент буквально скатился вниз по ступенькам и врезался в девушку. Сверху раздавался приглушенный стук. - Что происходит? – тихо спросила Молли. Джон выглядел так, будто вторгся в Афганистан снова, но теперь у Ватсона не было ничего кроме полотенца для защиты. - Его Высочество Заноза-в-заднице требует другие носовые платки. Видите ли его прекрасная кожа слишком чувствительна и нуждается в самых дорогих изделиях Теско, - прошипел Джон, - ты поднимешься? - Я планировала… но сейчас я… - МОЛЛИ! – позвал громкий голос сверху, правда, теперь он был довольно скрипучим и прерывался приступами кашля. - Как он, черт бы его побрал, узнал, что я здесь? – быстро прошептала Молли Ватсону, который смотрел на нее смущенно. - Это Шерлок, чего ты ожидала? В любом случае, сейчас ему без разницы кого звать: меня или тебя. Ты знаешь, с тех пор… - Джон пошевелил бровями, будто намекая на что-то, и Молли покраснела, - в общем, развлекайся, присматривая за своим… хмм… за Шерлоком теперь. Я вернусь через час. Хочу встретиться с Мэри, мне нужна чашка чая. Позвони, если тебе нужна будет помощь. Молли была совсем не рада перспективе присматривать за детективом, который болел сильнейшей формой пневмонии. Она любила этого мужчину слишком сильно, но иногда, даже в то время, когда он был полностью здоров, Шерлок был не выносим, а сейчас, когда он слег с температурой, детектив стал самим Дьяволом во плоти. Неважно, ее любовь должна все преодолеть, и девушка начала подниматься по ступенькам. - Кстати, Молли, - позвал ее Джон на полпути к двери, - он ведет себя сейчас слишком по-детски, поэтому требует слишком много внимания. - Ты не представляешь, насколько, - загадочно проговорила Молли, исчезая за дверью комнаты. Джон в шоке тряхнул головой. Ему никогда не понять эту женщину

***

Молли аккуратно приоткрыла дверь в комнату Шерлока, замечая разбросанные бумаги и расставленные тут и там полупустые чашки. Обычно, квартиру детектива нельзя было назвать идеально чистой, но благодаря совместным усилиям Джона и Молли обстановка была опрятной и аккуратной. Сейчас же казалось, что по комнате прошел тайфун. - Молли, - позвал слабым голосом Шерлок с дивана, - почему ты так долго? Я просил чашку чая больше часа назад. Молли вздохнула и посмотрела на консультирующего детектива, растянувшегося на диване и одетого в жуткую голубую футболку и пижамные штаны и накинутым на все это безобразие шелковым халатом. Он был очень бледен. И выглядел совсем молодо. - Почему ты не попросил Джона? – спросила Молли подходя к нему. Шерлок посмотрел на девушку. Его глаза лихорадочно блестели, а нос покраснел. Детектив пожаловался: - Он добавляет в чай лимон. Я не люблю чай с лимоном. - Шерлок, - строго произнесла Молли, - Чай с лимоном поможет от жара. Шерлок потянулся и взял ее маленькую руку в свою. И нежно проведя большим пальцем по костяшкам, протянул: - Пожалуйста, сделай мне настоящий чай. Ты же не желаешь мне смерти. Ты любишь меня. Молли вздохнула в очередной раз и пошла на кухню заваривать чай. Она никогда не могла отказать Шерлоку, особенно, когда он так просил. Заходя на кухню, девушка заметила пустую мышеловку на столе. - Хм… Шерлок. Где Глэдстоун? - Эксперимент, - все, что получила она в ответ. Молли даже не стоило переспрашивать.

***

- Этот еще более ужасен, - произнес Шерлок, сделав глоток чая. Молли старалась не закричать на него (убийство не решит проблемы) и еще раз глубоко вздохнула, успокаивая себя. Она забрала у детектива чашку (Шерлок проводил ее взглядом) и спросила: - Что ты хочешь теперь? Когда мужчина не ответил. Молли обвела взглядом квартиру еще раз и заметила на столе кастрюлю: - Шерлок, что это? - Жир. - Жир? - Миссис Хадсон называет это куриным бульоном. Я называю его жиром. Вкус мерзкий, - Шерлок попытался придать голосу пренебрежительности, однако еще один приступ кашля свел на нет всего попытки. Молли притронулась к губам, задумавшись. Девушке нужно было его каким-то образом его накормить, он и так выглядел, как смерть. Она уже подумывала приготовить карри, к которому Шерлок, кажется, был неравнодушен, когда детектив с силой схватил ее руку и дернул на себя. Застигнутая врасплох Молли упала на мужчину, почти касаясь его губ своими. - Ох, Шерлок, что ты… - начала она, но была прервана. - Можно я поцелую тебя, Молли, пожалуйста, - попросил Шерлок, раскрывая глаза для большего эффекта, - я не целовал тебя уже вечность! Молли резко отклонилась в тот момент, когда он почти дотронулся до нее своими губами. - Нет, Шерлок, мне жаль, но ты можешь меня заразить. - Пожалуйста? Господи, Шерлок умолял ее о поцелуе. Если бы Молли могла вернуться на шесть месяцев назад и рассказать это прошлой себе, то та бы просто умерла от счастья. Черт, она должна следить за своими мыслями. Молли еще раз мягко отклонилась от мужчины, на что Шерлок обиженно промычал в знак протеста, но успокоился сразу после того, как девушка присела на диван и заставила его положить голову себе на колени. Она аккуратно поглаживала его голову, путаясь пальцами в его густых волосах. - Лучше? – спросила она. Шерлок блаженно прикрыл глаза вздыхая, и Молли улыбнулась. Вдруг сумасшедшая мысль пришла ей в голову. - Soft kitty, warm kitty… - запела девушка, изо всех сил стараясь не засмеяться. - Что ты, черт побери, поешь? – возмущенное лицо детектива заставило Молли громко расхохотаться, - и что в этом смешного? - Эм… Ничего, просто песенка… забудь, - она еще раз прикоснулась к его голове, поглаживая. Шерлок прикрыл глаза и замурчал. - Молли, - прошептал Шерлок, - ты останешься до тех пор, как я не проснусь? Молли улыбнулась ему и, наклонившись, поцеловала его лоб. - Конечно, Шерлок. Шерлок растянул губы в улыбке и разрешил Молли накрыть себя пледом.

***

Такую картину и застал Джон, вернувшись через пару часов домой (его долгое отсутствие объяснялось лишь тем, что он боялся возвращаться в квартиру). Молли дремала, а Шерлок, положив свою голову на колени девушки спал, иногда похрапывая. Рука детектива крепко сжимала кисть Молли. «О, Молли, - прошептал Джон, ставя пакет с покупками на стол в кухне, - Ты слишком замечательная, просто святая.»