The last words of beginning

На пороге балкона сидит парень. На вид лет двадцать, смоляные волосы, голубые глаза, ровные черты лица, яркий готический макияж, чёрный корсет со шнуровкой, черные трусы и такого же цвета чулки с поясом. На шее красуется чёрный тонкий ошейник, который не только дополняет костюм, но и является доказательством принадлежности кому-то. Такой стиль выбрал на сегодня его Хозяин. В тонких пальцах Рема сигарета, докуренная до середины. Клубы густого дыма заполняют балкон, окна которого никто даже не удосужился открыть. Губы напряжены, он весь в ожидании. В любой момент в дверь могут позвонить. Сейчас он заполнен только волнением, ведь неизвестно, что ожидать от сегодняшнего вечера. Только одна эмоция, а всё остальное – пустота. Мы с вами чувствуем столько всего, а ему показывать что-то на людях запрещено. Таков его мир. Многие считают это неправильным, позорным, извращённый, но для него это стиль жизни, ведь он Тематик. Слепое подчинение, вера и доверие своему Хозяину – вот основные требования к сабмисcиву. Сигарета истлевает почти до фильтра, когда по квартире разносится трель дверного звонка. На лице не дрогнул ни один мускул, но в груди все клокотало. Поднявшись на ноги, Рем пошёл к двери, отбивая чёткий ритм кожаными сапогами до колен. От нажатия на ручку дверь открывается, представляя взору Его. Мастер всегда одевался лаконично и со вкусом. Также и сегодня. На нём было чёрное пальто, тщательно выглаженные брюки, всегда идеально чистые туфли, кожаные перчатки и на шее красовался серый шарф, который подарил ему сам Рем, когда Хозяин разрешил сделать подарок ему на день рождения. Мужчина внимательно изучает взглядом, то и дело, останавливаясь на какой-то детали его сегодняшнего костюма. Рем отходит в сторону, ожидая приказа. Беглым взглядом отмечает, к нему сегодня пришли не с пустыми руками - черный непрозрачный пакет без опознавательных надписей неизменно предвещал удовольствие или воздаяние за непослушание. Хозяин не торопясь переступает через порог, оказываясь в прихожей. - Для чего я здесь? – произносит мужчина и замолкает, ожидая реакцию Рема. Стандартный вопрос – стандартный ответ. - Для того чтобы я смог служить вам, - произносит парень, опуская голову вниз в знак подчинения. - Молодец, правильный ответ, - хвалит Мастер. – Закрой дверь и раздень меня. Рем обходит его и закрывает входную дверь. Мужчина стоит всё на том же месте, ждет, пока саб исполнит веленное. Парень ловко принимается за дело, расстёгивая пуговицы на пальто. Положив руки на плечи мужчины, снимает с него верхнюю одежду и аккуратно вешает на крючок. Шарф отправляется на соседний. Закончив и с обувью, Рем опускается перед своим Мастером на колени и ожидает новых указаний, глядя исподлобья. - Не зря я тебя воспитывал все эти два года, ты стал таким послушным, - ладонь мягко ложится на голову парня и гладит по волосам. – Если тебе есть что сказать, так говори. - Спасибо вам, Хозяин, - тихо откликается Рем, радостный от того, что его похвалили. Всё же для большинства обывателей непонятны чувства Нижних в подобных случаях. Этой массе не понять, какую свободу дарит подчинение. Общество не способно принять такого, живя в плену стереотипов. Люди считают эти отношения грязными, зачастую не имея своего мнения. – Я рад служить Вам! - Иди за мной, – произносит мужчина, убирая руку с головы своего сабмиссива. Ещё немного посмотрев на тёмные, давно не стриженые волосы парня, он отворачивается и направляется в комнату. В баре Рема всегда имелся любимый виски его Хозяина. Его мужчина и налил в прозрачный бокал, заранее приготовленный для такого случая. - Вижу, мои труды действительно не прошли даром. Я рад, но ты же помнишь все свои ошибки с прошедшей сессии? – спросил он у Рема, когда тот подполз к его ногам. – Говори только тогда, когда я задаю вопрос! - Да, Хозяин, я помню всё, – парень опускает голову ниже, также как это делают верные псы. Но мужчина так никогда не думал о своем саб-мальчике, ведь Тематические отношения строятся на взаимном уважении. - Тогда ты знаешь, каково оно будет, - произносит мужчина и идет к креслу, в которое позже садится. – Включи музыку. Рем подползает к проигрывателю и включает классику. Тишину рушат звуки музыки. И первая - одна из любимых композиций мужчины. Парень возвращается на своё место, подле ног Хозяина. Он не смотрит в его глаза и не видит той полуулыбки, которая была на тонких губах. А он с ней был очень красив, как в принципе и без неё. Рем не знал, почему Верхний выбрал его, зато знал, почему он хочет подчиняться этому человеку. Мужчина берет пачку сигарет, он любит длинные и тонкие сигареты со вкусом вишни. Такие нередко называют «женскими». Вытащив одну, он закуривает прямо в комнате. Возможно, эта привычка не открывать окно перешла к парню именно от него. - Думаю, ты уже многое выучил. Ответь, что это за композиция? – требовательно спрашивает мужчина, заполняя дымом лёгкие. - «Времена года. Лето. Престо» Антонио Вивальди, Хозяин, - отвечает парень, вдыхая клуб дыма следом за Хозяином. Как-то ненавязчиво ему вспомнилось, как вначале он стал пассивным курильщиком и спустя какое-то время перешёл на сигареты. - Правильно. Они сидели в тишине, которую разрывали только тихие звуки музыки. Хозяин устал после работы – это Рем понимал. Для мужчины Рем был «успокоительным», ему нравилось проводить с ним свободное время, нравилось видеть, парень дополнял его даже после того, как был днем изрядно потрепан им самим. - Принеси воды. Парень встаёт на ноги, кланяется и отлучается. На кухне из первого шкафчика, висящего на стене, Рем берет белую кружку, с нарисованным на ней серым котёнком. Хозяин попросил завести обычную посуду, но после просьбы парня, передумал. Эту кружку подарил брат. Умерший брат. Налив в неё воды, Рем ретируется с кухни. Хозяин выжидающе смотрит на парня, когда тот переступает порог. Перед ним он садится на колени и протягивает кружку с водой. Смерив взглядом посуду, мужчина берет ее в руки и усмехается. Всё так и хранит память. - Теперь набери часть воды в рот и не глотай, – приказ. Так парень и поступает. - А теперь наденем это. Из кармана брюк мужчина достает белоснежную ткань, которая оказывается респиратором с надписью «Doll: private ownership». Надев её на лицо парня, зацепив резинками за уши, Мастер любуется своей работой. Его Рем сейчас был прекрасен, в общем-то, как и всегда, даже в обыденной жизни, когда они случайно сталкивались где-то или просто встречались в общественных местах, где старались не показывать этих отношений, но всё ещё соблюдали правила Темы и их договора. - Теперь ползи в спальню, я тебя жду там, – мужчина встаёт и выходит из гостиной. Рем немедля двигается вслед за ним. Когда Рем оказывается в нужной комнате, ему жестом указывают на кровать. - Подготавливай себя, пока я не увижу, что ты действительно готов. – Хозяин выдает новый приказ, садясь в кресло напротив кровати. Он никогда не называл Рема по имени, показывая место, и никогда не бросался грязными словечками, разве что срывалось с губ пару раз, когда Нижний вёл себя недостойно. Парень забрался на кровать, прихватив смазку с тумбы, и уселся удобнее, стягивая с себя чёрные кружевные трусы. Его Хозяин любил наблюдать, любил зрелища. Рем открыл тюбик и выдавил на пальцы некоторое количество, чуть растерев большим пальцем. Запустив руку между ног, парень дотронулся до сфинктера. Размазав смазку по колечку мышц и чуть внутреннюю часть, Рем начал проникать в себя. Он засовывал средний палец и следом указательный по фалангу, потому что знал, что готов к этому. Вскоре они оба почти с легкостью входили, многое ещё зависело и от смазки. Вставив пальцы до конца, парень разрабатывал себя. Разводя пальцы внутри, он закусил губу. Порой вытаскивал и вновь проникал, словно трахая. Ему это нравилось, так же, как и Хозяину. Мужчина сидел, положив руки на подлокотники, на его лице была довольная улыбка. Всё же, разрабатывающий себя парень был прекрасен. Рем добавил в себя третий палец, который входил в него уже не так легко. Его хозяин не любил растраханные задницы, не редко встречающиеся в различных гей-порно, он всегда говорил, что незачем иметь «черную дыру» вместо ануса, ведь организму вредить не стоит. Он сохранял узость Рема, пусть уже и не девственную. Парень откинул голову назад и закрыл глаза, наслаждаясь процессом. Мастер наблюдал за всем этим и когда его Нижний, казалось, покинул реальность, отдаваясь ощущениям, он встал и начал доставать из пакета покупку: наручники и плаг небольшого размера. Встав с кресла и бросив еще один взгляд на своего подопечного, он подошел к нему. Рем не заметил присутствие мужчины, он отключился от реальности, представляя на месте пальцев Его член. Хоть они и были в одной комнате, но парень не слышал шагов. Мужчина медленно прошелся по комнате до кровати, внимательно следя за движениями пальцев в парне, за тем, как тщательно он себя растягивал. Провел рукой по щеке Рема, а тот, казалось бы, даже не заметил этого касания, только выдохнул чуть громче. Саб старался ради него, своего Хозяина, любящего вид этого процесса. Его схватили за руку, вынули пальцы и перевернули на четвереньки. Легко, но уверенно, непослушные руки были пристегнуты к спинке кровати. - Не поворачивайся, смотри прямо, – отчеканив слова, мужчина присел на кровать у ног и положил плаг и смазку рядом. Рем не противоречил и старался смотреть в неровности стены, не прикрытые обоями. Дыхание было сбитое, ритм рваный, а сердце билось чуть быстрее в ожидании дальнейших действий Хозяина. Когда его ягодиц коснулись руки и чуть раздвинули половинки, Рем вздрогнул и прогнулся в спине. После его прихода с улицы прошло не так много времени, и кожа рук всё ещё сохраняла в себе уличный холод. Мужчина смотрел, хорошо ли парень поработал, и, удовлетворившись такой растяжки, чуть выдавив на ровную поверхность латекса вязкую жидкость, размазал по ней. Подставив конец к входу, начал медленно вводить девайс. Игрушка шла даже в растянутый зад довольно туго, но всё же смазки и растяжки хватало, чтобы причинять минимум неудобств и, возможно, несильной боли. Сердце Рема ускорило свой ритм, разнося кислород по телу быстрее, дыхание сбивалось и воздуха критически не хватало, а всё это из-за незнакомого предмета в нем. Вначале он даже занервничал, но когда понял, что это, то пришлось успокоиться и попытаться привести дыхание в норму. Игрушка вошла полностью, заполняя, как казалось, всё пространство внутри. Парень опустил голову на скованные руки и шумно выдохнул, наконец, расслабившись. Мужчина внимательно следил за реакцией парня на все действия и чуть заметно улыбнулся, лишь самыми уголками губ. Достав из кармана небольшой ключ и вставив его в отверстие наручников, он повернул его два раза. Рем же не шевелился и ждал, когда его освободят. - Убери наручники и надень плащ, мы сейчас пойдем поесть, - проговаривая чётко каждое слово, мужчина снимал с лица парня респиратор. На внутренней стороне его не было видно взмокших пятен, что заслуживало хоть какой-то похвалы. – Молодец, справился. Мужчина спокойными шагами выходит из комнаты и Рем остается один на кровати. Парень медленно садится и морщится, не то, чтобы от боли, но от распирающего чувства. Он медленно встает, чувствуя движения игрушки внутри. Надев кожаное пальто, которое висело на спинке кресла, где прежде сидел его Хозяин и куда он, видимо, и принес одежду, Рем вышел из комнаты в прихожую. Мужчина стоял уже одетый, и парень, подойдя к нему, склонил голову. - Пошли, – и Рем повинуется. Отстает немного, ведь место сабмиссива только сзади или в ногах. Идти не очень удобно, но зад уже чуть привык к инородному предмету, не дающему ему закрыться. Хозяин остановился на лестничной площадке, выжидающе смотря на закрывающего дверь Рема. Два поворота ключа, проверка - закрыта ли дверь. На потуги парня открыть её она не поддалась. Мужчина отвернулся и продолжил спускаться вниз, чувствуя, что подопечный идет сзади. Они вышли на улицу. Порывистый промозглый ветер сразу пробрался под одежду, и Рем сразу поежился, так как она не сильно подходила под этот сезон года. Был конец октября, хоть погода и была ещё более-менее теплой для осени, но плащ не спасал от начавшегося похолодания. Было выбрано не самое далекое место от дома. Рем не успел сильно замерзнуть, но был рад теплу, с которым его встретил торговый центр. Парень огляделся, в такое время суток народу было довольно много, все спешили за продуктами после своих рабочих смен, покупали для своих семей товары обихода. Иногда встречались группы школьников, которые, скорее всего, вышли погулять и встретиться с друзьями. Мужчина вел своего питомца на второй этаж в небольшое кафе. Он рассказывал, что ему нравилось здешнее кофе. И Рем уже на полпути догадался, куда они направляются. Кафе было наполовину пустое и столиков на выбор было немало, Хозяин же выбрал скромное местечко на двоих у окна. Рем бросил взгляд на официанток. Они смотрели на его Хозяина заинтересованно, буквально оценивали одежду и чувство стиля. Удовлетворившись, тут же отвернулись и застрекотали о чём-то, даже не обратив внимания на спутника представительного клиента. Ну конечно, Рем по сравнению с Хозяином невзрачный. Парень отвернулся от них и вперил взгляд в остановившегося мужчину. - Садись, - Хозяин отодвинул стул, приглашая, парень сел и чуть опустил голову. Мужчина занял место напротив. Послышалось копошение, и к ним подбежала миниатюрная официантка. Защебетала свою заученную фразу приветствия и спросила, чего посетители желают заказать. Она даже не смотрела на Рема, будто чувствуя его положение. - Кофе, пожалуйста, - мило улыбнулся ей мужчина и перевёл взгляд на спутника, который сразу же потупил свой и старался разглядеть что-то на поверхности стола. - А вам? – наконец, обратились уже к парню. Рем поднял глаза на девушку, но ничего не ответил. Повисла неловкая пауза. Официантка ждала ответа, и по ней было видно, что это уже начинает надоедать. Вода во рту не давала возможности даже промычать что-либо. Было стыдно из-за беспомощности собственного положения, из-за того, что раздражал её и, возможно, Его. - Ему чай, - произнес, наконец, Хозяин, после паузы, - и хотелось бы попросить ещё один пустой стакан. И побыстрее. - Конечно, - произнесла девушка и ретировалась. Через какое-то время она вернулась с разносом напитков. – Ваш заказ! - Она поставила перед мужчиной кофе, пустой стакан и кружку с чаем перед юношей. - Спасибо, - скорее просто из вежливости сказал Хозяин. Подождав пока официантка отойдет, продолжил, - Сплюнь воду в стакан. Рем взял его в руки и сделал всё так, как велели. Наполненный стакан был отдан мужчине. Хозяин приподнял его и посмотрел на количество воды. Довольно улыбнувшись, поставил на стол. Рем расслабился, сев удобнее и почувствовав, как анальная пробка пошевелилась, тревожа стенки. Поморщившись, тут же спохватился и постарался вернуть невозмутимость. - Ты меня сегодня не перестаешь радовать. Можешь пить. - Констатировал мужчина и откинулся на спинку кресла и тоже принялся за заказанный напиток. Он отпивал медленно, не торопясь. Кружка была, будто специально подобрана для его руки. Рем смотрел на изгибы кистей, на то, как едва заметно перекатывались мышцы под светлой кожей. С рук взгляд перешел на лицо, на его тонкие черты. Скулы были выделены, кожа гладко выбрита, карие глаза обрамляли длинные ресницы, темные волосы уложены назад. Рем посмотрел в глаза и тут же одернул себя. Хозяин изучал его таким же взглядом, но нельзя было встречаться с ним, тем более так открыто. Мужчина едва улыбнулся, когда парень отвел взгляд. - А теперь давай решим программу на сегодня, - произнес мужчина, доставая из внутреннего кармана пиджака, висевшего на спинке стула, колоду карт. Он положил её на стол, мастями вниз. Перетасовал и протянул, – Выбери три. Рем посмотрел на карты. На их рубашке был изображен символ из огня - трискель*. Он провел по ним кончиками пальцев и выборочно взял одну. Вскоре в его руке оказались все три. Он посмотрел на Хозяина и передал карты ему. Тот принял их и чуть помедлил с ответом. - Я приобрел эту колоду сегодня. На каждой карте изображены практики. Три из них ты сейчас выбрал, - с последней фразой мужчина перевернул карты, положив лицевой стороной на стол. Шибари, пет-плей и флагелляция – банально, но в руках его Мастера это становилось искусством. - Ты согласен на все, что выпало? - Да, Хозяин, - произнес Рем, опустив голову. - Хорошо-хорошо. Чем сегодня занимался? - протянул мужчина и вернулся к своему кофе. - Был в универе, друзья приглашали вечером выпить, я отказался. Преподы сегодня были в настроении в кои-то веки. После занятий пошел за продуктами, в пять был уже дома, - ответы были чёткими и по теме. Для «обычных» людей такое общение показалось бы странным и безэмоциональным, но им это не причиняло никаких неудобств. - Понятно, - сказал Хозяин, делая последний глоток из кружки. Он посмотрел на Рема, который пытался допить скорее свой чай, чтобы сильно не задерживать обоих. Парень был уже в предвкушении и не мог сидеть на месте. Да и плаг не давал о себе забывать. – Пошли. Мастер кинул мелочь и пошел. Монеты со звоном полетели со стола на пол. Рем задержался, спустился на колени и принялся поднимать. Он не видел, скорее, чувствовал на себе взгляды официанток и некоторых посетителей-зевак, которые за долгое время, наконец, нашли что-то интересное. Подняв все монеты и, встав, парень поспешил вслед за Мастером. Они вышли из здания, и пошли в противоположную от дома Рема сторону. На парковке было много машин, но он быстро нашел свою и пригласил парня сесть на заднее сиденье. В машине было просторно, ухоженный салон обит кожей. Пристегнувшись, Рем выглянул в окно. Они отъехали от торгового центра и уже скоро неслись по дорогам не загруженного города. Весь путь парень чувствовал слабые движения игрушки в теле. Дом мужчины находился в другой части города, там, где были в ряд выстроены частные дома. К одному из таких они и припарковались. Хозяин вышел первым и сразу направился к дому. Заметив, что за ним последовали, он закрыл автомобиль и принялся открывать дверь. Рем успел подойти, когда дверной замок поддался ключу в руках мужчины. Дом встретил их своим теплом. Хоть парень и согрелся от кружки чая выпитой в кафе, но холод, оставшийся в теле, покидал его медленно и заставлял вздрагивать. Мужчина, молча, вошел в прихожую и повесил пальто в шкаф. - Сними плащ и иди в гостевую, я буду ждать тебя там, - произнес он и ушел. Парень остался один, чтобы последовать приказу. Через минуту он уже стоял перед гостевой спальней, положив ладонь на ручку двери, та поддалась под легким нажатием и отворилась. - Хозяин, я пришел, - произнес он, прямо на пороге вставая на колени. За секунду успев отметить, что Хозяин снял пиджак. В его руках была бутылка, прихваченная с кухни. "И когда он успел?" - подумал парень. - Подойди ближе, - сказал мужчина, подходя к шкафу, давно знакомый Рему, ведь всё то, что в нем находилось, уже было испытано на нём за эти два года. Саб подполз к ногам. – Ведь знаешь, что теперь ты - псина? - Рем поднял на Него свои голубые глаза и кивнул. Мужчина открыл резные створки и достал с верхней полки наколенники и намордник. На полку ниже лежали перчатки, напоминающие лапы, и плаг с коротким чёрным хвостом. На настенном крючке висел поводок, который также прихватили. Последней была взята смазка с анестетиком. - Развернись ко мне спиной и приподними свои бедра, – последовало указание. Рем повернулся, встав на четвереньки, и уперся грудью в пол. Мужчина опустился перед ним на корточки и кончиками пальцев плавно провел по окружности плага. Медленно двумя пальцами взял за края и, чуть повернув игрушку в теле, потянул. Он медленно стал вынимать чёрный резиновый девайс, пристально наблюдая за реакцией Рема. От таких махинаций чуть жгло анус, и парень зажмурил глаза. И, когда последний сантиметр выходит из тела, он беззвучно выпускает весь воздух и постепенно восстанавливает своё дыхание. Рем хотел сказать спасибо, но он знал, что теперь в роли пса ему это запрещено. Ведь так велел Хозяин… - Собака – друг человека. Об этом говорят многие, - произнося эти слова, он обошел его и встал перед лицом. – В чем-то вы, сабмиссивы, с ними схожи. Одинаково верны своим Хозяевам, выполняете то, о чём вас просят. Но все же есть огромное отличие – вы остаетесь людьми. - Мужчина присел на корточки и, взяв парня за подбородок, заглянул в глаза. И пока он пристегивал намордник, никто из них не разорвал зрительного контакта. Следующим был ошейник с тонким поводком, который заменял повседневный в их играх. Он плотно прилегал к шее парня и слегка сдавливал при резких движениях. - Приподними руку, Рем. – Хозяин сегодня не был многословным, но та связь, что появляется между Доминантом и сабмиссивом, ощущалась острее. На руки были одеты чёрные перчатки. Чёрная кожа плотно облегала согнутые пальцы и они, скорее всего, вскоре затекут. - Повернись. - Рем вновь развернулся к Хозяину, приподнял зад, давая этим действием понять, что готов. Намордник мешал склониться головой к полу. За спиной послышался щелчок крышки тюбика и тишина. Сквозь эту тишину можно было даже расслышать дыхание. Парень почувствовал, как к его входу приставили игрушку. Круговыми движениями мужчина массировал анус и размазывал по стенкам смазку. Чуть увеличив нажим, он начал медленно вводить девайс в Рема. Мышцы вновь растягивались под напором. Игрушка вошла полностью. Повернув еще раз, Хозяин выровнял её, чтобы хвост был приподнят. Дело оставалось за малым, и мужчина легким движением натянул наколенники на ноги парня. Отстранившись и осмотрев свои труды, он улыбнулся и подошёл к шкафу, доставая оттуда веревки чёрного цвета, что использовались далее для шибари. - Скажи, ты рад, что доставляешь мне удовольствие одним только видом? – Хозяин подошёл к нему ближе и положил руку на плечо. Рем гавкнул, подтверждая слова. – Сидеть. Мастер чуть потянул его за плечо назад, заставляя ягодицами сесть на пятки. Руки Рем поставил на пол и взглянул на своего Господина, облизывая губы. - Передние лапы постарайся поднять, - Рем выполнил приказ, согнув руки в локтях и прижав ладони к груди. Мужчина чуть опустился и принялся развязывать на парне корсет. Сейчас он был абсолютно не нужен. Откинув вещь, Мастер сделал первый виток вокруг талии и принялся за творение. Каждый раз, когда Господин Рема вязал на нём шибари, он создавал шедевр, используя одни лишь веревки. Художники творят кистью, писатели - пером, а его Хозяин – веревками… Прошло несколько десятков минут, когда связывание было закончено. Рем попытался оглядеть доступные ему участки. Шибари ничуть не сковывал движений и даже приятно лежал на теле. Вокруг его пупка было образовано кольцо из веревок и узелков, от этих самых узелков по телу расходились «лучи», на груди была привычная вязка с ромбами и на шее веревки образовывали что-то напоминающее петлю. Сабмиссив вздохнул и улыбнулся, довольно гавкнув в подтверждение того, что ему нравится. Хозяин прошёлся по телу парня изучающим взглядом и остался удовлетворён. - Думаю, нам стоит прогуляться, - Мастер подошёл к шкафу и взял теннисный мячик и плеть, что между собой никак не сочеталось, и не было связано. Рем сразу навострился и встал на четвереньки. От долгого сидения в одной позе, ноги закололо, но он стерпел. Была бы возможность помотать хвостом в знак согласия или радости, сабмиссив бы это сделал, но сейчас он мог только гавкнуть. - Хорошо, песик, - Хозяин намотал на руку поводок и повел за собой «собаку» вниз. Ведомый парень послушно шёл возле ноги своего Господина. Они медленно спустились с лестницы, и пошли в сторону чёрного входа в особняк. Хозяин прихватил только пиджак и Рем начал волноваться, не простудится ли он. Перед самой дверью, что была в коридоре за кухней, Мастер надел пиджак и приоткрыл дверь на улицу. Он вышел первым, а вслед за ним его питомец. Медленными шагами, словно измеряя расстояние, Мастер подошёл к дереву, рядом с которым стояла пепельница. Из внешнего кармана пиджака мужчина выудил пачку сигарет. Вытащив одну, он закурил, медленно затягиваясь и наполняя свои легкие жгучим дымом. Он любил курить, хоть и понимал, что эта вредная привычка может погубить его. Также, он любил смотреть, как курит Рем. Как его тонкие пальцы держат сигарету, как он медленно вбирает густой дым в себя, как его губы сжимают фильтр. Все его движения источали грацию. Но сейчас Рем – его пёс, который верно стоит у его левой ноги. Пока Хозяин курил, парень старался привыкнуть к холоду, который охватывал его обнаженное тело. Чулки были еле ощутимы и тепла совсем не давали, а пояс был слишком тонкий. Было слишком зябко, но Рем знал, что заболеть ему не дадут. Докурив сигарету, Мастер положил окурок в пепельницу и наклонился. Легкими движениями пальцев он отстегнул поводок от ошейника и спрятал себе его в карман. В последние дни дождя не было, и земля была более-менее сухая. Рем не переживал что он испортит наколенники, потому уверенно на них вставал. Хозяин взял в одну руку мячик, а другой вытащил новую сигарету и закурил, выдыхая сизый дым в воздух вслед за первой же затяжкой. Плеть он держал пальцами той руки, в которой был мяч. Он покрутил его, задумчиво осмотрел и кинул на другую часть двора. Рем сорвался с места, но его прервало резкое, - Стоять! – Хозяин подошёл к замершему «псу» и ударил плетью между плагом и началом бондажа. Удар был не сильный, разогрев, но уже чувствовалась отточенность движения. – Не бежать, пока я не скомандую! Понял? - Громкое «Гав» отвечало на вопрос. Выждав какое-то время, мужчина приказал «Взять». Рем побежал за мячиком. С каждым движением парню приходилось регулировать плаг внутри и чуть сжиматься, чтобы не вытолкнуть его случайно, сократив мышцы в движении. Наконец, Рем добежал до мяча и принялся его толкать с помощью намордника к своему Хозяину, что стоял возле пепельницы на высокой ножке и тушил о неё докуренную сигарету. "Собака" подкатила к Господину мячик и толкнула к его ногам. - Послушный пёс, - довольно произнёс Хозяин и погладил по спине плетью. Один слабый удар, оставивший после себя чуть розоватый след, был как бы вознаграждением. Мужчина взял в руки мяч и вновь кинул. Рем, было, дернулся, но хороший шлепок плетью его остановил, - Что я говорил? – «пес» виновато опустил глаза. – Фас! Парень сорвался с места. Он знал, куда примерно упал мяч, но не ожидал, что именно в груду веток. Медленно обойдя по кругу, попробовал подступиться - не вышло, только ветки пару раз кольнули. Тогда-то Рем и совершил ошибку: он взял мяч двумя «лапами» и вытащил из ветвей, но Хозяин уже увидел. - Ты поступил неподобающе. – Произнёс мужчина и сжал в правой руке плеть. Первый удар был уже сделан практически в полную силу и прошёлся по пояснице. Уровень начала шибари был чуть выше, и плеть ложилась ровно. Второй же удар пришёлся ниже «хвоста» и оставил после себя краснеющий след, как и первый. Второй. За выход из роли – десять ударов. На третьем ударе Хозяин вновь выбрал место повыше, и четвертый был более болезненным. Рем зажмурил глаза, не издавая ни звука. Все следующие удары были хорошо поставлены и чередовались между ягодицами и спиной. И каждый переносился парнем всё с большим трудом, хоть он и знал, что десятка, да ещё и плетью – это не много. На восьмом дыхание его сбилось, и он начал судорожно хватать воздух. - Десять, - прогремело сверху, и плеть столкнулась с кожей на ягодицах, от которой разрядом прошла боль по нервам. Рем едва не застонал. Хозяин убрал плеть, вдохнув полной грудью осенний воздух, - Пошли в дом, - произнёс мужчина и направился в сторону входа. Зайдя на небольшое крыльцо, он развернулся, посмотрев на Рема, который шёл с трудом. Спину жгло, да и зад уже побаливал от долгого нахождения в нём игрушки. Наконец, парень дошёл до лестницы и поднялся. Перед ним Господин отворил дверь и впустил внутрь. - Стой! – скомандовал он, закрывая дверь. Он подошёл к парню и принялся снимать с него намордник. Освободив лицо парня, и убрав девайс, Хозяин принялся раздеваться. – Принеси миску, тебе стоит попить. Рем кивнул и ушел на кухню. Открыв передней «лапой» дверку нижнего шкафа, он достал оттуда зубами миску и захлопнул дверцу. Осмотрелся. Кухня была всё та же, выполненная в стиле модерн, в чёрно-белых тонах. Хоть она и была в таких цветах, но хорошее освещение и довольно большое окно на улицу придавали более светлую атмосферу. Сабмиссив вышел с кухни, по пути выключив «лапой» свет, и направился по лестнице на второй этаж в комнату, где его уже ждали. Он толкнул дверь и вошёл в слабо освещаемое помещение. Мастер стоял у шкафа и раскладывал вещи по местам. - Поставь на пол, сейчас налью, – мягким баритоном произнес мужчина, закрывая дверцу шкафа. Это - гостевая спальня, и Рема всегда интересовало, куда же тот убирает свою коллекцию, когда к нему приезжают гости. Хозяин взял бутылку воды и принялся наполнять миску с выгравированным «Rem» на внешней стороне. Заполнив её до середины, он не спеша подвинул к сабу, - Пей. Мужчина оглядел покрасневшую дырочку и нахмурился. Наверное, уже было пора вынимать игрушку. Он присел и рукой приподнял ягодицу с одной стороны. Пальцем второй он провёл по колечку мышц и взялся за внешнюю часть анальной пробки и потянул на себя. Пивший Рем вздрогнул и болезненно выдохнул, пытаясь продолжать пить воду. Игрушка была извлечена. Хозяин отложил её в сторону и глянул на часы. Начало десятого. Слишком мало времени… Мужчина просунул руку парню между ног и нащупал рукой головку, которая уже была мокрая и с неё едва ли не капала смазка. В голове сейчас назойливо крутились мысли совершенно о другом. Надо было встретиться раньше. Однако, с той загруженностью на работе, что была в последние недели, вряд ли бы он мог себе не позволить такую роскошь. Обхватив ладонью член, мужчина провел пару раз вдоль ствола. Ему нравилось медленно двигать своей рукой по члену парня, иногда чуть сжимая, и слушать эти томные вздохи. Порой он играл указательным пальцем с дырочкой уретры и проводил от неё до уздечки совсем короткую линию, зацепляя коротко остриженным ногтем. - Гав. - Закончил? – Хозяин убрал руку и встал на ноги, вытирая пальцы салфеткой. Рем склонил голову в подтверждение. Господин отошёл к шкафу, приказывая парню не поднимать головы, иначе он бы воспользовался уже кнутом, наказывая за непослушание. Парень прикрыл глаза, стараясь унять желание взглянуть на то, что готовил мужчина для следующей части сессии. Все пункты, которые Рем вытащил из колоды карт, были выполнены, значит оставалось только одно. Рем понимал, что оставалось и, чуть заметно, в груди заклокотало сильнее, разгоняя кровь, заставляя дышать быстрее. Возбуждение возрастало, накатывая волнами, в предвкушении. Эмоции были слишком яркими, а когда они становились важнее разума – появлялось то состояние, ради которого и любил Рем все эти игры перед сексом. Сабспейс – так именуется эта эйфория, испытываемая некоторыми сабмиссивами. Некоторые постигают это во время первого удара плетью, некоторые во время служения своему Хозяину, а Рем в ожидании секса со своим Господином и во время него. Сейчас его тело покинули мысли, покинули заботы, разум очистился от всего ненужного, оставались только чувства, эмоции и инстинкты. Время потеряло счёт, Мастер всё приготовил и подозвал к себе. Парень медленно подошёл к нему и по команде встал на ноги, наклоняясь вниз и поднимая руки за спиной по возможности выше. Шибари чуть сильнее облегал тело, когда грудная клетка выгнулась вперед от занесённых назад рук, дышать стало чуть сложнее. Руки были затянуты веревкой, которая шла к крюку на потолке. Хозяин принялся за новые веревки, обвязывая их поперёк груди, живота, стараясь не портить первозданного рисунка. Светло-бежевые веревки пересекались с чёрными и создавали некий контраст, придавая картине больше красок. Всё было закончено в крайний срок. Хоть Рем сейчас и пребывал в состоянии, когда всё, кроме них перестаёт существовать. - Скажи, чего ты хочешь? – Хозяин поднял подбородок парня и посмотрел в затуманенные глаза. - Я хочу вас, Господин, - зрачки сфокусировались на мужчине, который отпустил его подбородок. - Сегодня твое относительное послушание будет вознаграждено, - произнёс мужчина и начал медленно снимать с себя рубашку, расстёгивая каждую пуговицу так, будто наслаждался этим процессом. Рубашка была аккуратно сложена на спинке стула. Рем прикрыл глаза и не видел, куда были сложены остальные вещи, перед ним Хозяин уже предстал полностью обнажённый. Тело было подкаченное, под пупком слева родинка, эрегированный член с оттянутой крайней плотью и поджатой мошонкой, перевит слегка вздувшимися венами. Он оглядел связанного парня, задержавшись чуть подольше на лице, на котором была выражена нескрываемая мольба. Повернув парня на живот и приподняв за бедра, мужчина взял презерватив. Зубами надорвал упаковку и, раскатывая, расправил его по всей длине члена. Смазка от резинки остаётся на руках. Хозяин подносит её к ложбинке меж ягодицами и проводит от копчика до ануса, чуть проникая самым кончиком пальца внутрь. Расслабленные мышцы позволяют проникать глубже. Растяжка сейчас бы была неуместной и лишней тратой времени. Мужчина начинает проникать в тело парня, слыша шумный выдох и, кажется, стон следом. Едва различимый. Рем в его руках чуть напрягается и подается навстречу, заставляя войти до упора. Оба делают паузу, давая время. Новый толчок, размеренный, за ним следующий, следующий, еще и еще. Слишком медленно. Без намека на желание приблизить кульминацию. Слишком жестокая пытка для каждого. Рему было приятно ощущать член в себе, теплая плоть словно заполняла собой всё внутри, мышцы плотным кольцом захватывали её, головка приятно давила на стенки. Руки сжимали бедра, с каждой секундой увеличивая вероятность появления на них синяков. При каждом движении чувствовалась глухая боль, но на фоне наслаждения и всех эмоций она была незначительной. Скорее, она добавляла остроты. Толчки ускорились, но не перерастали в банальное вдалбливание. Мысли Рема сейчас блуждали где-то, несвязным потоком неслись и не оставляли времени, чтобы зафиксировать на себе внимание. Они оставили всё чувствам и эмоциям, что сейчас переполняли. Сейчас, чувствуя, как Хозяин получает удовольствие и доставляет его своему сабмиссиву, Рем находил и осознавал в этом всё, что когда-либо искал. Ради этого момента парень жил, ради всего этого: когда приходит понимание своего естества, когда он чувствует то, на что не способны люди в «системе», когда наслаждение, когда боль, когда подчинение и власть, когда любовь, когда он и Мастер, когда только вдвоём, когда оба чувствуют одно, когда двое становятся одним… Часы показывают 21:51. Время – самый главный противник всего человечества. Не щадит никого. Ему не важна раса, пол, ориентация, чистота души, возраст. Оно не щадит и влюбленных. Секундная стрелка всё движется, даже желание её не остановит. Два тела, одно целое… Ради таких ощущений и жил Рем. Ради того момента, когда он с кем-то почувствует подобное. Этим «кем-то» стал его Хозяин, который сейчас прижимал его за ягодицы к себе, целовал в загривок и входил в податливое тело. Раз за разом эмоции становятся ярче, толчки яростнее и глубже, каждый раз задевая кончиком члена самую чувствительную часть. Внутри все болезненно сокращалось, предвещая долгожданную разрядку. И Рему хотелось прикоснуться к члену, довести себя до оргазма, но связанные руки не позволяли. Оставалось только попросить. - Хозяин… - голос хриплый, возбужденный, рассеянный. - Говори. - Пожалуйста… Позвольте мне кончить… - Разрешаю. - В голосе слышатся нотки некой расслабленности. Мужчина обхватывает ладонью член сабмиссива. Первое движение – тихий стон, каждое следующее и парень уже не может их сдержать. Они в доме одни, незачем прятать настоящие эмоции под маской безразличия, надеваемой в обществе. Хозяину можно показывать абсолютно всё, будь то даже злость или безграничная радость, боль или головокружительное наслаждение. Движения руки доводят до пика. Оргазм словно падение, чувствуешь с каждым мгновением увеличивающеюся лёгкость, будто тело теряет вес, падая в бездну. Хозяин выходит из парня и снимает с себя презерватив. Ненужная резинка летит на пол, портя почти идеальный порядок своим присутствием. Рука, испачканная в сперме парня, опускается на собственный пульсирующий член. Конечно, она доставляет не те ощущения, что ранее дарил Хозяину его Рем. Движения ускоряются, и покалывающие позывы проходят сквозь торс и конечности. Трудно дышащее тело под ним повисло на веревках, которые заметно впивались в кожу. Хозяин положил руку на поясницу парня, приподнялся и с судорожным выдохом кончил. Вязкая жидкость потекла в ложбинку, очерчивая кольцо мышц и направляясь ниже к мошонке. Капля падает на пол… Сознание к Рему возвращается с неохотой. Тягуче оно приходит в голову. Вот зрение фокусируется, слух возвращается и ощущение того, как тело опускается, и его подхватывают крепкие руки Хозяина. - Хозяин… - Не говори этого, я больше тебе не Хозяин, - мужчина берет его на руки и несет в сторону ванной комнаты, где его нужно привести в порядок. – Прости, уже 22:15, я занял немного твоего времени, Рем. - Ничего страшного, - разумная мысль уже просыпается в парне, и он заглядывает в лицо мужчины. Черты лица его так прекрасны, что в них нельзя было не влюбиться. – Я люблю тебя. Это слово «тебя» жгло язык. Непривычно, неправильно… Его нельзя называть так просто, как всех людей… Он особенный, он подарил парню жизнь, он открыл глаза на её прелести. Этот человек заслуживает всего уважения, всей любви, всего Рема. - И я тебя, – три слова, шесть букв и неописуемое состояние души. На лице парня лишь улыбка, а в душе целый красочный мир, смешивающий в себе эмоции, чувства. *** - Михаэль, скажи, ты завтра свободен? – Рем стоял на пороге дома и смотрел на своего бывшего Хозяина. - Думаю, я завтра буду немного занят, - мужчина прикурил сигарету. Он был облачён лишь в домашний халат, который скрывал всю красоту его тела. – Ты что-то хотел? - Да. Думаю нам надо встретиться и обговорить наш предыдущий контракт. Как прошли эти два года, от начала вплоть до 22 часов сегодняшнего вечера. На парне были его привычные джинсы, на плечах кожаная куртка, в левом кармане которой лежали сигареты. Одну из них он достал из пачки и тоже закурил. - Ты прав, нам стоит обсудить это. Что-то ещё? - Ещё.… А ещё я бы хотел остаться с вами. Возможно навсегда. - Никотин наполнял легкие, чуть обжигая глотку. Дым улетает в небо, вместе с ними и слова о любви. О такой скверной, по мнению массы, любви, но такой чистой для них двоих. Она наполнена только правдой, чистейшими чувствами, такими светлыми и ясными, как летний день. Хоть на дворе уже давно осень… ___________________________________________________________ * Трискель - это особый знак, по которому поклонники БДСМ узнают друг друга в толпе. Три сектора этой окружности обозначают части движения: BD (бондаж и дисциплина), D/s (Доминирование/подчинение), S&M (садомазохизм). Внутри каждого сектора зияют красные точки или отверстия - символы условий цивилизованных садомазохистских действий - Добровольности, Безопасности и Здравомыслия. (с)