"Бешеный стук сердца, вызванный тобой". (с)

Лухана трясло. Даже на следующий день, когда он уже купил билеты до Китая, когда, следуя графику работы, пришел в клуб "Sky", когда переодевался, его тело мелко дрожало от всего, что успело накопиться за то время, что китаец прожил в Сеуле. Лухану надоело бегать за Каем, надоело находиться в окружении людей, переданных Каю, было невыносимо терпеть подобное отношение брюнета к себе. Будто Лухан игрушка. Да, китаец знал, что так и будет, и Чжонин ему ничего не обещал, не придумывал романтический мир на двоих, - просто переспал с Луханом, просто получил удовольствие. Тогда почему же китайцу так больно? Почему он никого видеть не может рядом с Чжонином и не чувствовать уколы отравляющей сердце ревности? "Безвыходных ситуаций не бывает," - как говорила Лухану мать в детстве. И китаец нашел самый разумный в данной ситуации выход - вернуться домой. К тем людям, которые на самом деле любят его, - к родителям. Возможно, Лухан еще вернется в Корею, но маловероятно. Может быть ему повезет и в родном городе? И не нужно будет возвращаться в этот напряженный и лживый сеульский мир. Лухан достал билет в один конец и молча уставился на бумажку, думая о том, что нужно будет предупредить Рейна об уходе, хотя об этом нужно было с ним поговорить за две недели. Но ничего не поделаешь, раз так обстоятельства сложились. Даже если Рейн не согласится с ним, китаец все равно уедет. Ему уже на все наплевать. Только бы добраться до дома и согреться в любящих руках. - Привет, - Лэй зашел бесшумно и хлопнул китайца по плечу, заглядывая за него. - Ой! Исин? - вздрогнул Лухан, тут же пряча билет. - Ты меня напугал. - А что за билет? - парень успел рассмотреть, что бумажный прямоугольник, который держал в руках китаец, являлся ничем другим, как билетом до Китая. - Домой, - понял, что пропалился, вздохнув, ответил Лухан, кладя билет в рюкзак. - Надолго? Когда уезжаешь? - удивленно протянул Лэй, превосходно зная причину и без объяснений. - Не знаю еще, - уклончиво ответил Лухан, а потом добавил, - я пойду, а ты переодевайся, скоро наш выход. "Ну как так-то? Никто не должен знать, что я уезжаю," - мысленно сокрушался китаец, чуть хмуря брови на ходу. Вечер удался - Лухану удалось расслабиться во время своего выхода. Отдавшись музыке и вызываемым ею чувствам, китаец, словно в последний раз танцевал на этом самом месте, пытался запомнить все, что его окружало и кто был вокруг. Было немного жаль покидать это место, ведь именно здесь он встретил Исина, который во всем помогал китайцу, старался его раскрутить и познакомить с наиболее знаменитыми танцорами. С Каем Лухан познакомился только благодаря Лэю, за что ему, конечно, большое спасибо, но китаец не ожидал того, что влюбится. Его любовь разрушила все карьерные мечты. Лухан ничего не хотел, кроме как быть и любить Ким Чжонина. Но Кай не какой-нибудь там романтик, устраивающий ужин при свечах каждому своему предмету воздыхания. Отнюдь. Дом-студия брюнета - его личный траходром, жизнь - невероятный коктейль танцев и секса. И это устраивало Чжонина в полной мере. Никаких блядских отношений, которые в конце концов принесут только боль и пустоту, только секс и удовольствие. Прожигать жизнь, о которой никто не вспомнит, когда тебя уже не будет. "Возможно, в этом есть какой-то смысл, - утопая в битах, гибко двигался Лухан под музыку, - жить так, как это делает Чжонин. Но такая жизнь не для меня." Такое бывает. Мать-природа наделила китайца чуть более романтичным характером, чем у брюнета, но что доставляло сейчас только тупое раздражение. Лухану нужны были ответные чувства и довольно однозначные. Нужна была верность. *** - Он собирается в Китай, - кратко выпалил Лэй в трубку, только услышал уставший голос Кая по ту сторону связи. - Что? - тут же поняв, о ком речь, дрогнул голос брюнета. - Я видел билеты в его руках сегодня, - сочувствуя, прошептал Исин, - прости, Чжонин, я не хотел.. Зря я все это устроил. - Не зря, - спокойно ответил Кай, стараясь взять себя в руки, - я понял, чего ты пытался добиться этим. - И что же ты понял? - Ты просто хотел, чтобы я перестал шлюхаться с каждым подряд. Поправь меня, если я ошибаюсь. Исин промолчал, а Чжонин продолжил: - И черт побери, это сработало, Исин, - фыркнул в трубку Кай, становясь самому себе противным за то, что распускает розовые сопли. - Неужели на этот раз ты на самом деле влюбился? - не поверил Лэй. - Ты поверишь мне, если я скажу, что это похоже на те же чувства, что я испытывал к Тэмину? - Чжонин невольно свел брови, прикусив губу от досады признания своих чувств да еще и по телефону. - Что? - теперь переспросил Исин, брови которого метнулись вверх. - Твою мать, Чжонин... - растерянно закончил друг. - Как-то так.. - брюнет вздохнул. - В отеле мы даже не поговорили нормально, а теперь это.. Когда он уезжает? - Я не знаю, не увидел, - озадаченно ответил Лэй, - только вот что - похоже он не собирается возвращаться. У него были документы лишь в один конец. - Да черт! - выругался, не сдержавшись, Чжонин. - Я могу сегодня придти? Лухан работает сегодня? - Конечно, приходи. Мы будем только рады, но смена Лухана заканчивается рано. В полночь, - не мог не поделиться друг Чжонина. - Спасибо, Исин, - искренне поблагодарил Чжонин. Звонок был завершен. - Так нечестно, - услышал голос юноши позади себя Лэй и непроизвольно вздрогнул, обернувшись. - Тэмин?.. - облегченно вздохнул Исин, тут же заметив, что слишком сильно сжал телефон в ладони от испуга. - Так нечестно, - повторил парень, тяжелым взглядом буровя Лэя, - ты не должен лезть в их отношения. - Тебе какое дело? - нахмурился Исин. - Лухан уедет, и всему придет конец! Сам не мешай им, понял? - Значит, так нужно, - печально хмыкнул Тэ, - если Лухан уедет, не останется с Чжонином, так даже лучше будет. Каю никто не нужен! - Перестань судить его по тем отношениям, что были между вами! - не выдержал Лэй. - Лухан не ты! Лухан другой! - Чжонин не изменится, Кай останется Каем, как он сказал мне когда-то, - мягко сказал Тэмин, но его взгляд был полон боли, которую брюнет принес ему во время их отношений. У Чжонина никогда не было серьезных отношений, кроме как с Тэмином, который не выдержал своевольного характера брюнета, его любовь к свободе собственных поступков и решений и однажды, изрядно выпив и накурившись, переспал с одним знакомым. Ки подарил ему столько любви и ласки, нежности и внимания лишь за одну ночь, сколько не выразил Чжонин за все время их отношений. Кай сразу понял, что Тэмин спал с другим, и не стал затягивать петлю измены на шее, не стал ждать, пока рога станут заметны каждому прохожему, - просто предложил Тэмину расстаться. Парень не стал возражать, а просто спокойно кивнул, по глазам брюнета поняв, что своего решения Кай не изменит. Никогда. Чжонин позволял себе все, что угодно, но никогда не изменял, никогда не давал обещаний, которых не был способен выполнить, не строил воздушных замков по поводу их будущей жизни, просто жил настоящим. Но после отношений с Тэмином Кай понял, что между двумя может быть только секс. Любовь - это то, что придумали для себя гетеропары. Поэтому вскоре Кай стал известен не только, как лучший танцор в Сеуле, но и как изумительный любовник на ночь, чем постоянно пользовались те, кто приходил на его мастер-классы. Девушки не были обделены вниманием брюнета, но даже с ними он пресекал все намеки на душевную близость. Кай был сам по себе, жил для себя. Пока не увидел неуверенный взгляд ореховых глаз однажды у себя в студии, пока не услышал приятный голос парня, который влюбленно смотрел на Чжонина. Лу Хань. Китаец. И довольно способный, но которого легко сбить с толку лишь уверенно-соблазнительным взглядом темных глаз. Лухан терялся от томного взгляда Чжонина, как дикий олененок. "Боже, как можно? Как можно быть таким невинно соблазнительным?" - подумал тогда Чжонин, когда впервые увидел Лухана. - Ты не видел его, не видел, как он смотрит на Лухана, - победно улыбнулся Исин, - это настоящие чувства, как когда-то было у него с тобой. Он оживает, Тэмин. Он снова может любить, так что прошу, не мешай Чжонину, если хоть что-то еще человеческое в тебе осталось. - Да ладно тебе, Лэй, - хмыкнул Тэмин, - я же не зверь какой. - Тэмин, - прямо в глаза посмотрел парню Исин. - Хорошо-хорошо! - нехотя согласился Тэ, примирительно приподнимая обе ладони перед собой. - Вот и хорошо, - улыбнулся Лэй. - Да, кстати, Лухан уезжает на этой неделе, - бросил Тэ, разворачиваясь и уходя из комнаты, оставляя Лэя одного с удивленно вытянувшимся лицом. Тэмин слышал, как Лухан говорил с Рейном и договорился с ним о дате увольнения из клуба. Парень не слышал даты отъезда, но прекрасно понял, что китаец собирается на родину на этой неделе. "Пусть попытает счастья еще раз, - мягко улыбнулся Тэмин собственным мыслям о Чжонине, - и если Лухан выдержит, то значит им суждено быть вместе". В этот вечер Чжонин не смог придти в клуб "Sky". Встреча с Луханом была отложена на неопределенное время, потому что у брюнета возникли дела, которые невозможно было взять и просто так отбросить, - Сэхун подал в суд на Чжонина, причина - домогательство. *** - Ты совсем охуел? - зло прошипел брюнет в лицо Сэхуну. - Хочешь, чтобы я от тебя и мокрого места не оставил? - Не вижу причин злиться, Ким Чжонин, - с каменным лицом спокойно выдал парнишка, - даже прекрасной репутации Кая суждено испортиться. - Ты, мелкий.. - начал было Чжонин, как в тесной комнатке появился адвокат Сэхуна, а сам парень, мгновенно преобразившись, глазами изнасилованной жертвы уперся в пол, дрожа при этом всем телом. - Вот же клоун.. - Заседание перенесли на следующую неделю, - огласил решение суда защитник Сэхуна, - можете быть свободны. - Сволочи.. - сквозь зубы тихо прошептал Чжонин, ведь он предоставил все необходимые доказательства своей невиновности. Время неизбежно текло, приближалась дата отъезда Лухана, но брюнет не знал, когда именно китаец покидает Корею. Из смс-сообщения от Исина Чжонин понял, что Лухан скоро исчезнет, к тому же еще эти разбирательства с Сэхуном в суде. Чжонин не раз звонил Лухану, но постоянно натыкался либо на автоответчик, либо на краткие гудки, почти не спал ночами, пытаясь найти китайца, который как будто стал невидимым для брюнета. Ни Лэй, ни Сиумин не могли помочь Каю - Лухан был непреклонен и все уговоры об одной лишь встрече с брюнетом встречал стеной игнорирования. В конце концов, не найдя другого выхода, Чжонин стал день за днем проводить в аэропорте, не пропуская ни одного рейса Сеул-Пекин. Помятая одежда, нездоровый вид, темные круги под глазами и потухший взгляд - все это видел Чжонин в отражении стекол здания. Брюнету во что бы то ни стало, нужно было хотя бы увидеть Лухана, прочитать в его глазах ответ на немой вопрос: "Почему?" - Рейс Сеул-Пекин отправляется через 30 минут, - услышал брюнет электронный голос. - Сколько уже этих рейсов я провожал, - усмехнулся Чжонин в ответ. За все это время парень не переставал названивать Лухану, спрашивать про него у Лэя, но все оставалось по-прежнему. Решение Лухана вряд ли могло измениться. Чжонин потер лоб, сделав глоток обжигающего кофе, - парень сидел в пледе и ничуть не стеснялся этого, мягкое покрывало лежало по подлокотникам слева и справа, а брюнет, держа голову на ладони, навалился вперед, опираясь одним локтем о колено. - Вы не могли бы мне подсказать, когда именно отправляется самолет Сеул-Пекин? - в очередной раз кто-то спрашивал у стойки табло. Чжонин резко поднял голову. Не снится. Точно он. Его спина. Его голос. Его профиль. Лухан. Китаец нетерпеливо повернул голову куда-то в сторону и, услышав ответ работника, резко вновь посмотрел на табло. - Через 30 минут.. - повторил Лухан и вздохнул. Чжонин видел, что вещей у китайца немного, но это не значило, что Лухан собирается вернуться. Возможно, это наоборот обозначало то, что парень не взял ничего такого, что было приобретено в Сеуле, что всякий раз бы напоминало ему то время, когда он работал в клубе "Sky". - Лухан.. - тихо позвал Чжонин и поднялся с места, не глядя ставя бумажный стакан на пол у сидения. Именно в этот момент Лухан обернулся, чтобы сесть на свободное место и дождаться своего рейса. Парень вздрогнул, когда его глаза встретились со взглядом Чжонина, измученным, но как будто счастливым. - Чжонин.. ? - растерянно воскликнул китаец и невольно забегал взглядом, стараясь найти подходящие слова. Брюнет глубоко вздохнул и приблизился к Лухану, который как будто весь сжался, как будто боялся, что его ударят. - Боже, Лухан.. Как я рад тебя видеть.. - облегченно вздохнул еще раз брюнет и постарался поймать взгляд китайца. - Что ты здесь делаешь? - наконец нашелся Лухан, стараясь не смотреть в темные глаза. Чжонин ничего не ответил и, схватив Лухана за локоть, с силой потащил куда-то. Вещи китайца так и остались одиноко стоять у распахнутого на стуле пледа, на котором недавно сидел Чжонин. - Чжонин.. Постой!? Чжонин! - попытался вырвать руку из сильных пальцев Лухан, но вышло как-то вяло. Брюнет его как будто не слышал и молча затащил в общественный туалет аэропорта. Когда парни зашли внутрь, оттуда как раз вышел единственный посетитель. Чжонин грубо притянул к себе Лухана и крепко обнял, тут же впиваясь в мягкие губы китайца. Дверка одной из кабинок была тут же открыта на ощупь брюнетом, и Чжонин, затащив Лухана в нее, закрылся изнутри, продолжая терзать любимые губы. Лухан ошалело пытался вырваться по началу, но когда щелкнул замок, а его самого до одури приятно и крепко прижало к стенке кабинки, китаец понял, что бесполезно сопротивляться. Чжонин даже на вопросы сейчас не был способен отвечать, настолько его желание овладеть Луханом было сильно. Руки, обретшие вновь стимул, крепко обнимали Лухана, пухлые губы с таким желанием целовали, что китаец стал тихо постанывать в поцелуй. Лухан сам был вне себя от такой долгой изнывающей разлуки. Его тело стало будто вдвое чувствительней, пальцы сами нащупали ремень на штанах брюнета и расстегнули ширинку резкими движениями. Лухан дрожал от возбуждения. - Чжонин.. Чжонин! .. - рвано звал брюнета китаец, когда пухлые губы уже впивались в сильную шею Лухана, принося невозможное удовольствие с толикой боли. Собственные ноги держали Лухана с трудом, тело пылало, желало большего количества прикосновений. Китаец прикусил губу, тихо зашипев и тяжело выдохнув, - Чжонин вдруг резко вжал Лухана в стену и толкнулся почти насухо в китайца, первоначально приподняв его за ноги, при этом надрывно выдохнул воздух сквозь сжатые зубы. Лухан не помнил, когда именно был раздет ниже пояса брюнетом, когда вскрытый квадратик блестящего полиэтилена был вскрыт и отшвырнут в сторону, но когда Чжонин вошел в китайца, парень растворился в космическом удовольствии. Сейчас все было на своих местах, было так, как это должно было быть. Чжонин был рядом, он любил Лухана, до боли сжимая пальцами бедра и ягодицы китайца, покрытые испариной, глубоко и резко входя в тесного парня и тем самым даря наслаждение. Никаких слов, только действия, которые были красноречивее любой ораторской речи. Лухан блаженно рассмеялся, поняв сейчас, почему Чжонин так паршиво выглядит, - он неизвестно сколько времени, наверное, здесь ждет его, Лухана. Хриплое дыхание на ухо китайца и терпкий запах пота - Лухан не выдержал и, крепко сжав зубы, застонал от нахлынувшего на него оргазма. Слишком сильным было напряжение, а невозможность ощутить любимые руки и губы долгой. Тело китайца, напрягшись всеми мускулами, ослабло в руках брюнета, который последовал за Луханом, севшим голосом выдохнув остатки воздуха из легких. Лухан встал чуть дрожащими ногами на кафель и вновь прислонился к стене кабинки. Чжонин, отстранившись на мгновение от Лухана, обнял китайца и поцеловал, но уже нежно и чувственно. - Чжонин.. - позвал Лухан брюнета, - это ничего не меняет. - Пусть так, - мягко усмехнулся Чжонин в губы Лухана, - делай так, как посчитаешь нужным. Брюнет привел себя в порядок и, дождавшись, когда и Лухан закончит, открыл дверцу кабинки и, пропустив китайца вперед, вышел следом. Оба молчали. - Рейс Сеул-Пекин отправляется через пятнадцать минут, просьба всем, купившим билеты, пройти к контролю, - оповестил электронный голос. - Мне пора, - невольно сжал задрожавшие губы Лухан. - Удачного полета, Лу, - чуть улыбнулся Чжонин, но взгляд брюнета изменился - стал теплее и живее. Чжонин обнял Лухана, не стесняясь, и незаметно поцеловал в шею, будто что-то говоря на ухо парню. - Чжонин, - китаец не мог посмотреть в глаза брюнета, - я люблю тебя. Лухан отстранился и, не оглядываясь, прошел контроль и взошел на борт самолета. Он не видел, как чуть ярче улыбнулся Чжонин, как спокойнее стало его выражение лица, как губы по привычке сжались, будто брюнет собирался их облизать. Чжонин был счастлив.