Две стороны одной медали

you are in pain Take your life, take your life with cocaine! But I am who I am, so I do what I can when I can, but I can't really do a damn thing! So fine, this day All your problems has gone away... But tomorrow, when you wake up, all your problems are back to stay! Your life- a game Turn it up, turn it up with cocaine! And every time that you live is a time when you feel and the only time you heal. (Nightcore – Cocaine)

На следующий день Максим с отцом поехали подавать документы в новую школу. На всё оформление ушла целая половина дня. И уже вечером Вика устроила прощальную вечеринку. Как всегда, вечеринка проходила у Макса дома, откуда специально была выпровожена вся прислуга и даже мать. Отец дал добро на это, поэтому парень не поскупился на дорогую выпивку и закуски. На проводы были приглашены все знакомые и друзья Макса, чему он был несказанно рад, ведь теперь им придётся видеться гораздо реже. Этой идее он был очень благодарен Вике, которая, собственно, и позвала всех. Вечеринка в самом разгаре, приглашённые ещё не знают о переводе парня в другую школу, Макс решил сделать это неожиданно, чтобы увидеть настоящие эмоции присутствующих на его решение. - Э-эй, народ! – Вика убавила громкость музыки до минимума, чтобы на неё обратили внимание, - Слушаем, и вникаем. Макс, дуй сюда, - девушка, уже изрядно пьяная, потянула к себе брюнета, что стоял в паре метров от неё, у стола с напитками. - И так, я хочу сделать важное объявление! С завтрашнего дня… Макс учится в другой школе! – все присутствующие в непонимании уставились помутневшими взглядами на девушку. Тем временем, убедившись, что на неё сейчас смотрят все двадцать пар глаз, блондинка продолжила, лукаво улыбаясь, - Она в разы отличается от нашей, это обычная средняя школа, где учатся отбросы! Ха-ха, давайте порадуемся за Макса. Он нашел новое развлечение! Пара человек в толпе усмехнулось, кто-то даже в голос засмеялся всей абсурдности ситуации. Только самые близкие друзья сейчас стояли напротив «виновника торжества», испепеляя его разъярёнными взглядами. Один из них, парень с длинными вьющимися волосами цвета смолы, зло прошипел: - Вот значит как… Захотелось нового попробовать, - полуулыбка Макса медленно поползла вниз. Он явно не такой реакции ожидал от своих друзей. Парень продолжил, - Ну и катись к чёрту! Я не собираюсь общаться с тем, кто решил попробовать на вкус жизнь в шарашке! Ты, блядь, хоть понимаешь, кто там учится? Да они даже твоего пальца недостойны, а ты решил повеселиться там. Катись ты знаешь, куда... Я ухожу! Высокий темноволосый парень гордо развернулся, и протиснулся сквозь толпу непонимающих юношей и девушек. Ещё пятеро человек так же демонстративно покинули дом Макса. А парень в ступоре переваривал всю ситуацию, нервно теребя в руках край пластикового стакана. Его девушка, чтобы избавить от излишнего внимания присутствующих к парню, что-то прощебетала, и вновь включила музыку. Тишина дома, дополняемая перешёптываниями, сменилась на оглушающие басы клубной музыки, и все вновь вернулись к своим прерванным делам. Кто-то танцевал, прижимаясь плотно к другому телу, и блуждая по нему руками в такт музыки; кто-то в углу попивал очередной коктейль и выбирал жертву на ночь; а кто-то, сидя на дорогом итальянском диване, курил травку, расслабляясь и впадая в нирвану. Макс по-прежнему пребывал в раздумьях, не обращая ни на кого внимания. Вика усадила его в кресло, и что-то защебетала, пытаясь перекричать музыку, то и дело вертясь около парня, как курица с цыпленком. - Максик, не переживай. Ты же знаешь Дена, он всегда так бурно реагирует на внезапные новости. Позлится и остынет, не бери в голову. - Вик, отстань, - юноша прервал блондинку, грубо схватив её за запястье, чтобы она хоть на секунду перестала вертеться. Девушка, зашипев от боли, исказилась в лице, прося парня прекратить. - Мне больно, отпусти! - Отпущу, если ты перестанешь маячить перед глазами. И вообще, пропади из моего поля зрения на этот вечер. Не хочу тебя видеть, – презрительно выплюнул юноша, наблюдая за тем, как вытягивается в удивлении лицо девушки. Та, нервно цокнув языком, развернулась, и, виляя задницей в обтягивающей короткой юбке, демонстративно удалилась из комнаты. Парень знал, что она, подобно собачке, вернётся к нему, стоит поманить рукой. Поэтому он не волновался, что из-за подобных слов мог потерять её. Весь остаток вечера Макс забывался в алкоголе и толпе девиц, наслаждаясь туманом в голове и жаром в теле. Проснувшись утром в том же зале на диване, где лежало на раскорячку ещё три тела, парень поспешил приводить себя в порядок. Прислуга, вернувшись рано утром, потихоньку будила весь народ, что вчера отрывался по полной, и чуть ли не по кирпичикам разложил весь дом. Для Макса был выделен отдельный слуга, который «выводил» юношу с похмелья, готовил завтрак и нужную одежду. Поэтому, ровно в восемь утра парень уже стоял возле входной двери, последний раз любуясь собой в зеркале, и укладывая причёску. Слова, сказанные вчера его другом, сильно задели его. Он не думал, что они именно так отреагируют на его прихоть. Наоборот, он надеялся, что все дружно поддержат его в затее, и даже выявят желание поучаствовать. Но парень ошибся. Хотя, он не привык долго мучить себя подобными мыслями, посему решил всё это отложить на потом. По прибытию в школу Макс начал откровенно скучать, так как все эти «приветствия» надоедали ему даже больше нытья Вики. Оглядев весь класс, юноша про себя отметил, что девушки здесь действительно страшные: в дешёвой одежде, куча косметики на лице, каждая из них смахивала на проститутку. А парни… Как обычные парни. Никто из них не выделялся какими-то фирменными вещами. Все, как один, они одевались в блёклую чёрную одежду, и словарный запас у них был на уровне первого класса. Что говорить - отродье… Наконец, умостившись за четвёртой партой в среднем ряду, он поспешил обзавестись своей группой шестёрок, которую, кстати, долго было не найти, потому как все его новые одноклассники строили из себя не пойми кого, воображая себя царями. Но всё же несколько из их числа он смог выловить, и уже по прошествии трех уроков они вместе ходили курить за школу, как старые друзья. За всё это время Макс успел многое узнать о школе, учителях и учениках. Так же, как ему донесли, в их классе есть своя груша для битья – парень, что сейчас сидел за второй партой у окна. Говорят, что семья у него неблагополучная, из-за чего все его презирают. Но… Разве он виноват в том, что его родители такие? Он ведь не вор, чтобы его причисляли к их числу. С виду одет как все, разве что джинсы с кофтой заметно выцвели. Видно, не первый год он ходит в этой одежде. Делать нечего, если Макс хочет втереться к ним в доверие, ему надо так же презирать парня, как и они. Возможно, пару раз поучаствовать в его избиении. Но не более. Юноша не хочет руки марать. Но, тому парню повезло, и по решению будущих шестёрок Макса, его решили на сегодня оставить в покое. Намечалась очередная попойка от новых одноклассников в честь вступления юноши в ряды «избранных». Желудок парня болезненно сжался при упоминании алкоголя, тем более второсортного. Но, к счастью, Максу вовремя позвонил его отец, и напомнил, что сегодня после девяти вечера им надо посетить его клуб, для подписания очередных бумажек со спонсорами. Поэтому, парень тут же сослался на срочные дела, и после звонка с последнего урока ретировался из их поля зрения. Остаток дня он провёл дома, развалившись в своей комнате на кровати, за просмотром очередного дешёвого сериала. Вечером, по прибытию в клуб «Lagoon», отец с сыном заняли выгодные места в зале, ожидая своих коллег. - И запомни, что до конца наших переговоров ты не уйдёшь отсюда. Раз уж ты согласился на наш уговор, то, будь добр, выполняй всё до конца. - Да, пап, я понял уже, – юноша со скучающим видом оглядел просторный, ещё пока хорошо освещённый, зал. Интерьер был основан на контрастных цветах, окрашивая различные части зала, и придавая помещению загадочный вид. В двух углах виднелись высокие небольшие сцены, округлой формы, края которых огибали железные решетки, замыкаясь над потолком, тем самым придавая форму клетки для птиц. По середине стояла большая сцена, к которой крепились три длинных шеста. Весь интерьер напоминал какую-нибудь сцену из БДСМ-фильма, от чего к горлу парня тут же подкатил ком. Недавно съеденная баранина в белом соусе уже приветливо махала, сопровождая всё действо рвотными позывами. Но Макс стерпел, посчитав, что не будет обращать внимания на сцену, когда начнётся представление. Посетители потихоньку рассаживались за свободные столики. Коллеги отца подоспели как раз к началу танцев, поэтому, поздоровавшись, все расселись по своим креслам, обращая взор на сцену. Только юноша уткнулся взглядом в колени, жалея, что не взял с собой телефон. Заиграла спокойная музыка, свет в зале погас, и Макс не сдержался, всё-таки глянув в сторону приглушённого света впереди. На сцену стали выходить парни самых разных возрастов. Брюнет удивился, так как одному он бы вообще лет семнадцать дал: тощий, невысокий, в сравнении с другими стриптизерами, но при этом он обладает отличной пластикой, извиваясь на шесте. Больше всего Максима привлёк именно он. Юноша даже забыл, что сейчас в пяти метрах от него на сцене танцевал ПАРЕНЬ, а не девушка, при чём танцевал так, что возбуждение постепенно накрывало всего Макса. Брюнет смотрел лишь на его тело, поражаясь, что оно может быть таким пластичным у парня. Его не волновало, кто он, и что из себя представляет. Парень жутко хотел попробовать его. Трахнуть его в самых разных позах. И он чётко решил найти его после выступления, и снять на ночь. Как говориться, один раз - не пидорас. - Максим, ты слышишь? – где-то совсем рядом раздался приглушённый голос. Парень повернулся, пытаясь выбросить наваждение из головы. Отец странно косился на него, в то время, как его коллеги, неспешно попивая свои коктейли, лукаво улыбались, поглядывая в сторону юноши. Щеки парня тут же залил румянец, а голос от возбуждения задрожал. - Да-да, слышу. Не вникнув в ситуацию, Макс бездумно наблюдал за тем, как отец подписывает документы. Закончив, он пожал мужчинам руки, передавая их копию бумаг, затем предложил им расслабиться, пригласив двое стриптизёров к ним. Сам он встал, сославшись на срочные дела, и, глянув на своего сына, спросил: - А ты идёшь? Встрепенувшись, Максим тут же вскочил с кресла, отгоняя навязчивое желание остаться и досмотреть танец того парня до конца. Попрощавшись с коллегами, отец с сыном осторожно пошли на выход, стараясь не мешать остальным присутствующим. Уже у самой двери брюнет остановился, пытаясь найти глазами того стриптизера. Сейчас он и ещё один парень танцевали как раз напротив столика, где сидели спонсоры отца. Такой обиды Макс ещё никогда не испытывал… Решив во чтобы то ни стало разузнать об этом парне, юноша поспешил за отцом, который уже достаточно далеко ушёл от сына. Догнав его, парень поинтересовался: - Пап, куда дальше? - В смысле? – не понял он. - Ну, куда дальше мы пойдём? У нас ещё есть на сегодня встречи со спонсорами? Вытянувшись в лице, отец ответил: - Нет. А что, неужели и впрямь заинтересовался этим делом? - Да, заинтересовался. Тогда, если нет никаких встреч, я поеду домой, хорошо? - Хорошо. Машина на стоянке. Скажи водителю, чтобы он заехал за мной часов в одиннадцать. Мне надо ещё разобраться с документами, - дождавшись утвердительного кивка сына, отец неспешно побрел к лифту, после чего скрылся из виду. Макс зашел обратно в зал, стараясь быть незамеченным коллегами отца. Пройдя в конец помещения, он прошмыгнул за дверь, ведущую в коридор к гримёркам стриптизеров. Охранник без вопросов пропустили его дальше, узнав, чей он сын. Как мужчина сказал, до конца выступления ещё пятнадцать минут, и Макс решил узнать, какая гримёрка того парня. Бугай указал ему на одну из дверей в самом конце коридора. Найдя нужную, брюнет зашёл в крохотную пыльную комнатку. «М-да, самое место для бомжей. И как он тут переодевается? Это больше смахивает на чулан, чем на нормальную гримёрку…», - поражался он, сидя в разваливающемся кресле напротив длинного зеркала. Рядом с креслом на табурете лежала, по всей видимости, одежда того парня. Юноша удивился, разглядывая её, потому как эти вещи показались ему смутно знакомыми. Так же, на крохотном столике рядом с зеркалом лежал пакет с ещё одной одеждой. «Значит, он ещё не один здесь переодевается. Поразительно… Теперь я понял выражение простолюдинов: «Как килька в банке». И вправду жутко тесно». Пока парень разглядывал комнатку, в коридоре послышались приглушенные шаги. Макс прислушался, пытаясь понять, кто это мог быть. Несомненно, выступление закончилось, и теперь все стриптизеры расходятся по своим каморкам. Брюнет удобнее устроился в кресле, расплываясь в коварной улыбке, предвкушая реакцию того парня.