Глава третья
11 ноября 2014 г., 00:18
- Я могу, - улыбнулся Марк тепло. Рид облегченно выдохнул — его просьба, по крайней мере, не вызвала негативной реакции. Судя по всему, субъект даже не заметил, что его намеренно пытаются выманить. - Если ты дашь мне кое-что взамен, - тут же добавил похититель, пристально глядя на Рида.
- Но у меня ничего нет, - Спенсер уже понимал, что вещь, о которой его попросят, не материальна. Возможно, Марк опять попросит рассказать ему о чем-нибудь, но это вряд ли. Он и до этого не стеснялся задавать вопросы, считая это платой за свою «заботу». Значит, что-то ещё, и этого чего-то Спенсер против своей воли боялся.
- Поцелуй, - Марк произнес это с каким-то трепетом, словно для него поцелуи имели куда большее значение, чем обычно бывает для мужчин его возраста. И вообще для мужчин. По его лицу Рид понял — он придает этому ритуалу совершенно особое значение. Это не просто дополнение его игры, фантазии, это один из немногих способов получения особого удовольствия, которое он себе позволяет. Заботу о своих пленниках он воспринимает, как альтруизм, он старается ради них, ничего особенно не требуя взамен. Кроме таких вот маленьких радостей.
- Хорошо, - Рид несколько секунд раздумывал перед ответом. С него ведь не убудет, зато он получит реальный шанс ускорить свое освобождение. Но почему-то ему все равно было как-то не по себе, словно он совершает нечто аморальное. Рид закрыл глаза, успокаивая себя тем, что в ситуации, когда нет шансов спастись самому, нужно только делать все, чтобы избежать смерти и, по возможности, боли. Нужно делать все, что нужно, чтобы выжить. Впрочем, ему, возможно, было бы легче согласиться на это, если бы субъект угрожал убить его.
С закрытыми глазами Спенсер почувствовал, как Марк наклоняется к нему. Несколько долгих секунд их лица были близко друг к другу, очень близко. Настолько, что Рид ощущал дыхание субъекта, мог отчетливо разобрать оттенки его запаха. Потом Марк наконец подался вперед и коснулся своими губами губ Спенсера. И только. Он не пытался притянуть Рида поближе к себе, обхватить его руками, развести его губы или использовать свой язык. Нет, ему, казалось, было достаточно только того, что он уже испытывал. И это продолжалось долго, даже очень долго. Рид сосредотачивался на том, что держал свои глаза закрытыми и считал секунды, ожидая, когда Марк отстранится от него. Это случилось больше чем полминуты спустя.
- Мне нужно идти, - сказал субъект наконец, распрямившись. Судя по его улыбке, он был вполне доволен происходящим. Рид кивнул, не зная, что ещё можно сказать. Похититель спокойно развернулся к нему спиной, явно не ожидая, что Спенсер может попробовать напасть на него сзади. Он подошел к двери, открыл её и вышел, а затем Рид услышал, как он запирает замок.
Оставшись в одиночестве, Рид прошел в ванную комнату и поспешно умылся. Он тер свои губы, словно с них нужно было что-то смыть, и только ощутив, что те начинают побаливать, прекратил процедуру и огляделся. Он помнил, что Марк сказал ему, что сам жил в этой комнате, когда был ребенком. Это было хорошо, значит, он привез Рида не в случайное место. Когда команда вычислит, кто является субъектом, Гарсия найдет этот дом в два счета.
Спенсер осмотрел ванную, а затем, выйдя из неё, и комнату, в которой находился. Ему казалось странным, что какие-то родители могли поселить своего ребенка в подвале без окон, пусть даже в просторной комнате с собственной ванной. Что вынудило их к этому? Может, они не желали видеть его в своем доме? Или это был способ «изолировать» его от чего-то или кого-то? Рид надеялся найти подсказки, которые могли бы помочь ему понять Марка. Тогда, возможно, он сможет более успешно с ним взаимодействовать.
Он прошелся вдоль стен, заглянул под кровать, даже осмотрел пол. Некоторые следы, вероятно, относились ко времени пребывания в этом помещении других пленников. Например, кто-то колотил стулом по двери. Это заставило Спенсера задуматься. Субъект входил в комнату без опасений, кто-то из студентов мог попробовать напасть на него. Однако это не отразилось на состоянии жертв, и никому не удалось сбежать. Вряд ли он внушал жертвам парализующий их ужас. Значит, было что-то ещё.
И ещё раз оглядевшись, Спенсер обнаружил, что именно — несколько небольших камер фиксировали то, что происходило в подвале. Очевидно если кто-то из жертв вел себя агрессивно или готовился к нападению, Марк мог заходить к нему, когда тот спал или был в ванной, тогда внезапное нападение исключалось, а физически все жертвы были намного слабее. Всё это казалось Риду странным. Совершенно наивные действия субъекта противоречили его хорошей организованности. Он придумал, как держать жертв под контролем не связывая их, не избивая и не угрожая оружием. Но при этом похитил агента ФБР и рассчитывал, что отделается несколькими сообщениями. Всё это было неправильно, потому что Рид явно что-то упускал. Что-то, что сделало субъекта тем, кем он являлся.
Дерек не мог уснуть. Он ходил по номеру взад и вперед, пытаясь успокоить себя словами Гидеона — похититель не обидит Рида до тех пор, пока считает, что его не ищут. Но это все их домыслы. Предположения. И сколько раз они ошибались, значительно или не очень? Что, если не избивая жертв, субъект мучил их морально? Что если он угрожал им, принуждал делать что-то? Кроме того, он мог изменить почерк. Такое иногда случалось — стрессовый фактор или развитие идеи, и вот уже преступник становится более опасным и более жестоким.
Морган знал, что ему нужно лечь спать. Жуткие картинки в его голове совсем не помогали размышлять здраво, а Риду он мог помочь только скорее вычислив маньяка. Хотелось позвонить Гарсии, спросить, как идут дела, но Дерек одергивал себя — его звонок не ускорит процесс, проверить подозреваемых до утра они все равно не смогут, а его звонок только расстроит Гарсию ещё сильнее, и им придется успокаивать друг друга.
Ещё был соблазн пойти к Эл или к Гидеону. Но Эл наверняка чувствует себя виноватой — она опрашивала людей вместе с Ридом и «проглядела» субъекта. Она наверняка предложит Дереку выпить, он не сможет отказаться от соблазна, а завтра им обоим потребуется ясность сознания. Нет, к Эл идти было нельзя. Морган мог бы пойти к Гидеону, но подсознательно боялся застать там Хотча, в отношении которого теперь испытывал постоянное раздражение.
Дерек всегда уважал своего начальника. И как босса, и как специалиста, и как человека. Но теперь он ловил себя на том, что винит Хотча. В том, что Рид был тогда вместе с Эл. В том, что Хотч разогнал их по номерам. В том, что Аарон, как казалось Моргану, не проявлял достаточного усердия. А если точнее — не выражал эмоций, которые чувствовались сейчас в каждом из них. Все это были поводы, но причина зрела довольно давно, и она относилась даже не к этой ситуации, а к самому Риду. Дерек ревновал.
Он знал о своем особом отношении к Спенсеру. И знал, что Хотч ощущает почти то же самое. Ни один из них прежде не заявлял на Рида никаких прав, не делал попыток сблизиться с ним. Они не конкурировали. Дерек опасался за свой статус, кроме того просто считал Рида ещё слишком наивным и слишком неуверенным в себе. У Хотча была семья. Они были словно два волка, положившие глаз на одного и того же ягненка, но по молчаливому согласию решившие, что он слишком хорош, чтобы оказаться в чьей-то пасти. А теперь Спенсера похитили, и конфликт как будто обострился, рискуя перейти в открытую стадию.
Морган принял душ, переоделся и лег в постель. Он не надеялся быстро уснуть, но хотел сдержаться от того, чтобы пойти бесцельно бродить по улице или совершать другие глупости. Он погасил свет и закрыл глаза, начиная отсчитывать про себя, когда в соседнем номере захлопнулась дверь. Морган слышал это отчетливо, так, словно звук раздался у самой его головы. Он тут же вскочил, подбирая с тумбочки наручники и пистолет. В соседней комнате жил, а точнее должен был жить, Спенсер.
Дерек выскочил в коридор как раз вовремя. Он заметил крупную мужскую фигуру, удаляющуюся быстрыми шагами в сторону лестницы.
- Стоять на месте, руки за голову, - рявкнул Морган. Мужчина покорно остановился и даже заложил за голову руки, не произнося при этом ни слова. - Лечь на землю, руки на пол, - велел Дерек, приближаясь. Ему хотелось, чтобы неизвестный оказал сопротивление, тогда у него был бы повод применить силу, но тот, как назло, исполнял все, что ему приказывали. Дерек быстро завел его руки за спину и сцепил наручниками, уже слыша, как открываются соседние двери. Обернувшись, он увидел стоящего в коридоре Хотча. Тот неодобрительно покачал головой. На несколько секунд его лицо озарилось тщательно сдерживаемым гневом.
