Пусть наступит утро. Сиквел

- Я устал, - сказал кто-то голосом брата. Почему, почему у него такой грустный голос? Что произошло? - Не мудрено, - ответил ему чей-то чужой, слабо знакомый голос. Почему? Что происходит? Саске медленно выдохнул, пытаясь разобраться во всех этих вопросах. Откуда вообще взялось столько вопросов? Кажется, будто весь мир сузился до одного "что случилось?". Кажется, будто все иное потеряло смысл, растаяло, уступая место таким глупым и таким всепоглощающим вопросам. - Может, обойдется, - неуверенно сказал чужой голос. Так странно прозвучал этот вопрос. Так странно слышать такое после ... всего. А что, обойдется? Что не так. - Может, - все так же грустно ответил брат, почему-то вздыхая. Точно. Так вот, почему. Саске еле смог сдержать рвущийся наружу смешок. Голова. Глаза. Нет, он знал, что это произойдет. Знал с того самого момента, как узнал, что ему противопоказанны травмы. Ведь так всегда - происходит то, чему происходить нельзя. Ведь случай не спрашивает, он не разбирается ни в чем и никогда. Он просто происходит. И нельзя его за это винить. А кого тогда? Кого тогда винить? Насильника? Может, но станет ли от этого легче? Навряд ли. Что ж, теперь осталось только открыть глаза, чтобы все окончательно разъяснилось. Осталось просто...но черт... как же трудно сделать. Почему? Ведь он всегда знал, что это произойдет. Приоткрыть глаза удалось далеко не сразу. Что-то внутри мешало, липкий страх то и дело норовил сломить волю, заставить поддаться панике, заставить сдаться. Темнота. Она везде. Кажется, будто все известные цвета за секунду превратились в черный, вмешиваясь в один сплошной хаос. Хотелось бы закричать, что все не правда. Хотелось бы уверить себя, что такого просто не может быть... но... он всегда знал, что будет именно так. Как бы он не старался, как бы не убегал, это нагоняло его снова и снова. Почему? А кто знает. Может, судьба. Нам ведь, увы, не дано знать такие вещи наперед. - Нет, Нии-сан, - прошептал Саске, - не обойдется. На секунду воцарилось молчание. Саске знал - брат должен все осмыслить. Он не злился на него, дек и едва ли тут было на что злиться. - Как ты? - спросил обеспокоенный голос Итачи. Как-то грустно становится от звука этого голоса. Ведь все было понятно с самого начала, разве нет? Саске честно прислушался себе, анализируя все ощущения. А как он? Боли нет, даже многострадальная голова сейчас не болит. Злость? Нет злости, да и злиться особо не на кого. Что еще? Что он должны чувствовать сейчас? Ничего. Только странная пустота в груди никак не желает закрываться. - Никак, - честно ответил парень, получая в ответ только грустный вздох. Ну и что? Неужели, было бы лучше соврать? Сказать что-то вроде извечного "нормально"? Но ведь это Итачи. Кому, как не Итачи, знать правду. И верно, никому. - Хочешь чего-то? – спросил другой голос, не менее обеспокоенный, чем голос брата. А чего он может хотеть? Что сейчас ему нужно? К сожалению, то, что ему действительно нужно – это одно белобрысое чудо, попавшее в не меньшую передрягу. - Спать, - соврал Саске, прикрывая слепые глаза. Брат молча встал и вышел. Другой же, человек с более легкими шагами, помялся еще насколько секунд и тоже вышел, видимо, не найдя подходящих слов. Ну да, какие тут могут слова. Они ведь все равно никому сейчас не нужны. Оставшись в одиночестве, Учиха грустно вздохнул и снова попытал открыть глаза. Ничего не изменилось – темнота не спешила расступаться. Так глупо было надеяться на это, но что оставалось? "Я найду тебя" Он обещал. Он ведь не врет. Не умеет врать. Он действительно будет искать, как только сможет сбежать из больницы. Он будет искать, да найдет ли? Саске моргнул, ощущая, как стекают по щеке горячие слезинки. Даже если найдет… нужен ли ему… такой Саске. Теперь, когда все цвета разом почернели, Учиха больше не сможет увидеть невероятную синеву небесных глаз. Слезы уже вовсю текли по щекам, но не было никаких сил остановиться. Хотелось плакать. Казалось, вместе со слезами уйдет все, что причиняет боль. Казалось, еще немного и его глаза снова смогут видеть. Но, увы… ********* Как же надоело просыпаться и видеть эти дурацкие трещины на потолке. Неужели, так трудно хоть раз в пятилетку побелить эти чертовы потолки? Почему первым, что должен увидеть человек, проснувшись в больнице, должны быть именно эти трещины. Какой идиот придумал эту закономерность? Блондин улыбнулся своим мыслям и медленно попытался встать. Тело поддалось со скрипом. С третьей попытки удалось кое-как упереться рукой в матрац, с шестой – приподнять голову. Черт… лучше бы он этого не делал. Мир опасно покачнулся, больничная палата поплыла перед глазами. Стол, стул, противно пищащие приборы и окно слились в одну неразборчивую цветовую гамму. В желудке ощутимо потяжелело. Кажется, внутренности претендуют на самостоятельную жизнь. - Эй, ты совсем свихнулся? – крикнул кто-то. От этого непозволительно громкого крика в голове проснулись трудолюбивые дятлы, усиленно долбящие кость, будто тоже желая покинуть черепную коробку. В висках заломило. Кто-то резко толкнул Наруто в плечи и прижал к кровати. Слишком сильно. От этого перед глазами заплясали разноцветные слоники на пару с кенгуру. Что же за день такой? Нельзя же так с больным. Когда бешеные зверюшки немного успокоились, а мир снова начал приобретать очертание, переставая походить на огромное разноцветное пятно, Узумаки смог разглядеть перед собой своего рыжего друга. - Ты зверь, Собаку, - простонал блондин, морщась от непрекращающейся головной боли. - Сбрендил? – спросил Гаара после непродолжительной паузы, во время которой он тупо пялился на это белобрысое нечто. – Ты неделю в отключке валялся. - Чего? – Наруто несколько раз моргнул, въезжая в ситуацию. – Да там же пустяковая царапина. ААААЙЙЙ, - заорал парень, когда рыжий со всей любовью приложил его подушкой. - Пустяковая?! – вскрикнул он. – Да ты почти сутки на операционном столе провел. Пустяковая? У тебя сердце два раза останавливалось. Это пустяковая? И то, что тебе почку пересадили – тоже пустяк? - Чего? – Наруто вытаращил глаза, тупо моргая. - Удар пришелся на почку, - Гаара рухнул на стул рядом с кроватью, - у тебя открылось внутреннее кровотечение. Почку пришлось удалить, но тогда другая пошла в отказ. Тебе в строчном порядке искали почку. Это пустяки? Или то, что я чуть не поседел перед операционной? Наруто чуть склонил голову вбок. Потом несколько секунд рассеянно моргнул, задумчиво почесал затылок и… разразился диким ржачем. От смеха почти сразу заболел живот и Узумаки буквально сложился пополам, но смеяться не перестал. Его тело то и дело потряхивало. От такой экзекуции старательные дятлы в голове заработали с новой силой, будто появилась еще одна причина покинуть этот скворечник. Но это не остановило парня. И вообще вряд ли что-то могло… а нет… звонкая пощечина от друга, от которой голову завернуло в сторону все-таки справилась. - Ты чего? – опасливо спросил Гаара, нервно поглядывая на выход. Мда, кажись, кто-то подумал позвать на чай добрых дяденек санитаров. - Так значит, это был не сон, - легкий смешок вырвался из губ Наруто. – Ахаха, не сон. Секунда, и его лицо стало серьезным. Так значит, все это произошло на самом деле. Тогда… да… он нужен Саске. Сейчас. Парень вздохнул и начал медленно подниматься с кровати. Гаара хотел броситься ему наперерез, но остановился, стоило ему увидеть пронзительный взгляд голубых глаз. Стоять удавалось со скрипом. Парня ощутимо потряхивало, а перед глазами все еще парили стайки динозавриков. Милашки. Шаг. Динозаврики что-то закричали и бросились врассыпную, будто заигрывая с воспаленным сознанием. Шаг. Какой-то затейливый тираннозавр врезался прямо между глаз. В голове сразу потемнело. Кажется, будто сознание сделало несколько финтов и благополучно отключилось. Гаара бросился к падающему парню, в последний момент, успев предотвратить его тесное знакомство с больничным полом. Идиот. Ну что за идиот? О чем он только думает? Или… о ком? ************* Удар. Холодный кафель только гулким звуком отвечает на оскорбление. Удар. Боль сковывает костяшки. Кажется, будто по рукам уже течет кровь. Удар. Кровь медленно капает на пол, стекает по стене, от чего она становится скользкой. Удар. Эта боль ведь реальна? Он ведь живой? Саске вздохнул и в очередной раз врезал по стенке, шипя от новой порции боли. Почему? Почему все именно так? Какой хрен выключил лампочки в его голове? Почему вокруг только темнота? Когда она успела стать такой всепоглощающей? Саске уже несколько дней не находил себе места. Дурацкие мысли, лишенные всяких красок и цветов, не желали покидать его голову. Наруто. что с этим идиотом? Был ли он там, или все это было просто бредом? Было ли все это реальным? Если так, то, что с ним сейчас? Где он? Живой ли? Это дурацкие вопросы стальным обручем сковывали голову, отбирая последние крупицы покоя. От этого становилось только хуже. Если это все правда, то Наруто будет его искать, если уже не ищет. Да только желает ли Саске, чтобы его находили? Учиха вздохнул, прижал искалеченную руку к груди. Кровь сразу же пропитала больничную пижаму, но это не произвело должного эффекта. Боль больше не отрезвляла. Да и не было особо боли. Раны на руке неприятно пульсировали, но не болели. Почему? А, видимо, это действие тех аналгетиков, которыми Саске так заботливо накачивали в последние дни. Брюнет устало прислонился к стене, возле которой сейчас сидел. Кровать была где-то в трех шагах направо от этого места. Невыносимо было уже лежать вот так, направив пустой взгляд куда-то в потолок. Кажется, Наруто когда-то говорил, что всегда узнает больницу по трещинкам на потолке. А как же тогда узнавать ее Саске? Парень призадумался, прислушиваясь к своим чувствам. Легкий запах хлорки со странной примесью сладковатого запаха крови. Поколотая плитка не стенах идиотской формы и, наверное, такого же дурацкого цвета. - О господи! – испуганный женский голос прозвучал где-то слева. Кажется, там вход. Саске еще не пытался это проверять. – Вы же покалечитесь. Девушка бросилась к нему, что-то звонко щебеча, но для Саске все слова слились в один нескончаемый поток шума. Кажется, она занялась его руками. Сознание поплыло и медленно оставило парня. Так даже лучше. Так определенно… лучше. ****************** - Что за черт, - вскрикнул Наруто, дергая привязанными к кровати руками. - В прошлый раз ты попытался встать и вырубился, - пояснил Гаара, - я не хочу, чтобы это повторилось. - А если я есть захочу? Или пить? – вкрадчиво спросил блондин, пытаясь ослабить хватку. Ремни не спешили поддаваться, но и парень не спешил уступать. - Я тебя покормлю, - флегматично заявил Гаара, что-то высматривая в каком-то журнале. - А если я захочу в туалет? – вскрикнул Наруто, сильнее дергая ремнями. - Я принесу утку, - все так же бесстрастно ответил парень. Блондин с досадой ударил кулаком по простыни. Такого препятствия он как-то не учел. Беда. - Я должен уйти, - парень решил сменить тактику, пока друг совсем не свихнулся со своей заботой. – Да и к тому же, я гей. Ты всерьез хочешь касаться моего члена? - Попрошу поставить катетер, - Наруто чуть не взвыл от злости. Угораздило же. - Я должен его увидеть, - заорал Узумаки во всю мощь легких. Мощь, правда, оказалась не очень мощной, и вместо крика из его горла вырвался только полу разборчивый хрип. - Ничего подобного, - это определенно был глухой номер. Наруто прикрыл глаза, обдумывая возможный план побега. Валить надо было, причем строчно, да только как. Парень еще раз дернул ремни. Глухой номер. А что если? Наруто открыл глаза, огляделся. Не найдя искомое, он ехидно улыбнулся, потом поспешил припрятать это выражение лица и заменить его более честным. Потом парень жалобно попросил: - Пить хочу. Гаара недоверчиво уставился на парня. Эта честная мордашка определенно ничего общего с честностью не имела. Уловка? Но зачем? Выбраться сейчас у Наруто вряд ли получится. Он критично осмотрел ремни. Точно не предвидеться. - Ладно, - он с тихим вздохом поднялся со стула, положил на него свой журнал и направился к двери, не сводя пытливый взгляд с Узумаки. Последний, казалось, прилежно принял свое положение и не спешил смываться. Вон даже глазки прикрыл. Ну, ок. Как только закрылась дверь, всю деланную прилежность Узумаки как рукой сняло. Парень на пробу выгнул спину, прислушиваясь к ощущениям. Болит, но не сильно. Может, и прокатит. Наруто набрал побольше воздуха в легкие, закусил губу и медленно вывернулся так, чтобы оказаться лицом возле одного из ремней. Поясницу свело тупой болью, но останавливаться Наруто был не намерен. Парень зубами впился в ремень, чуть ниже пряжки, с силой дергая ее. Поддавалась со скрипом, но миллиметр за миллиметром, ремень медленно выскальзывал. Пряжка натянулась, не пуская, ремень замер на мёртвой точке, не желая двигаться. Узумаки гулко зарычал от досады и снова принялся дергать зубами ремень. Поясницу начало противно жечь, но теперь не было обратных путей. За дверью послышались чьи-то шаги. Другого шанса не будет. Наруто несколько раз глубоко вдохнул и снова вцепился в ремень. Парень с силой рванул ремень, вкладывая в это движение всю свою волю. *********** Гаара, ничего не подозревая, спустился в буфет за бутылкой минералки. То есть, подозревать-то он подозревал, да вот не догадывался, что все будет именно… так. Он знал, что друг лишен всех возможных видов тормозов и всячески пытался его сдержать. Продавщица мило улыбнулась парню, и он уже понял, что немного задержится. Девушка без умолку про что-то трещала, вцепившись для надежности в рукав парня. Бежать было невозможно. Бутылка минералки в руке уже порядком нагрелась от слишком длительного контакта с кожей. Гаара уже хотел выдергивать себе волосы и плести веревку, как болтушку подозвал какой-то слишком прыткий покупатель, и рыжий сумел по-тихому свалить, так и не забрав сдачу. Дурное предчувствие начало зарождаться еще на выходе из буфета. С каждым шагом оно становилось все крепче, закручиваясь в тугой узел где-то в груди. Что-то было не так. Гаара ускорил шаг, пытаясь поскорее оказаться в палате. Этому дьяволенку доверять не приходилось. Слишком уж он непонятный. - Эй, Гаара, - закричал знакомый голос. Рыжий вздрогнул и повернулся лицом к сестре, проклиная свое хваленое везение. - Привет, Тем, - обреченно простонал он. - А ты чего тут? – оживилась девушка. - Я тебе рассказывал, - напомнил он, желая чтобы это поскорее кончилось. С каждой секундой он все больше жалел, что оставил Узумаки одного. - А, тот парень. Как он? - Нормально. Экзекуция продлилась еще минут пять, прежде чем Гааре милостиво не разрешили вернуться в палату. Даже пинок под зад для ускорения прибавили. Когда рыжий уже подходил к двери, его внимание привлек странный шорох за дверью. Предвидя худшее, парень поспешил открыть дверь. Он ожидал чего угодно. Нет, ну правда. От летящего в него тапка до вида пустой кровати и открытого окна. Но он никак не ожидал увидеть загорелый кулак, летящий прямо ему промеж глаз. В глазах все резко вспыхнуло и медленно погасло, выключая вместе с собой сознание. "Точно, дьявол", - подумал Гаара, прежде чем сознание окончательно покинуло его. ************* Саске открыл глаза, в очередной раз созерцая идеальную черноту. Все тот же легкий запах хлорки, шершавая простынь и полу протёртое одеяло. Он определенно в больнице. Тихое покашливание сбоку еще и возвестило его о том, что в палате он не один. - Кто тут? – спросил Саске, ненавидя себя за этот вопрос. - Я, - ответил кто-то голосом брата. - Привет, - буркнул Саске, отворачиваясь к стене. - А у меня новости, между прочим, - заявил брат, нагло разворачивая Саске обратно. - Какие? – без особого энтузиазма поинтересовался Учиха младший, желая только чтобы разговор побыстрее прекратился. - Я нашел тебе врача, - без прелюдий сказал Итачи. – Он согласился оперировать тебя. Вероятность восстановить зрение – 80%. - А остальные 20? – поинтересовался Саске. - На этот случай у меня есть запасной план, - обрадовал брат. - Какой еще план? - Надеюсь, не узнаешь, - вздохнул брюнет. – Итак, если ты согласен, то мы выезжаем немедленно. Ну так что? Есть ли у тебя незавершенные дела тут? "Наруто", - подумал Саске, прикрывая глаза. Сквозь общую черноту нехотя проскользнули очертания мальчишки, навсегда покорившего сердце брюнета. - Ну, так как? – спросил брат, звякая ремешком часов.