Возвращение

– Так какую историю ты хочешь услышать? Патрик явно рассматривал вопрос очень основательно, взгляд его ярко-зеленых глаз остановился на ключице Кастиэля. – Хмм… Я хочу послушать про папу. – Очень хорошо, – согласился Кастиэль, скрывая волну накатившей меланхолии. Патрик заслужил эту историю, когда бы он ее ни просил. – Твой папа был высоким, красивым и очень смелым, – начал Кастиэль, хотя это было очень размытое описание человека по имени Дин, – он очень сильно тебя любил. – Больше всего на свете! – высоким голосом вскрикнул Патрик. Он очень хорошо знал эту историю. – Да, больше всего на свете, – с улыбкой согласился Кастиэль, – он любил сажать тебя к себе на колени и петь очень старую Earth song, чтобы ты поскорее уснул, – Патрик свернулся калачиком под своим одеялом и счастливо вздохнул, будто вспомнил о чем-то приятном, хотя на самом деле помнить этого он не мог, – его самой любимой вещью в мире было провести день с тобой и с дядей Сэмом… – И с тобой, – закончил за него Патрик. Печальный вздох сорвался сквозь улыбку Кастиэля. – Да, и со мной, – тихо добавил он, – когда он приезжал в отпуск с войны. Кастиэль никогда много не говорил о Лунной войне, которая забрала у них Дина. Патрик был достаточно взрослым, чтобы понять, что Дин погиб в битве, но он не был достаточно взрослым для деталей. Ему не нужно знать, что корабль Дина взорвался в сотне миль над их домом, и даже если бы им вернули обломки, хоронить все равно было бы нечего. – Я похож на него? – спросил Патрик. – О, да. Так сильно, что это причиняет боль каждый день. – Я бы хотел, чтобы он все еще был здесь, – не с печалью, но огромным сожалением поделился Патрик. Он скучал скорее по отцу, чем по Дину. Улыбка исчезла с губ Кастиэля. – Да, я тоже этого хочу. ******************* Хуже всего было знать, что они считают его мертвым. Дин никогда не доверял лунарам, и даже если бы он и размышлял над этим, он все равно считал бы их жестокими. С первого момента, когда они перевезли его сюда с борта тюремного корабля, Дин испытывал на себе только их презрение и гнев. Они знали, что он не был простым солдатом. Они знали, что он был Капитаном Винчестером, героем битвы при Козероге, ставшей поворотным моментом в войне. Дину совершенно точно не нравилось вспоминать об этом, но сотни лунаров умерли в тот день. Совершить необходимое зло, чтобы защитить Землю… защитить свою семью… но Дин не чувствовал вкуса победы. Тем не менее, лунар, кажется, был другого мнения и хотел отомстить. – Ты никогда не увидишь их снова, – злобный рык лунара и его зловонное дыхание донеслись до его уха той первой ночью, – и они даже не будут тебя искать. Бьюсь об заклад, и шести месяцев не пройдет, как твой маленький учитель найдет себе кого-то другого. В наказание за перелом ребер у того лунара Дин был изолирован. По правде говоря, Дин знал, что Кас мог бы и сам о себе позаботиться, и спустя год он отчаянно надеялся, что Кас переехал, что он не был один… потому что Патрику нужен был отец. Но Боже, это так больно. Он так сильно скучал по ним, что это сдавливало грудь, будто он не дышал уже несколько лет. Это было истинным наказанием. Не ручной труд, не плохие условия, не бесконечные насмешки от лунаров-охранников. Ничто из этого не имело значения, когда он знал, что семья оплакивала его смерть, которой никогда не было. Это было настоящей пыткой для Дина, которая длилась шесть долгих, беспомощных лет. ******************* Патрик никогда не понимал, почему люди говорили о его папе, приглушая голос. Его школьная учительница, мисс Розен, всегда убеждалась, в порядке ли он, когда они говорили о семьях. Но Патрик не грустил, потому что папа – это его папа. Он грустил, что отец ушел, но его никогда не печалило быть Патриком Винчестером или жить вдвоем только с одним папой. Особенно когда люди с благоговением произносили, что папа был героем и помог отбить наступление лунаров. Игра, в которую дети играли на переменах, называлась «война», и в ней Патрик всегда должен был быть Капитаном Винчестером. Газон между качелями и горкой был полем битвы, и когда Капитан Винчестер маршировал по нему, ничто не могло его остановить. Потому что папа Патрика был величайшим героем на свете, и он бы ни за что его не подвел. ******************* Энди старался держать себя в руках. Сегодня что-то серьезно вывело Кэпа из себя, и это не была обычная плохая кормежка или бесконечная работа на рудниках. Плохо было находиться взаперти на том тюремном корабле, но, сравнивая его с марсианскими шахтами, Энди молился о возвращении туда. Спина болела, его желудок всегда был пуст, и он не мог избавиться от чертовой красной пыли, которая оседала в волосах и на одежде и вызывала жуткий зуд. Но даже в этих случаях Кэп справлялся со всем лучше, чем сейчас. Он читал какую-то новую книгу, которую им позволили лунары, как вдруг швырнул ее в стену. Не то чтобы он раньше не проявлял эмоций, но обычно Энди мог угадать их источник. – Что случилось? Кэп обвел рукой крошечное пространство камеры, которую они делили. – Что не случилось, капрал? Иногда Энди задавался вопросом, зачем они сохраняли это притворство с воинскими званиями. В шахтах все они были просто очередными рабами-землянами, которые могли вкалывать тут до самой своей смерти, работая на лунарскую казну. – О, я думаю… Затянувшаяся тишина давила на Энди, но он не знал, что сказать. Кэп уставился в потолок пугающим невидящим взглядом, от чего у Энди закололо в груди. Что бы ни было проблемой, это было хуже, чем ежедневное раздражение от того ужасного распорядка, к которому они привыкли. – Кэп? – позвал он наконец. – Моему ребенку сегодня исполняется шесть лет, – пробормотал тот в ответ. Это только усилило боль Энди. Все земляне скучали по своим семьям, но, Боже, эта агония по своим детям, особенно по таким малышам… – Да, – хрипло согласился он. – Я даже не знаю, как он сейчас выглядит, – безэмоционально продолжил Кэп. – Ну, знаешь… Дети в этом возрасте… Может, бейсбол? – предположил Энди, вызывая у Кэпа неожиданное фырканье. – Не уверен, что Кас или Сэм подумали бы его туда отдать. Энди знал, что Кас был мужем капитана, а Сэм – это его брат. Он слышал, как тот бормотал их имена во сне. – Тогда ты отдашь его, когда вернешься домой. Кэп косо глянул на него, сохраняя нейтральное выражение лица. – Ты действительно думаешь, что это случится? – Да, – с напускной уверенностью произнес Энди, – и ты тоже в это веришь, – убеждал он. – Правительство Земли уничтожит чертовых лунаров, они найдут нас, и мы вернемся домой. Рано или поздно это произойдет. Долгая пауза повисла между ними, а затем, к облегчению Энди, Кэп немного расслабился. – Да, – согласился он, – ты прав. Может, ни один из них на самом деле не верил в это, но именно сейчас сделать вид, что они поверили, было необходимо. ******************* – Ты вообще собираешься когда-нибудь снова ходить на свидания? Кастиэль даже не потрудился ответить на вопрос Сэма, хотя и знал, что тот спрашивал об этом из-за своей заботы и глубокой привязанности. В конце концов, Кастиэль был лучшим другом Сэма до того, как он начал встречаться с Дином. Но их последняя встреча закончилась трагедией. Кастиэль не оставил Дина. Он не видел тела и не попрощался с ним. Независимо от того, сколько времени прошло, он все еще чувствовал себя принадлежащим кому-то. Не самое удобное ощущение, когда пытаешься пригласить на свидание другого человека. – Слушай, я знаю… Ладно, я не знаю. Я никогда не терял супруга, но я знаю, что ты очень одинок, – сказал Сэм, когда Кастиэль продолжал молчать, – и я знаю, что это идиотское клише, но Дин не хотел бы, чтобы ты был один. Так что… тот парень и… – Нет, – решительно ответил Кастиэль. – Кас… – Я сказал «нет», Сэм. Мне не нужен другой человек, – он отвернулся от Сэма, открывая запаянный в вакуумные лотки ужин. – Ты не должен прекращать его любить ради кого-то другого, – упрямо продолжал Сэм. – Да, я знаю. Но это не значит, что я все еще люблю его, – объяснил он, изо всех сил пытаясь сохранить голос спокойным, – это значит, что я никогда не перестану его любить, – он взглянул на Сэма. – Это немного разные вещи, не так ли? Сэм испустил глубокий выдох и снова медленно втянул в себя воздух. – Да, – мягко согласился он, – я думаю, это разные вещи. ******************* Дин не сидел на месте все эти шесть лет. В течение первого года он не меньше десяти раз пытался бежать. Но без оружия и украденного корабля его всякий раз захватывали в плен и наказывали. Иногда его изолировали, иногда били. Дин предпочитал побои. Это было легче, чем постоянно думать о том, что он потерял, а это случалось неизменно всякий раз, когда он оставался один. Он действительно никогда не оставлял попыток, за что заработал себе репутацию огромной занозы в заднице… но Дин перестал верить, что выберется отсюда живым. Часть его даже жалела, что он не выберется. Есть вещи и похуже, чем смерть. Тем не менее, большая его часть отказалась сдаваться. Если он задумывался над этим, то представлял себе нахмурившегося Сэма и слышал его голос. Чувак, ты не можешь просто сдаться, как трус. У тебя есть семья, которая ждет тебя. Кастиэль в его мыслях никогда ничего не говорил. Дин просто видел его синие улыбающиеся глаза и обещал, что на следующий день попытается еще раз. Однажды все получится, и Дин, наконец, сможет вернуться домой. ******************* – Кас! Включай новости, – взволнованно проговорил Сэм, прежде чем Кастиэль успел его поприветствовать. Его огромный родственник протиснулся мимо него и бросился к голографической панели. Пальцы стучали по ней в бешеном темпе, и так же быстро билось и сердце Кастиэля. На лице Сэма было написано скорее волнение, а не тревога, но все же Кастиэль не любил сюрпризы. – Что это? Репортер ответила на его вопрос. Она сидела в студии, но позади нее, парящая перед камином Кастиэля, проигрывалась запись, на которой солдаты армии Земли эвакуировали людей из здания. На гражданских не было никаких опознавательных знаков, но по гневу, написанному на их лицах, было ясно, что это лунары. – … сердце империи лунаров, – говорила репортер. – Без сомнения, это начало долгого процесса. Определенно, снова может вспыхнуть насилие, но, несмотря на это, торжества уже начались во всех крупных городах Земли. – Сэм? – тупо позвал Кастиэль. – Война кончилась, – хриплым от волнения голосом сказал Сэм, – лунары сдались прошлой ночью. Кастиэль знал, что должен как-то отреагировать, выразить нужную эмоцию – как слезы наворачивались на глазах Сэма, или как на этих кадрах мужчины и женщины пели и обнимались на улицах, или как это делали солдаты, изображение которых заменило предыдущие кадры. Особенно осознавая, что конец войны – это то, за что боролся Дин и за что он умер. Вместо этого он застыл на месте. – … долгое время, но неизбежный конец, что начался несколько лет назад с битвы при Козероге, наступил, и в этот момент важно вспомнить всех погибших, храбрых мужчин и женщин, которые… Кастиэль выключил панель и направился к двери, открывая ее ударом кулака. – Кас? – тихо позвал Сэм. – Чертово время, – прорычал Кастиэль, поднимаясь по лестнице в спальню, которую когда-то разделил с Дином. Сэм смотрел, как Кастиэль надолго замер на одном месте. ******************* Наступивший конец стал большой неожиданностью. Только он возвращал свои инструменты охраннику-лунару, сопровождавшему их во время работы, и в следующий момент этот охранник уже задыхается и падает на землю, а на его мундире дымится прожженное плазменным оружием отверстие. – Черт побери, – еле слышно произносит Дин. – Руки вверх! – громко приказал чей-то голос, и, что самое удивительное, Дин повиновался. Слева от него сдался другой отряд охранников-лунаров. – Кто вы? – спросил Дин, но ответ стал очевиден, когда человек, которому принадлежал голос, вышел из тени. Дин не узнал его лицо, но он узнал форму. Черно-коричневая, с маленькой нашивкой в виде Земли на левом плече. – Ты землянин, – произнес Дин. Позади он услышал вздох других рабочих. Мужчина в земной форме подозрительно нахмурился. – Да, и прямо сейчас Земля берет под контроль этот горный комплекс. Вы будете… Боже правый, ты Дин Винчестер, – внезапно сказал он, широко раскрыв глаза. Хотя стоит отдать ему должное – его оружие не дрогнуло. – Ты ведь должен быть мертв. – Да, прости, что разочаровал, – прорычал он в ответ, маскируя очень сильную и болезненную надежду, что появилась в нем сейчас, почти удушая его. – Что происходит? – требовательно спросил он, быстро возвращаясь к роли командира, несмотря на дула нескольких пистолетов, направленных на него. – О, эм, ладно… – Говори прямо, солдат. – Простите, сэр! – воскликнул мужина. – Земля заняла столицу лунаров. Нашей миссией является охота за предыдущим правителем лунаров и захват контроля над их финансовыми активами. Другими словами, захватить оставшиеся намеки на империю лунаров. Другими словами, они выиграли войну. Другими словами… Дин мог вернуться домой. Его колени подогнулись, и он прислонился к ближайшей стене. Эмоции, родившиеся в нем, были настолько мощными, что он их даже не ощущал. Он слышал, как земляне-рабы начали радостно кричать и разбивать свои инструменты о дорогое лунарское оборудование. Возможно, силам Земли совсем скоро придется подавлять восстание, но Дину было плевать. Все, что он мог видеть – это те улыбающиеся глаза. Ему бы никогда не удалось сбежать в одиночку, но Дин сделал все, что было необходимо. Он выжил. – Я сделал это, Кас, – пробормотал он в сжатый кулак, – я возвращаюсь домой. ******************* Сэм и Кастиэль обменялись взглядами. Единственные люди, которые могли бы навестить его так поздно, уже были в доме Кастиэля. Патрик спал наверху, пока Сэм и Джесс наслаждались последними напитками в гостиной. – Кто бы это мог быть? – спросил Сэм. – Я не знаю, – Кастиэль замер. Последним человеком, которого он ожидал увидеть, был офицер армии Земли. Майор, если Кастиэль правильно прочитал знаки различия на его воротничке. Когда в последний раз кто-то подобный посещал их дом, ему сообщили о смерти Дина. Так что Кастиэль полагал, что мог быть прощен за слегка ледяной тон, которым спросил: – Я могу вам помочь? – Кастиэль Винчестер? – Да, – подтвердил он. – Я могу войти? Кастиэль очень не хотел иметь ничего, связанного с армией, в своем доме, но также он знал, что это не понравилось бы Дину. Его глупый, смелый, безрассудный муж обожал свою работу. Было бы довольно грубо просто послать майора подальше, даже не выяснив, зачем он приходил. – Конечно, – Кастиэль проводил его в гостиную. – Возможно, мы должны поговорить наедине… – Сэм и Джесс – моя семья. Вы не скажете мне ничего, что им не стоит знать, – жестко ответил Кастиэль. К его удивлению, глаза майора засверкали: – Сэм Винчестер? – Да, – осторожно подтвердил Сэм. Майор усмехнулся. – Тогда вы тоже захотите это услышать, мистер Винчестер, – сказал он, поворачиваясь к Кастиэлю. – Я счастлив сообщить вам, что четыре часа назад отряд земной армии обнаружил вашего мужа живым и здоровым на горных рудниках лунаров. Кастиэль молча смотрел на него, его мысли беспорядочно запутывались на слове «живым». Он слышал, как Сэм испустил глубокий сдавленных вздох, как Джесс резко втянула в себя воздух, но это не могло быть правдой. Они не должны ему верить, потому что это было ложью, и они будут разочарованы. Кастиэль будет разочарован. – Что? – тупо переспросил он. Выражение лица майора смягчилось, он потянулся и взял Кастиэля за запястье. – Дин жив, – низким и абсолютно искренним голосом произнес он. Секунду спустя Кастиэль, наконец, понял, какие слова были ему сказаны, и сделал то, чего не делал никогда. Ни когда Дин якобы погиб, ни во время похорон, ни в течение всех этих лет жизни с Патриком в одиночку. Кастиэль разрыдался. Он опустился на пол, или ему так показалось, пока он не обнаружил себя в захвате сильных рук, трясущих его. – Кас, – звал его Сэм, – Боже мой, Кас. Единственное, что Кастиэль мог сделать – это уткнуться лицом в шею Сэма и выплакать шесть лет боли, горя и агонии ужасного одиночества. ******************* Между совещаниями, медицинскими осмотрами и попытками выяснить, кто еще выжил в битве, Дин был слишком занят, чтобы получить нечто большее, чем простое подтверждение, что Кастиэль, Сэм и Патрик были в безопасности и живы. Все было так. Никто, казалось, не знал или не хотел дать ему чуть больше информации, чем эта. – Богом клянусь, если кто-нибудь не расскажет мне о моей семье, – Дин сжал пальцы вокруг горла испуганного капрала, – я всех убью. Менее часа спустя, как только их корабль достиг орбиты Земли, капрал вернулся с докладом, который он протянул слегка дрожащими руками. – Ваш муж все еще живет по тому же адресу, что указан в вашем профайле, сэр, – сказал он. – Один? – заставил он спросить себя. Он не мог винить Каса, если тот решил двигаться дальше, но мысль о другом человеке в его доме, в его семье, вызывала тошноту. – Нет, сэр, – ответил капрал. Желудок Дина болезненно сжался. – Ваш сын живет там же. Дин медленно встал со стула, чтобы нависнуть над юношей. – Только вдвоем? – спросил он, стиснув зубы. – Да? Ох, – капрала осенило, – о! Нет, сэр! Я имею в виду, да, сэр, ваш муж не женился во второй раз. Но ваш брат женился два года назад, сэр. Это было великолепно и довольно странно, потому что у Сэма были проблемы с женщинами, но, черт, прямо сейчас Дину было плевать. Кастиэль ждал его. Он откинулся на спинку крошечной койки в своей каюте, широкая удовлетворенная улыбка появилась на его лице. – Хорошо, и мы садимся?.. – Вы вернетесь на Землю через два часа, сэр. Два часа должны оказаться ничем после шести долгих, ужасных лет, но Дин думал, что они никогда не закончатся. ******************* Патрик с трудом понимал, что произошло. – Он не умер? – спросил Патрик в пятый раз за утро. – Нет, – подтвердил Кастиэль, будучи не в состоянии прекратить улыбаться и нехарактерно ухмыляться. Дин был жив. Эти слова не уходили из его сознания, заставляя его просыпаться каждые двадцать минут прошлой ночью. Дин жив и прибудет в космопорт сегодня рано утром. Пальцы Кастиэля так и норовили расчесать собственное лицо, а руки болели, удерживая его от этого. Эмоции были слишком сильными, чтобы он мог их пережить. Но Кастиэль был более чем счастлив, что у него был шанс попробовать. – Он использовал специальное излучение, чтобы исчезнуть с корабля, – объяснял ему Кастиэль, пересказывая слова майора, – он использовал технологию, которую не знали папины друзья, поэтому они думали, что он мертв. – Но он не мертв? – снова спросил Патрик, застегивая пуговицы своей полосатой рубашки – она вместе с зелеными вельветовыми брюками была лучшим нарядом Патрика. Кастиэль хотел, чтобы сын хорошо выглядел к возвращению Дина. Он не видел своего ребенка с тех пор, как тому было три месяца. Кастиэль гордился тем, как вырастил его. – А ты… – Патрик стал теребить полы рубашки и замялся. – Я что? – мягко спросил Кастиэль. Патрик поднял на него взгляд испуганных зеленых глаз. – Как ты думаешь, я понравлюсь папе? Кастиэль немедленно опустился на колени перед ним и притянул его к себе, обнимая и успокаивая. – Я знаю, что понравишься. Ему понравится знакомиться и играть с тобой, я обещаю. Патрик цеплялся за Кастиэля, очевидно ошеломленный и напуганный. Но потом… Кастиэль предпочел бы этим проблемам возвращение пропавшего отца. – Пора идти, – напомнил Кастиэль, отстраняя Патрика, чтобы вытереть его мокрые от слез глаза. – Пойдем и приведем его домой. ******************* Когда они вышли в зону встречи, ситуация перешла в стадию радостного, неконтролируемого хаоса. Камеры телевидения зависли в воздухе над толпой, снимая, как потерявшиеся воины и их семьи подбегают друг к другу. Дин услышал гортанный всхлип Энди прямо перед тем, как он оторвался от него и подошел к девушке, которую оставил когда-то. Он смотрел на нее с нежной улыбкой на губах, прижался своим лбом к ее и начал что-то шептать. Он был прав, думал Дин. Они были спасены и возвращались к тем, кто любил их сильнее всего. О, Дин знал, что не все будет светло и радостно. Некоторые из его солдат получили плохие новости. Кто-то узнал о смерти своих близких, чьи-то семьи переехали. Поездку на Землю Дин провел с плачущей женщиной, держа ее за руку и слушая, что ее муж женился во второй раз и завел детей от другой женщины. Но это только обострило его облегчение оказаться на поверхности Земли и успокоить свой гнев по отношению к лунарам. Дин оглянулся, чтобы посмотреть, пришел ли кто-то все же встретить этого солдата, и пропустил момент, когда к нему подбежал ребенок, и маленькая ручка мягко схватила и потянула его за рукав. – Папа? – робко позвал он. Сердце Дина подскочило к горлу, когда он снова повернулся вперед. Не было никакой ошибки – это милое личико, эти знакомые глаза и россыпь веснушек вокруг острого носа – это определенно был его ребенок. Его малыш, который еще не мог ходить, когда Дин видел его в последний раз, вырос и теперь смотрел на него снизу вверх с нескрываемым обожанием. – Привет, малыш, – сказал Дин, сглатывая комок в горле. Может, это имя больше и не подходит ему, но он никогда не прекратит называть так своего сына. Прежде чем он успокоился, Патрик обвил свои худенькие руки вокруг его талии и обнял с удивительной силой. – Папа, – всхлипнул Патрик, – я так сильно по тебе скучал. От этого сердце Дина заныло. Он упал на колени и притянул Патрика в объятия, сдерживая собственные всхлипы и чувствуя, как слезы Патрика покатились по его шее. – Я тоже по тебе скучал, – сказал он в мягкие светлые волосы Патрика, – каждый день. Толпа текла мимо них и шумела все сильнее, но в этот момент они принадлежали только друг другу и не замечали ничего вокруг. ******************* – Где твой папа? – наконец спросил Дин, ожидая, что Кастиэль был здесь с сыном, и, черт, он так сильно хотел его увидеть. Он поднялся на ноги и убедился, что держит одну ручку Патрика в своей руке. – Я убежал вперед него, – признался Патрик, – скорее всего, у меня будут проблемы, потому что… – Патрик! – дрожь мгновенно прошла по позвоночнику Дина. Черт, не имело никакого значения, что Кастиэль говорил истерично и обеспокоенно. Дин не слышал этот прекрасный голос целых шесть лет. – Патрик, что я говорил тебе о… ох, – Кастиэль остановился, чтобы мимо прошла обнимающаяся пара, и увидел Дина, стоящего перед ним, – ох, – снова повторил он ломающимся голосом. Годы не сделали Кастиэля менее красивым. – Привет, Кас, – его голос дрогнул на имени мужа. Одно короткое мгновение никто не двигался, а затем Кастиэль сократил расстояние между ними, быстрее, чем Дин даже подумал об этом. Патрик отскочил в сторону как раз вовремя, чтобы Кастиэль не раздавил его, обнимая Дина. Этот аромат Дин почти забыл, этот особый запах Кастиэля, который Дин никогда не мог толком описать, окутал его, и это было так хорошо – ощущать, слышать и чувствовать Кастиэля. – Любовь моя, – тихо произнес Кастиэль, губами касаясь уха Дина. Покраснев, он вспомнил, как раньше уклонялся от этих слов, и как легко сейчас они поднялись в его сердце, и Дин был им рад. Он прижал Кастиэля как можно ближе и опустил другую руку вниз, чтобы обнять Патрика за плечи. – Боже, Кас, я так чертовски сильно по тебе скучал, – признался Дин, и этого было совсем недостаточно, чтобы описать его чувства. Совсем нет. Но он сможет объяснить это позже. Теперь у них было время. ******************* Сэм стоял неподалеку за спиной Кастиэля. Он ждал достаточно долго, прежде чем Кастиэль отстранился на сантиметр, и притянул Дина в свои медвежьи объятия и всхлипнул ему в плечо. Он был очень похож на какого-то гигантского гризли, но все же оставался лишь человеком. Потом Сэму удалось представить Дина великолепной блондинке по имени Джесс, на которой женился его брат, как он сам утверждал. Дин сказал, что не верит в это, но Джесс, смеясь, подтвердила слова Сэма. Она нежно обняла Дина и сказала, что рада его возвращению. Он был так поражен всем этим, что крупная дрожь пробила его тело. – Сэм, – почти приказал Кастиэль, – нам нужно уйти отсюда. Только услышав это, Сэм повернулся, чтобы растолкать массу людей вокруг, используя свой рост. Впервые… с тех пор, как он в последний раз видел Каса, впервые Дин чувствовал, что кто-то заботится о нем. – Спасибо, – пробормотал Дин. Кастиэль сжал его руку и поднял ее, чтобы поцеловать ладонь. Единственный знак привязанности, который Кас демонстрировал на публике, кроме объятий. – Пойдем. Я хочу увести тебя от этой толпы. Дин не мог не согласиться. ******************* Патрик не прекращал болтать всю дорогу домой. Он останавливался только чтобы перевести дыхание. – Я хожу в первый класс, – сказал он, прижимаясь к боку Дина и глядя на него глазами, которые напоминали ему собственные и заставляли его растекаться лужицей по полу. – Я хорошо учусь. Дядя Сэм сказал, что я пошел в папу, потому что ты ненавидел школу, но я думаю, что он просто шутил. Мы с друзьями играем в войну, и я всегда играю тебя! Я всегда побеждаю, потому что все говорят, что ты герой. Дин мог только кивать и смотреть на своего ребенка. У него были свои собственные мысли и интересы. Конечно, Дин не мог подобрать другого слова, кроме «возбуждающий», но все же. Патрик сильно отличался от того сладкого спящего малыша, которого помнил Дин. Это тоже было ошеломительно, хотя на этот раз без участия Кастиэля, и Дин был благодарен. Он хотел сделать все возможное, чтобы Патрик не переставал быть таким открытым с ним. – Мы можем завести собаку? Папа сказал «нет», потому что нас всего двое, но теперь нас трое, и дядя Сэм сказал, что у тебя была собака, когда ты был маленьким, так что можно, да? Он уже переиграл своих родителей. Это определенно был ребенок Дина Винчестера. – Эм, ну… – Если мы заведем, я хочу бигля и назвать его Роберт. Я думаю, Роберт – хорошее имя для собаки, да? У моего лучшего друга есть собака по имени Кали, и она… Дин откинулся на своем сидении и отстраненно слушал монолог Патрика, ладонь Кастиэля все еще крепко сжимала его руку. Все было хорошо.