Терпкий вкус вина (рабочее)

На следующий день Северус не хотел как-то взаимодействовать с Люциусом. Причиной было как то, что они все никак не поговорят о природе их взаимоотношений, и, похоже, его «друг» избегал подобных разговоров, делая вид, что все в порядке вещей; так и то, что Снейпа изнутри ело какое-то неприятное предчувствие, которое возникло в тот момент, когда он заметил, как Малфои беседуют с Блэками. Вчерашняя прогулка закончилась хорошо, он вернулся с новыми учебниками, мантией и даже парочкой перьев, но, решив сегодня не особенно задерживаться, они с Люциусом уже к 8-ми часам вечера разошлись по спальням. Жизнь в доме аристократа придавала всему этому всему действу особый окрас, видение Северуса было бы совершенно иным, будь он на своей территории и в других условиях. Но нельзя было списывать все на влияние ситуации. Ещё тем вечером, отложив в сторону всевозможные книги, гость поместья Малфоев задумался. «Для начала нужно решить про себя: чего я хочу?»,- рассуждал он в своей голове, лёжа на кровати и вглядываясь в потолок,-«Я хочу быть с Люциусом. Но быть как? Как друзья? Или как любовники?» Эти мысли были непростыми для Северуса. Он буквально прожевывал и осознавал каждое слово, произносимое им же самим в собственной голове, и приходил к самым разным выводам. Одним из них было то, что называть их любовниками он пытается не в первый раз. Даже в тот момент, когда Снейп с Малфоем были в разладе, младший украдкой наблюдал за действиями «скотины и полного урода, который его использовал». Потому что трудно не наблюдать за объектом внимания. Но даже если это так, и Северус видит в своём друге кандидата в партнеры, то вряд ли это взаимно. Он анализировал вновь, не желая останавливаться на достигнутом. Люциус вёл себя так, будто их взаимоотношения не были для него чем-то более, чем дружеским. Сложно сказать, были ли у него отношения до этого: сложно, потому что это мог быть просто секс. По данной теории стоило предполагать ещё и то, что Северус является для него таким же «одноразовым», как и все остальные, но помимо этого тут почему-то присутствует какая-то привязанность, и, наверное, ответственность. Никого нельзя прочитать и понять досконально, однако для себя Сев решил, что попробует поговорить с «соседом», ведь это должно хотя бы как-то прояснить картину. Утром же это желание напрочь отпало, и с этим ничего уже нельзя было сделать. Но Люциус, конечно, не был в курсе этого, а потому уже после того, как Снейп начал собирать вещи в душ, ворвался в его комнату. Северус замер, ожидая вопроса, который тут же последовал: «Почему ты пропустил завтрак?» Это хорошее время и место для разговора. От осознания этого сердце защемило, и пришлось закусить губу с внутренней стороны. Но что стоит сказать? Нет, определенно в этой ситуации нельзя трогать тему, ставшую для обоих запретной. «Я.. недавно проснулся»,- пожал плечами Северус с легкой улыбкой,-«Разве у вас, аристократов, не принято поспать подольше?» Малфой улыбнулся, по-хозяйски устраиваясь на кровати друга: «Да. Но это было давно. Сейчас же отец говорит мне, что нужно вставать вместе с солнцем, чтобы все успеть.» Увидев немного удивленный взгляд Снейпа, Люциус тут же ободряюще усмехнулся: «Конечно, я не говорю о том, что всегда следую этим советам. Люблю валяться в кровати.» Северус не мог сдержать улыбки. Конечно же, ему в голову сразу же пришёл тот самый момент, когда он проснулся ранним утром от плохого сна, и проспал с хозяином поместья в его кровати ещё как минимум полчаса. «Я в душ»,- все ещё с приподнятыми уголками губ пробормотал Сев. Его сосед утверждающее кивнул и остался ждать в комнате. Этот день был тихим и спокойным, чему Снейп был более, чем рад. Он обожал проводить время именно так, как они проводили его сейчас. После позднего завтрака, принесённого в комнату эльфом, они вместе прошлись по лесной опушке, почти не разговаривая и периодически наклоняясь за тем, чтобы сорвать с кустика дикую землянику. Они присели на огромные и ветвящиеся корни старого дуба, увлечённые поеданием немногочисленных найденных ягод. Вчера вечером, пока на это было время, Северус отправил письмо матери, в котором кратко сообщал о том, что условия жизни в доме никак не могут ему подходить, поэтому он уехал на время; также назвал своё примерное местонахождение, чтобы в случае чего к нему можно было обратиться. Мысли о том, что сейчас он наладил ситуацию, успокаивали, и младший мог спокойно расслабиться, не будучи терзаемым мыслями о проблемах с родителями. Люциус тоже выглядел необычайно спокойным и расслабленным: аристократ медленно отправлял ярко-красные ягоды одну за одной себе в рот, долго жевал, видимо, смакуя вкус, и взгляд его был каким-то чересчур далеким от реальности. Несмотря на происходивший недавно ужас в жизни, Снейп чувствовал себя счастливым. Он будто бы, выстрадав земные события, переместился в награду за стойкость куда-то в рай. В этом раю было голубое небо, безопасное и уютное гнездышко, вкусная здоровая! еда и Люциус рядом. Расчувствовавшись от подобного контраста будто бы между двумя мирами, Северус присел чуть ближе к другу и положил голову на его плечо. Малфой никак не отреагировал на это физически, поэтому младший искренне надеялся, что на его лице сейчас не застыло удивленное выражение человека, вырванного из гармонии. «Я рад знать, что у тебя хотя бы на какое-то время в жизни порядок»,- тихо произнёс аристократ через пару минут. Северус был немного удивлён этому заявлению, но воспринял по-своему: «Да. Я тоже.» Но через несколько секунд он не выдержал и добавил: «Порядок в жизни, но не в голове.» Малфой, похоже, усмехнулся, но Снейп не мог этого определить, не видя его лица. «Думаю, в мире нет людей, у которых самый настоящий порядок в голове.» Очевидно, он был прав. Но что-то в этой фразе было такое, многозначное, будто бы, говоря это, Люциус намекал на то, что и у него тоже есть жизненные проблемы, о которых тот молчит. «Может быть, поделишься со мной? Почему ты ушёл из дома?» Тема эта, конечно, была Северусу малоприятна, но когда-нибудь все равно будет нужно об этом говорить, ведь нельзя делать вид, что ничего не произошло. Произошло, к слову, многое. И все это начиналось с далеких лет детства, подкреплённых частыми унижениями и домогательствами. Но Люциусу было необязательно знать об этом. Он спрашивал о том, что произошло тем днем, и Северус, пересилив себя, рассказал. По началу его слова были тихими и монотонными, будто бы он просто перечислял последовательность событий, как во всемирной истории, но затем, будучи подвластным влиянию нахлынувших воспоминаний, Снейп уже начал активно жестикулировать и намного чаще дышать. История подходила к концу. «Потом - ночной рыцарь. Не помню, сколько мы ехали, но уже под утро я был здесь»,- выдохнул младший, убирая от лица свою спадающую темную прядь,-«Да, я в этой истории не кажусь героем.» Люциус все это время молчал, был сосредоточен. Но после этих слов он немного встрепенулся, осмотрел опушку, на которой они сидели, а затем перевёл взгляд на только что говорившего, а после одарил его своей мягкой улыбкой: «Не во всех сказках люди ведут себя как герои. Это ведь кажется неправдоподобным.» «Ну и мы не в сказке, к сожалению»,- нервно усмехнулся в ответ Северус. «А ты хотел бы?»- Малфой все ещё держится крайне непринужденно, это даёт некоторую лишнюю уверенность в том, что этот разговор исключительно дружеский, это не допрос. «Может быть»,- Снейп все еще улыбался, но это было скорее каким-то защитным механизмом, чем действительным чувством,-«Смотря в какой. Ненавижу сказки про драконов и принцесс, также не слишком мне нравится История о Робин Гуде.» Люциус заметно заинтересовался открытостью Северуса и его готовностью вступать в диалог. «Что же тебе нравится? Питер Пен какой-нибудь?» «Неа»,- на этот раз младший уже улыбался по-настоящему, его искренне забавляло то, что его друг не может отгадать его любимую сказку,-«Это про то, как мальчик попадает в другой мир. Про великанов.» Малфой надулся. Он вообще-то никогда не любил играть в такие загадки, но ситуация, его близость с Северусом и в общем то, что разговор был приятен обоим, давало понять - пора отбрасывать в сторону принципы. «Нарния? Нет, черт, там же была девочка Люси и никак не великаны.» Они тихо рассмеялись. Люциус выругивался подобным образом не так часто, как мог бы, ведь манеры - это основа жизни аристократа. Но если ситуация вынуждала, прямо как сейчас, то выглядело это забавно. «Джек и бобовый стебель»,- через несколько секунд после того, как они закончили смеяться, подал голос Сев. Малфой усмехнулся ему в ответ: «Я бы догадался.» «Вот и не уверен»,- с азартом ответили ему. «Догадался бы. Точно. Это все твоя нетерпеливость.» Снейп подавил смешок: «Может быть. А может и не быть.» Получив шутливый удар локтем под рёбра, младший вновь рассмеялся. Сейчас все было хорошо не только в жизни, но и в голове.