Жизнь фурри. Первый гибрид

      Через месяц, когда Образцев получил результаты голосования, он решил вывести Пафс в свет и записал её в школу с литературным уклоном. Еще через месяц малышка пошла в первый класс. К сожалению, сам Образцев не мог присутствовать на этом знаменательном празднике. Из-за этого он отправил с щенком своего робота Генри, а с Пафс общался с помощью теленаушника, что он ей дал, и следил за ней через камеры Генри, которые находились в глазах у робота и транслировали на монитор профессора видео.       Праздник прошел очень радостно для них обоих, а особенно - для Пафс. В этот день её всюду преследовал Генри, чтобы уберечь, хоть это и не было нужно: прохожие были слишком заняты хлопотами. По пути домой малышка впервые шла пешком по улицам города, а не ехала на машине, укрываясь от всего мира. Она много раз просила то отца, то Генри зайти в попадающиеся им на пути здания: магазины игрушек, пара зоопарков, детский сад, кафе и еще много различных интересных и увлекательных для Пафс мест. К сожалению, Образцев слишком волновался за неё, поэтому позволил лишь зайти в магазин одежды и купить пару нарядов, после чего велел тут же направляться домой, никуда не сворачивая. Он не разрешил посещать другие здания, но пообещал щенку, что на выходных он лично сходит с ней на прогулку и они пойдут куда только Пафс захочет.       На следующий день Пафс нужно было идти в школу на её первый урок. Это была огромная школа в шесть этажей, во дворе расположены огромный спортзал, спортплощадка и средних размеров бассейн, а с крыши здания был виден, казалось, весь город. Малышка попросила, чтобы сегодня Генри проводил её до школы пешком. Как только они пришли, к ней тут же подбежали многие ученики и даже некоторые учителя, чтобы познакомиться, подружиться, предложить свою помощь, а некоторые (в основном это были старшеклассники) - чтобы просто погладить по голове. Пафс не была уверена, но ей послышалось, что несколько голосов её осуждали и всячески обзывали, но большого значения малышка этому не предала. Прошло три замечательно познавательных урока. Пришло время обеда. Пафс, как и все остальные дети, направилась в сторону столовой для начальных классов со своими новыми друзьями, которые ее окружили. Когда она взяла свою порцию и села за дальний столик, у окна, все ученики, включая старшеклассников, что пришли в "десткую" столовую только ради новой необычной ученицы, сели подле неё. Тут она снова услышала эти странные голоса, которые говорили о ней всяческие гадости: - Посмотри на неё! - говорил один голос. - Только появилась, так сразу столько поклонников! - Наверное, сейчас считает себя главнее всех, - сказал второй голос. - Это мы должны быть на её месте! Нас должны окружать толпы! - сказал он. - Может стоит её приструнить? - послышался вдруг голос третьего. - Нет! - возразил первый. - Тогда все пойдут жалеть эту собачонку! - Верно, - сказал второй, - лучше подождать. - Точно, - согласился первый, - нужно ждать. Скоро её персона всем надоест, и она станет обычной ученицей. Тогда внимание снова достанется нам. Мы ведь самые одарённые ученики - стоит выиграть одну олимпиаду, как публика вновь станет нашей. - Но я ей всё равно не доверяю, - пробормотал третий.       Голоса были не взрослые, а скорее более детские. "Наверное, это мальчики из третьего или четвёртого класса," - подумала Пафс. Она решила, что не стоит предавать этому какое-либо значение, а потому даже не прислушивалась к ним. К тому же, их голоса заглушал гул, создаваемый людьми возле неё. Так прошёл остаток учебного дня. По возвращению домой она и не вспомнила об этих мальчишках и не рассказала Образцеву о том, что услышала.       Через три дня наступили выходные. Образцев, как и обещал, собрался прогуляться с Пафс по городу, но как только он открыл дверь, чтобы выйти, их обоих ослепили вспышки камер, а люди оглушили беспорядочным потоком вопросов. Репортеры и журналисты решили зайти к ним "в гости" и взять интервью. Своё появление на пороге профессора в выходной день они объяснили тем, что знали о школьных занятиях щенка и хотели наведаться, когда они оба (и Пафс, и профессор) будут дома. Образцев просто не справился с этим потоком любопытных людей, которые ворвались в его дом. Он улыбнулся Пафс, будто сказал: "Прости, но кажется, сегодня не получится погулять..." - и проводил незваных гостей в гостинную, где каждый мог сесть на кресло, диван или стул и спокойно задавать свои вопросы. Как только все устроились в комнате, Образцев сел в кресло напротив всех и пригласил Пафс взять стул и сесть рядом с ним, на что малышка радостно согласилась.       Затем последовала череда самых обычных вопросов о том, как Пафс приняли в обществе, как она себя чувствует и каково было её первое впечатление, когда она вышла в этот городской суетливый мир. Ничего интересного, даже для Пафс. Когда ей задали очередной банальный вопрос, она сделала замечание: - Неужели вам и правда интересно, как в школе ко мне подбежала толпа ребят и начала знакомиться? Неужели вас не интересуют действительно важные вопросы? Например, почему я пошла в школу на пять лет раньше? Или каким образом я могу говорить человеческой речью? Признайтесь, что ваши вопросы довольно скучные и всё, что вы сможете написать в своих газетах и журналах, это: "Сегодня мы брали интервью у Пафс, первого фурри на нашей планете. Ей понравился наш город. Общество ее любит. На этом всё." А ведь вы мне задали уже с десяток вопросов!       Повисла немая пауза, даже Образцев удивился. - Журнал "Чистая планета", рубрика "Эволюция", - прозвучал молодой женский голос. После этих слов встала журналистка и продолжила: - Каким именно образом вам, профессор, удалось создать антропоморфа? - Я не могу ответить на этот вопрос. Во-первых, я не хочу, чтобы кто-то неопытный изуродовал данное существо, допустив ошибку при создании. Во-вторых, я не хочу, чтобы образовались так называемые "чёрные рынки". Называйте меня параноиком, но люди всегда были и будут порочными и жадными созданиями, особенно когда дело касается собственной выгоды. Всякий ищет любой шанс, чтобы заработать деньги или повысить свой авторитет... И при любом подвернувшемся им под руку случае он во что бы то ни стало воспользуется этим шансом. - Отец, - неожиданно для всех вдруг с удивлением обратилась Пафс к Образцеву, - разве люди настолько жестоки?        После этих слов повисла долгая томительная тишина. Все люди, находившиеся в комнате, осознавали справедливость слов профессора, что на самом деле являлось не лучшим известием. Образцев смотрел на своё творение, и ему казалось, что он, подобно малому ребёнку, смотрит на неё с глупейшим выражением лица и не может подобрать слов, чтобы ответить на такой, казалось бы, простой детский вопрос. Никто из журналистов и репортёров не сказал ни слова. Они смотрели на щенка и казались ещё более глупыми. Через некоторое время среди них послышались шептания: "Она не знает?... Она что, живёт в сказочном мире, где все равны?... Бедная девочка, она совсем не знает жизни..." - слышались голоса. Этот шёпот разозлил профессора Образцева. Он резко встал со своего кресла и грозным голосом попросил всех уйти, а Элизабет, своего робота-служанку, проводить гостей до выхода. Пафс совсем не ожидала такого поведения от профессора. Она ни разу не видела его рассерженным. Она даже не знала, что должна делать. Эти мысли заполнили её голову. Пафс испугалась и быстро побежала к себе в комнату. Успокоившись, Образцев понял, что зря разгорячился и испугал свою маленькую фурри. Обдумав всё, он пошёл к Пафс.        Подойдя к её комнате, Образцев вздохнул и медленно открыл дверь. Пафс сидела на кровати и смотрела в окно. Профессор подошёл к ней и сел рядом. - Понимаешь, Пафс, - начал было он объяснять своё поведение, но малышка перебила его: - Это правда? - Ты о чём, милая? - Ты сказал, что все люди - порочные, жадные и жестокие, что они сделают всё, чтобы заполучить то, что хотят... Это правда? - Знаешь, - подумав немного ответил Образцев, - на этот вопрос я могу дать два ответа, потому что я не совсем так сказал, но имел ввиду именно это: люди сделают всё, чтобы заполучить то, что хотят. Сначала отвечу на эту, менее мрачную сторону твоего вопроса... Да, многие люди сделают всё, лишь бы осуществить свою мечту. Вот я, например. Я двадцать лет провел в лаборатории, чтобы создать тебя и с гордостью могу сообщить, что провел это время не зря. За столько лет я мог сделать многое, что принесло бы мне большую прибыль для хорошей жизни и новых изобретений, но моей главной целью было создание антро. Как думаешь, я жадный? - Думаю, нет, - тихим голосом ответила Пафс, всё так же смотря в сторону окна. - Я жестокий и порочный? - продолжил профессор. - Нет. - А вот тут ты ошибаешься. Столько невинных жизней я обрёк на бессмысленное существование... Я говорю о твоих старших братьях и сестрах. Ведь именно на пробах и ошибкам мы учимся, сознаём новое. Возможно, пока ещё тебя не посещал этот вопрос о том, честно ли я поступаю, но меня посещал, и не раз. Все эти химеры, гибриды человека и животного, все они созданы мной, и я желаю им лучшей жизни, но не могу ее дать, ведь они обречены жить у меня под лабораторией... Увидев их, люди просто испугаются, отвергнут, а то и пострадают, поэтому я не имею другого выхода, кроме как запереть их здесь. Но даже зная об этом, я продолжал свои эксперименты, создавая новых химер. - Я об этом не задумывалась... Так значит, - Пафс повернулась к профессору, - ты делал это - создавал всех нас - лишь для своей выгоды, не думая о нашем будущем? Значит, ты жестокий человек? - Это очень сложный вопрос, Пафс. Нет, я думал о вас и каждый раз я рисковал, рисковал своими чувствами и вашими жизнями. Мне очень непросто держать вас всех взаперти... Но и не делать этих рискованных экспериментов я не мог. Без риска в науке никто бы не нуждался. Если бы люди не рисковали, мы бы до сих пор жили бы в пещерах. Но я не буду читать тебе нотации о важности науки. Я лишь хочу сказать, что людские желания бывают разные: добрые, жестокие, безумные... Но мы,... то есть, люди... - Образцев прервался и задумался. Он не мог подобрать слова, которые могли бы ответить Пафс на все её вопросы. - Знаешь, малышка, даже я не смогу тебе этого объяснить... Всё, что я могу сделать, так это отвезти тебя в один из городов, которые расскажут тебе больше о реальном мире, - Пафс в знак согласия кивнула профессору. - Тогда накинь свой плащ, там нам придется держаться в тени. А я тебя буду ждать внизу через десять минут, - сказал Образцев и поспешно вышел из ее комнаты, направляясь к себе.        Не сбавляя темп, он в напряжении шел в свою комнату с трепетом в груди. По пути за ним увязалась робот-служанка. - Вы в этом уверенны, профессор? - спросила она своим электронным голосом. - Ты опять подслушивала, Элизабет? - Прошу прощения, но мне был интересен ваш разговор. Вы не думаете, что этот криминальный город, куда вы хотите отправиться с госпожой Пафс, слишком сильно повлияет на её мировоззрение и детскую психику? - "Госпожа Пафс"? Кто тебя научил этой ерунде девятнадцатого века? - Она и научила, сэр. - Заканчивай с этим "сэр". Вы что, "подружки" теперь? И вообще, это не твоё дело, куда я повезу Пафс, - сказал Образцев раздраженным голосом. - Но, профессор. Мне тревожно за госпожу Пафс... - Хватит! - крикнул Образцев, остановившись. - Ты - робот! Всего лишь робот-прислужник, который должен безоговорочно выполнять приказы своего хозяина! Ты не должна чувствовать! Интерес, дружба, тревога - всё это не должно для тебя ничего значить! Ты не андроид, в твоей программе нет чувств! А сейчас отправляйся к Пафс и помоги ей найти её плащ. А когда мы уйдем, проверь свои настройки и перезагрузись. Похоже, твоя программа даёт сбои, - сказал со злостью профессор напоследок и снова направился к себе. - Как скажете, профессор, - произнесла Элизабет. - И ещё, - добавил Образцев, остановившись. - Ни слова об этом разговоре Пафс, - скомандовал он и снова пошёл. - Слушаюсь...       Через десять минут профессор, как и обещал, встретил Пафс у выхода из дома. Убедившись, что Элизабет не забыла его приказа, он вышел с щенком, усадил её в свою машину на заднее сидение, а сам сел рядом. За рулем был Генри, которому Образцев еще до выхода малышки приказал, куда их нужно отвезти. Пафс любила смотреть в окно, когда ездила в машине - ей всегда нравились те виды, мимо которых она проезжала с Образцевым, - но вид этого маршрута её даже немного пугал: небо было какое-то серое в том небольшом городке, куда они ехали, некоторые дома были покошены, остальные же и вовсе разрушены.       Когда они вышли из машины, Образцев поправил ей капюшон и сказал держаться поближе к нему. Пафс, прислушавшись к совету,прижалась к профессору; ей было страшно от чего-то, но она сама не знала причины своего старха. Приглядевшись, она увидела людей... Одни сидели, лежали или спали, сидя на земле, другие отгоняли от себя насекомых, третьи рылись в куче мусора, четвертые, которых было не так уж и много, особенно пугали малышку, беспрерывно пялились на них. То ли от привычки, то ли специально, но профессор шагал вместе с ней как-то по-аристократически, гордо подняв голову, медленно и уверенно шагая и стуча своей дорогой тростью, с которой он выходит на важные вечера лишь для светского вида. Он специально оделся богато, чтобы привлечь в себе больше внимания и показать Пафс истину даже больше, чем оно есть, хотя и сам не понимал своих излишних стараний. С каждым стуком палочки и каблучков дорогой обуви Образцева на них смотрело всё больше и больше людей; взгляды этих бродяг были озлоблены, будто свою ненависть на весть мир они перемещали на бедной Пафс и аристократа, шествующих мимо них. Может эти бедняги подумали, что богачи объявились в их городе, чтоб поиздеваться над ними, а может им просто не на ком было выместить свою ненависть, но как бы то ни было, все они жутко испугали Пафс, хоть и не видели собачью морду под капюшоном. Ей казалось, что бродяги вот-вот набросятся на них, хоть и понимала, что они слишком трусливы для этого. Но страшнее всех должно быть было Генри, стоящего около машины, ведь его могли разобрать на запчасти, которые стоят недешево.       Внезапно эти полные ненависти взгляды сменились на несчастные, просящие милостыни. Послышались тихие жалобные стоны и плачущие голоса. Внезапно Образцев остановился. Лишь тогда, переместив свой взгляд, Пафс поняла, что бродяги их окружили. - Это те, которым не повезло в жизни, - сказал Образцев малышке. - Кто-то здесь родился, кто-то сюда попал случайно. Не важно, какими они были людьми до жизни здесь, в конце концов они все-таки оказались выброшены на свалку, как какая-то вещь. Они злы на весь мир за такую жизнь, они потеряли свою веру в человечество. Разве тебе их не жаль? - Жаль! - чуть ли не прокричала дрожащим голосом Пафс. - Очень, очень жаль! - А многим людям на них наплевать. Кому-то всё равно, кто-то даже не знает об их существовании, а кто-то пугает ими детей, чтобы они вели себя хорошо. Как бы то ни было, никто им помочь не сможет, - проговорил профессор ровным голосом. Тут бродяги начали подползать к его ногам и хвататься за них, пытаясь вызвать чувство жалости у богачей. - Нам пора идти, - сказал профессор и быстро направился к машине.       Пафс, с трудом поспевая, шла за Образцевым. Бродяги перегородили им путь к машине, но тут же расступились, когда аристократы приблизились. Внезапно Пафс увидела бродягу, мужчину в обносках, с густой бородой, который вовсе не испугал её, но привлёк внимание. Он сидел на земле, опершись о стену, и смотрел на дорожку, по которой должны пройти богачи. Этот мужчина не вызывал у Пафс ни чувства страха, ни чувства жалости, скорее, он из-за чего-то был интересен ей. Когда Профессор и щенок прошли мимо, этот бродяга усмехнулся. Пафс остановила Образцева, чтобы утолить своё любопытство и услышать, что же этот вызывающий интерес человек им скажет. Он пробормотал что-то невнятное, но, благодаря своему собачьему слуху, Пафс смогла его услышать, и ей стало еще более интересно. Малышка, к удивлению профессора, подбежала к бродяге и присела на корточки. Образцев заволновался, ведь если этот человек увидит ее щенячью мордаху, то он испугается и поднимет шум - тогда им точно не уехать через толпу. Он подошёл к ранее усмехнувшемуся грязному человеку и стал позади Пафс. Не вмешиваясь, он услышал следующий разговор: - ... значит, - сказал бродяга. - Что правда? - с интересом спросила Пафс. - То, что в газетах пишется. Недавно я заметил статью в газете, где было о вас написано, - бродяга немного промолчал, потом поднял голову и посмотрел на Образцева. - Опередили меня все-таки. - В каком смысле? Что вы имеете ввиду? - нетерпеливо спрашивала Пафс. - Так это ты тот самый "Профессор Образцев, величайший Генетик всех времён"? - спросил бродяга, проигнорировав вопрос щенка. - Да-а... - протянул он и опять опустил взгляд. - Меня когда-то тоже называли "великим", а теперь вот оно как... Я ведь тоже пытался химеру создать. Антропоморфный зверь, который двигается, говорит и мыслит как мы, люди. Последние сорок семь лет мечтал вернуться в свою лабораторию и продолжить исследования, а меня уже опередили, - он посмотрел на Пафс. - А ведь и правда, совершенная химера. - Не химера! Антро! Фурри! - возразила малышка, думая о том, что "химерами" Образцев называет неудавшиеся эксперименты. - Называй как хочешь, по-всякому правильно будет. - затем бродяга снова перевёл взгляд на Образцева. - Да, сильно же изменился, но узнать можно. Мы ведь как-то раз виделись, вот только когда именно... не помню. - Разве? - проговорил Образцев. - Забыл уже, да?.. Ничего, я зла на тебя не держу. Прогоревших знаменитостей легко забыть. - Значит, - перебила бродягу Пафс, - вы папин коллега? Тоже учёный? - В прошлом - да... Но сейчас я никто. Эта дыра с каждым годом все больше и больше... - Дыра? - спросила малышка, наклонив голову, как делает непонимающий щенок. - Я говорю об этом городе, если его можно так назвать. Думаешь, жизнь прекрасна? Да, я себя тоже когда-то так обманывал, а как только меня пинками погнали сюда, то узнал, насколько "красива" и "светла" жизнь. "Двадцать четвертый век, все проблемы наконец решены!" На самом же деле все проблемы просто свалены сюда, в такие города как этот. А кто их будет винить? Я всегда говорю: нельзя винить людей - они ни в чём не виноваты, нужно винить природу - она сделала их такими. - Такими... - вдруг Образцев словно прозрел. После этой фразы он вспомнил, наконец вспомнил, где он видел этого человека. Это же он! Тот самый человек, который вдохновил его. Именно из-за этого человека Образцев стал профессором наук. Именно этот человек служил ему так долго идолом, героем, на которого нужно ровняться! - Это же... - на минуту он, казалось, потерял над собой контроль, но затем Образцев взял себя в руки и снова принял аристократичный вид. - Вас, случаем, не Виктором Варовым зовут? - Варов? - отвечал Образцеву бывший коллега. - Да, это моя фамилия. Раньше в газетах писали: "Виктор Варов открыл новое лекарство!" - или: "Виктор Варов доказал, что в теории огнедышащие драконы могут существовать!" - а теперь про Виктора-Победителя Варова все забыли, стоило мне один раз проиграть... - бродяга усмехнулся, - Какая ирония с именем-то вышла, да?       Образцев не мог скрыть удивления. "Как же так, - думал он, - вас ведь признали пропавшим! А вы все время были тут... живы." Пафс встала и проговорила с улыбкой на лице: "Я вам помогу! Вот выросту, тогда точно помогу." И Образцев, и Варов удивились этим словам маленького щенка, никто из них не мог подобрать нужных слов или достойного ответа на такое заявление... Через минуту Образцев и Пафс направились к машине, около которой их всё так же ждал Генри. По пути домой малышке не давали покоя слова Виктора Варова: "На самом же деле все проблемы просто свалены сюда..." - люди и правда не решают их, а сваливают в одно плохое место, делая его ещё хуже. Но в конце-концов, щенок сделала для себя вывод: "Да, верно, - думала она, - нельзя винить людей. Мы ведь не осуждаем льва за то, что он убил зебру! В каждом есть что-то плохое, просто не все показывают это публично. Зебра нужна льву для пропитания, подобные города нужны людям для высвобождения своей накопившейся злобы..." И не только малышка была в раздумьях. И Пафс, и Образцев увидели то, чего никогда не ожидали увидеть. Возможно, после этой поездки и профессор посмотрел на мир немного под другим углом.       По приезду домой Пафс тут же побежала в свою комнату и не выходила оставшуюся часть дня; а профессор всё время молчал. На следующий день он решил сам отвезти щенка в школу. К его большому удивлению, Пафс вела себя как ни в чём не бывало, будто вовсе и не было ни вчерашней поездки, ни разговора с отшельником, в прошлом бывшем таким же знаменитым учёным, как и Образцев. Она улыбалась и была в радостном расположении духа. В машине малышка немного поговорила с отцом об обыденных вещах - речь о том страшном городе не заходила.       Когда она снова натолкнулась на тех учеников, что её высмеивали, она решила с ними заговорить. Но вот ругаться Пафс намерена не была. В этот момент один из них задел её плечом и щенок чуть было не упала - тогда она повернулась к этим задирам, окликнула их и сказала: - Прошу прощения. Думаю, я та самая "домашняя шавка, вставшая на задние лапы, чтобы прикинуться человека" и то самое "глупое прямоходящее животное". Я хотела сказать, что, хоть вы лучшие ученики школы и бросаетесь умными словечками, думаю, вы многого не знаете о животных, так как у меня, собаки, слух во много раз превосходит ваш, человеческий. Поэтому всё то, что вы хотели оставить между собой или распространить между другими учениками школы, от меня не утаилось. Я всего лишь хотела сказать, что за ваши слова я вас не виню. Наверняка у вас есть на то свои причины. Можете больше не шептаться. Ведь каждому нужна цель для издёвок, нужно деть куда-то всё накопившееся зло и негатив... - слушали её хулиганы с широко открытыми глазами и даже приоткрытыми ртами, ведь всё это Пафс говорила с счастливой улыбкой, без капли обиды, с каким-то взглядом, будто говорящим: "Мне вас жалко - у меня жизнь счастливая, а у вас из развлечений только издёвки над другими." "Не добьётесь вы успеха в жизни, - подумала Пафс, - с таким-то отношением к окружающим." Ей было слишком жаль этих детей, чтобы держать на них злобу или обиду, поэтому она решила для себя, что попросту не будет обращать внимания. Конечно, многое из её слов тогда никто не понял, но суть была ясна: на отношения окружающих Пафс наплевать.       Очень странно, что столь малолетний щенок, пусть и имеющий человеческий разум, делает такие сложные выводы и решения для себя. Мы можем только гадать, чьи человеческие гены она позаимствовала, может даже самого Образцева, но вот умом, искренностью и доброжелательностью ко всему и ко всем она всегда отличалась, пусть и её далёкими (очень далёкими) были волки. Может, мы не всё знаем о хищных животных, на вид таких страшных и кровожадных..?