Невеста с того света

Они растерялись, и следовало срочно воспользоваться этим замешательством, пока офицеры не пришли в себя. Кажется, ей только что дали еще один шанс, и предоставлен он был вовсе не смерчевцами, а кем-то свыше. Женя только успела подумать, что в последнее время шансов ей представляется столько, сколько не выпадало за всю ее сознательную жизнь, вот только благодарить высшие силы она будет позже. А пока же ей предстояло убедить и заставить поверить своих же друзей. И не просто друзей, а самых близких, и единственных, по-настоящему родных людей. -Ты, - девушка кивнула Бате, - прекрасно знал о наших с Котом, ну тогда, правда, еще не совсем отношениях, но замечаний не делал. Хотя должен был. Это было чистой правдой. Булатов чуть ли не с первых дней заметил и их переглядки, и мимолетные прикосновения, и шуточки, и слишком рьяную заботу друг о друге. Замечал он и глупости, которые творили эти двое, но так и не вмешался. То ли глупости были не такими уж опасными, то ли первые страсти поутихли и ребята стали чуть сдержаннее. Во всяком случае, профессионализм все же пересилил чувства, и на заданиях это были спецназовцы, а не влюбленные школьники. -Сказал, что служба – это не самое главное в жизни. – Женя пристально наблюдала за командиром, - а устав и создан для того, чтобы его нарушать. Теперь на командира смотрела не только Женя. Внимание Багиры было также приковано к мужчине, и волновала ее сейчас не девчонка, а тот факт, что Батя молча выслушивал весь этот бред. В том, что это бред, Рита и не сомневалась. Быть такого не может. Частично не может. В том, что он не вмешивался во взаимоотношения в группе, женщина даже не сомневалась, а вот в то, что он так мог отозваться о службе и уставе, поверить было невозможно. Это же Батя! Для него служба – это вся его жизнь, да вся его семья состоит из членов группы и сослуживцев. А устав? Да, конечно, нет идеального солдата, все в свое время нарушали приказы, не обращая внимания на устав, но это все лишь единичные случаи, и не более того. Но почему же Батя молчит и даже не пытается перебить Евгению? У командира же были свои причины. Дело в том, что такой разговор на самом деле состоялся пару месяцев назад. В госпитале, куда попал Ионов после очередного ранения. Булатов как раз договорил с лечащим врачом и напоследок решил заглянуть и к Васе. Приоткрыл дверь и стал невольным свидетелем того, чего видеть был не должен. Женя, до этого склонившаяся над Ионовым резко отскочила в сторону, но не вскрикнула, боясь разбудить парня. Смутилась и, пробубнив что-то нечленораздельное, поспешила на выход, надеясь на то, что командир не станет мучить ее расспросами и чтением нотаций. Почти не ошиблась. Он на самом деле не стал ни о чем спрашивать, только между делом кинул пару предложений, над которыми девушке предстояло задуматься. -Бать, это ведь ты говорил, что ситуация тебе знакома, только ты в свое время «забуксовал», а потом… потом время уже было упущено. Лучше ведь сделать и жалеть, чем потом всю жизнь жалеть о не сделанном. И Коту ты завидуешь, - Женька зажесткулировала, перебивая саму себя, и попыталась исправиться, - это ты сам сказал. Завидуешь тому, что он, в отличие от тебя, не стал терять времени на терзания и сомнения. Надо ведь жить, помнишь? Булатов покачал головой. Это не означало отрицания, это просто попытка вытряхнуть из головы весь тот сумбур, что там имелся. Но присутствующие поняли все иначе. И если на лице Багиры даже появилась почти довольная улыбка, то Мура испугалась, поэтому и поспешила дополнить свои «показания». -А про поцелуи помнишь? – Командир резко вскинул голову и открыл рот, но девчонка все же его опередила. – Ты ведь еще тогда возмутился манере женщин целовать только спящих. Пристыдить пытался меня за то, что я поступила точно также как Б… -Стоп! – Он все же успел оборвать ее на полуслове. Слишком резко оборвал, но все же недостаточно быстро. Это он понял по одному только взгляду сидящей рядом Кошкиной. Кажется, она только что догадалась о том, что именно имеет в виду их новая (а новая ли она?) знакомая. Ну да, ситуация ведь не повседневная, и узнать себя можно без труда. И надо же было ему тогда ляпнуть эту фразу. А ведь не подумал совсем, просто сорвалось с губ. Батя и думать забыл про тот разговор, а предположить, что смущенная Мура сделает свои правильные выводы, мужчина и вовсе не мог. Вот только откуда конкретно эта девушка в курсе таких щепетильных подробностей? Тогда-то он разговаривал с Мурой, а сейчас… Черт подери, кто же эта такая? Может, гипноз? -А ну-ка, пошли выйдем. – Булатов встал со своего стула и застыл, ожидая такой же реакции Багиры, но та, как назло, не спешила. Наоборот, вставать не собиралась и лишь буравила задержанную долгим взглядом. – Рита, идем. На минуточку. И ты, Физик, тоже. Теперь запротестовала не только Рита, но и Женя. Куда это они собрались? Нет уж, пусть решают все на месте, при ней. Девушка ведь прекрасно знала о том, что творится по ту сторону стекла – сейчас усядутся и начнут переубеждать друг друга. И ведь переубедят. Нарисуется, например, Уманова, которая уже и так, небось, наблюдает за допросом, и найдет кучу доказательств того, что Женя опоила разом всю группу. И винить ее будет не за что. Мура и сама бы точно также поступила на ее месте. И тогда не поможет ей ни вера Кота, ни Физика, ни пока еще ни в чем не убежденного Бати. Черт подери, а ведь несколько минут назад она думала, что все так легко. Надо же, опять ошиблась. -Давай, Рита, - мужчина коснулся плеча Кошкиной и та, кивнув в знак согласия, поднялась со своего места. -Нет! Подождите! – Мура вскочила и чуть было не пожалела об этом. Движение получилось слишком резким, и все тут же напряглись. Даже вроде бы поверивший ей Физик. Мужчины интуитивно выступили вперед, закрывая собой Кошкину, словно Женя предоставляла угрозу. Безоружная, напуганная – а они все равно ей не доверяли. – Подождите, пожалуйста! Багира, подожди. Я могу и тебе доказать. Помнишь, что ты говорила о детях, шансах, любви и неверных решениях? Офицеры по-прежнему стояли так, что рассмотреть Риту было трудновато, и Жене оставалось лишь надеяться на то, что женщина даст ей еще пару минут. Только время шло, а ничего так и не происходило. Командир вновь повернулся к двери и мягко подтолкнул к выходу и Кошкину, когда она вдруг развернулась и, отодвинув мужчину, вернулась на свое место: -Говори!