Плата за информацию

Утренняя работа в библиотеке жнецов всегда начиналась с приходом начальника. Уильям Ти Спирс никогда не опаздывал, и не любил, когда кто-то из его подчиненных приходил уже после него. Во всей доверенной ему структуре был только один жнец, который наплевательски относился к его требованиям, и он сегодня опять не явился на утреннюю пятиминутку. Но, может, это и к лучшему, ведь с присутствием мистера Сатклиффа рабочая атмосфера разлагалась, словно труп на солнце... «Ну все, этот олух меня достал», — только подумал Ти Спирс, как нечто ослепительно красное ворвалось в его кабинет и с криками: «Уилли, прости, я опять опоздал», принялось рассказывать о своих злоключениях в обувном магазине. Как-то внезапно разболелась голова, и Уильям, не долго думая, остановил гогочущего Грелля обыкновенным, но сокрушительным ударом по челюсти. Тот умолк и, упав под стол, обижено посмотрел на начальника. — За что? — с болью в голосе спросил Грелль. «Задолбал уже! Ну что же, я научу тебя уважать начальство», — подумал Ти Спирс, а в голос сказал: — Мистер Сатклифф, вы уже в который раз нарушаете устав без видимой на то причины. Вы опаздываете на летучки, не вовремя сдаете косу, упускаете души из вверенного Вам списка, и ещё удивляетесь, что Вам приходится работать сверхурочно и исполнять трудные и рискованные задания... Я не хочу слышать Ваши оправдания, — повысил голос Уильям, видя возмущение подчиненного, — они Вам не помогут отлинять от Вашей работы на сегодня. Вот документы и разрешение на изъятие Вашей косы. Всего хорошего, — молвил жнец, дав понять, что аудиенция окончена. Несчастный Грелль взял со стола все предложенное и, хлюпнув носом, вышел за дверь. Ти Спирс даже вздохнул с облегчением, и со словами: «Все, наконец-то избавился от этого надоеды», приступил к своим обязанностям. В это время обиженный Грелль уже выходил из Департамента, на ходу изучая материалы дела. Но концентрация так и не приходила. —Этот Спирс уже совсем обнаглел, — ворчал себе под нос Сатклифф. — Посылать меня на задание в такую рань, как будто мне делать больше нечего! Да я же выгляжу сейчас не ахти! А все из-за тех чудных красных сапожек... Вот пойду к Гробовщику, быстренько все узнаю и метнусь за косой, а там, гляди, к обеду и справлюсь. А потом преспокойненько пойду в магазин... Глупо улыбаясь своим мечтам, Грелль не заметил, как ввалился в похоронное бюро. —Здравствуйте, хи-хи, — тихий смешок Гробовщика вернул жнеца в мир насущный. — Чем обязан, мистер Сатклифф? Грелль уставился на хозяина бюро в непонимании. «Как, чем обязан? А, точно-точно...» — Гробовщик, мне нужна твоя помощь. Меня, как бы, Уилли прислал... Что ты знаешь о тех пожарах в детских домах?.. — Хи-хи, мистер Сатклифф, я вам все расскажу. Но ведь я ничего не делаю просто так – вы должны заплатить авансом, — сказал Гробовщик, пряча улыбку за ладонью. — О, я ведь должен рассмешить тебя, верно? — Святые печеньки! Нет, мистер Сатклифф, сегодня уникальное предложение: вся информация оплачивается натурой... Непонятное восклицание в начале реплики не дало возможности Греллю сразу понять суть сказанного Гробовщиком бреда. — Да нет проблем, сейчас я только... Что? Да за кого ты меня принимаешь? Я тебе не какая-то девка продажная! — Ну-ну, успокойтесь, что за праведный гнев? — продолжал издеваться с глупого жнеца Гробовщик. — Если вам эта информация ни к чему и вы сами справитесь, тогда не смею вас задерживать... Кусая накрашенные губки, Грелль быстренько обдумывал ситуацию: «Черт, если вернусь в библиотеку без результатов, то Уильям меня укокошит на месте. А пока я буду искать другие источники и копаться в этом деле, то мои сапожечки смогут унести... Что же, мне придется...» — Хорошо, Гробовщик. Я согласен... — Я и не ожидал от вас другого ответа. Выбирайте себе любой гробик... Грелль ужаснулся. — Что, прямо в гробу? —А тебя что-то не устраивает, радость моя? — с обидой в голосе спросил Гробовщик, переходя на менее официальный тон. — Ты ещё не определился? «Черт, ещё, смотри, передумает, и тогда точно плакали мои ненаглядные!» — Да нет, все хорошо, — словно мышка пикнул Грелль. — А можно в этом, красненьком. — Ну да кто бы сомневался, хи-хи... И не дав жнецу опомниться, Гробовщик подскочил к нему и впился в его губы страстным поцелуем, утягивая за собой в оббитую красной тканью коробку. Он кусал сладкие уста, то всасывая, то заплетая язык Грелля в бешеном ритме, параллельно освобождая его тело сначала от красного плаща, потом от жилета, и, в конце концов, от рубашки. «А этот Гробовщик весьма неплох», — думал красноволосый жнец. Большие теплые руки дерзко скользили по обнаженной груди Сатклиффа, теребя затвердевшие соски, сжимая их и пощипывая с разной силой. Длинные ноготки водили вверх-вниз по внезапно покрывшейся испариной спине жнеца, заставляя бегать по телу орды мурашек. Грелль застонал в губы своему искусителю. Гробовщик дернулся, и, оторвавшись от поцелуя, хихикнул: — Ну что же, ты сам напросился! Один миг, и Грелль наблюдает картину, что в народе называется: «Куда это летят мои штаны на пару с труселями?» Теперь он был полностью обнажен. Чего не скажешь о Гробовщике. — А как же ты? — расстроено спросило красное чудо у своего любовника, стыдливо отводя взгляд в с сторону. —Не торопись, наслаждайся каждым моментом, — промурлыкал тот в ответ, кусая Грелля за мочку уха. И жнец наслаждался. И когда Гробовщик целовал его шею, оставляя на ней засосы, и когда скользил похотливыми губами по всему телу, не упуская ни одного миллиметра матовой кожи, и когда опустился ниже, к затвердевшей плоти жнеца и, проведя по ней рукой, сначала облизал головку, а потом и заглотнул член целиком. Грелль уже не сдерживал свои стоны, он бился в экстазе и кричал: — Ннн... Ах... ещё! Е... щё!!! — Погоди, сладенький, это только прелюдия, — сказал Гробовщик, освободив рот. Когда ласки прекратились, Грелль открыл глаза (а когда это он успел их закрыть?) и обомлел: Гробби все же решил раздеться. Его шляпа полетела в угол, за ней последовал и балахон. У жнеца глаза полезли на лоб: «Вот это да! И он прятал это прекрасное тело под этими тряпками? И... Ух, какой большой!» - сглотнул Сатклифф, когда его взгляд скользнул на достоинство хозяина бюро. — Это твой первый раз с мужчиной? — участливо спросил Гробовщик. Потупив свой взгляд, Грелль смущенно ответил: — Ну да... Многозначительно хмыкнув, Гробовщик засунул свои пальцы Греллю в рот. —Оближи. Жнец удивился, но принялся усердно их посасывать. Длинные ногти царапали ротовую полость, и уже скоро Грелль почувствовал легкий металлический привкус. «Зачем это надо? Неужели он засунет их... туда? Да он же порвет меня ещё до того, как войдет сам!» Тем временем Гробовщик ерзал на Сатклиффе, стараясь уложить того поудобнее в гробу. Он развел ноги Грелля настолько широко, насколько позволяли стенки коробки, и, высунув обильно смоченные слюной пальцы изо рта, засунул в задний проход жнеца сначала один, а потом и второй, и третий. — Ах! — вздохнул Грелль, сжимаясь. — Потерпи, если я не сделаю это, тебе будет намного больнее. Это обязательно, если ты нацелен на получение огромнейшего удовольствия... Сатклифф кивнул и попробовал расслабиться. Приятное чувство овладело Греллем в тот момент, когда изворотливые пальчики Гробовщика задели простату. Он выгнулся дугой навстречу любовнику и, вцепившись тому в плечи, пронзительно застонал. Решив, что с Грелля уже достаточно, Гробовщик вытащил пальцы и тут же заполнил образовавшуюся в проходе пустоту своим членом. — Ох, больно, — заплакал жнец. — Скоро станет хорошо, я тебе помогу... Гробовщик начал медленно двигаться внутри Грелля, стараясь не порвать нежные стенки ануса. Он обхватил руками плоть Сатклиффа, которая вся изнывала и пульсировала в предвестии близкого оргазма. Гробовщик уже не сдерживал себя и с каждым толчком набирал темп, лаская и целуя Грелля. А красноволосый жнец и сам уже двигал бедрами, насаживаясь на стержень. — Ах, я бо... больше... больше не могу... быстрее, глубже... ещё! — молил Сатклифф мужчину. Двигаясь на предельной скорости, Гробовщик с легким восклицанием излился в Грелля, который мгновением раньше кончил себе на живот. Хозяин бюро упал на все ещё поддергивающегося жнеца. Давно у него не было столь страстного «клиента», и от этого удовольствие только становилось больше. Улыбнувшись каким-то другим своим мыслям. Гробовщик наклонился и слизал сперму с живота Грелля, после чего поцеловал и, спрыгнув на пол, помог жнецу вылезти из гроба. Сатклифф, не зная, куда девать глаза (вон Гробовщику повезло, он хоть за челкой спрячет!), прошептал: — Это было круто. Я доверился тебе и делал все, что ты мне говорил... Хмыкнув что-то нечленораздельное, уже полностью одетый Гробовщик подал Греллю одежду и со словами: — Одевайся, радость моя, я сейчас вернусь, — вышел в соседнюю комнату. Обижено надув губки (хоть бы зеркало предложил!), жнец оделся и стал ожидать возвращения любовника. — Вот, держи, — сказал Гробовщик, входя в комнату с кучей бумаг. — Это нужная и, что самое приятное, честно заработанная тобой информация, хи-хи. — Да, спасибо, — как-то невнятно пролепетал Грелль и принял ворох из рук Гробовщика. Потом, немного неуверенно потоптавшись на месте, поцеловал его и со словами: «Прощай... Спасибо за ВСЕ », дерганной походкой вышел за двери. А Гробовщик, сверкнув зелеными глазами из-под челки, улыбнулся: — Бесплатные печеньки! Какое «прощай»? Мы ведь ещё обязательно увидимся!..