Воспоминания

- Ты так красиво кричала этой ночью... - задумчиво произнес Моран, глядя, как начинает светиться маленький светло-желтый кристалл, наполненный каким-то синим туманом, призрачным и совсем невесомым. Этот гад уже целый день высасывал из бедной девушки энергию. Всю, до последней капельки, последней крупицы, и, кажется, он не собирался останавливаться. Его пленница теперь была в еще более ужасном состоянии, чем ранее... Она не могла пошевелиться от боли, причиненной "игрушкой", необычайной красоты кинжалом, и пусть эти ранение были несущественны, ощущения были просто кошмарными. В горле давно пересохло, от судорог сводило сознание, и без того утерянное где-то там, в неизвестности. Жизнь уходила из хрупкого израненного тела, уже почти нежилого, организм работал из последних сил и уже не мог нормально выполнять свои обязанности; кровь медленно вытекала из разбитого виска, прожигала кожу и капала на пол, оставляя там темные пятна. Из последних сил пытаясь бороться, безуспешно стараясь встать, Мэди одновременно и выводила из себя своего мучителя, и наоборот, подстегивала его, заставляя смотреть на страдания, плач и наслаждаться по ночам срывающимся криком. Казалось, хуже ничего быть не могло, и лучше было просто умереть, чем так мучится, но именно это не давало ему убить ее, в надежде получить еще больше удовольствия. В конце концов, он преследовал свои цели, а лишняя энергия никогда не помешает. - Это было... феерично... - хищно улыбаясь, Моран приподнял голову волшебницы за подбородок. - Я бы смог отдать многое, лишь бы только слышать это каждый вечер в качестве колыбельной... Что скажешь? - Убери... от меня... свои... грязные руки! - Последние слова были произнесены совсем негромко, это был, скорее, звон, перемешанный с хрипом, но это был уже предел, перешагнуть через который было невозможно... - Да что ты говоришь? Надо же! А я почему-то думал, что это не я сейчас нахожусь почти при смерти, а оказывается, что совсем наоборот? - Длинные тонике пальцы еще сильнее впились в израненную кожу. - Дай-ка я проясню тебе ситуацию, красавица. Одно мое неосторожное движение - и тут вместо тебя будет валяться просто холодный ужасный труп. Впрочем, как и ты сейчас, только он не будет так дерзить... Но ты же хочешь жить, не так ли? - Не... трогай... меня!.. - Девушка попыталась замахнуться на это прекрасное лживое и обманчивое лицо, которое тут же слегка откинулось назад, но не смогла удержать равновесия и пару секунд и тут же упала вниз, обратно на пол. - Пожалуйста, дорогая, не смеши меня своими жалкими выходками! Аха-ха! Это действительно смешно. То, что ты пытаешься сражаться, когда ты даже не в состоянии выговорить и слова... Это глупо, очень глупо, девочка... - Мне все... равно... - Оставь свое неповиновение, оставь все это. Ты никому больше не нужна, только мне. И тебя никто не придет спасать, поверь мне. Даже если захотят - ты же прекрасно понимаешь, что это место невозможно найти, по крайней мере, используя примитивные заклинания. Ты до самой своей скорой смерти будешь находиться здесь, и даже твое умерщвленное тело я используя для получения личной выгоды. Ты же всю жизнь об этом мечтала, да? Умереть в муках, страшных муках, зная, что ты совсем одна... - Моран смотрел Мэдисон прямо в душу, прожигая взглядом ее изнутри. - Я же предлагаю тебе присоединиться ко мне и тогда... Тогда у тебя будет все... И сила, и слуги, и бессмертие, и все, что только ты пожелаешь. А взамен я хочу лишь одно: твое согласие. Ты же знаешь, какой силой обладают слова... вечная клятва, святой обет... или просто одно слово, один слог и две буквы. Выбор за тобой, и решать только тебе, так что же? Решай! В ответ девушка подняла красные от слез глаза и заглянула ими в глаза своего обидчика, не боясь зеленых искр, не боясь гнева и боли, не боясь ничего... и никого, даже такую сволочь, которая сейчас сидела перед ней. - Я же... уже... - Дикий кашель схватил горло, забивал легкие, не давал говорить, но он был ничтожен по сравнению с волей и душой этого хрупкого, на первый и очень обманчивый взгляд, человека. - сказала... тебе... Не смей... меня... трогать!.. - Ах ты дрянь! - Ярости не было предела; она, казалось, сейчас заполнит все пространство и убьет всякого, кто станет на ее пути... Со звериным блеском в темных глазах Моран замахнулся для последнего удара и он вполне мог бы попасть в цель... Мэди зажмурилась, готовясь к худшему. К чему угодно: к нестерпимой боли, к смерти, к забвению...но никак не к тому, что на самом деле произошло. Руку злодея резко дернуло назад, как и его самого. Полы мантии быстро загорелись, и он вынужден был отскочить назад, попав тем самым под свою же решетку и чуть ли не зарычав от ожогов. - Она же сказала тебе не прикасаться к ней. Знакомый голос прорвал все пространство, всю темную мощь этого места. До сердца как будто достучались, как будто дернули и вытащили наверх, сюда, в реальность. Ничего не понимая, Мэдисон через силу, с трудом, подняла голову. С вытянутой рукой, метрах в десяти от темного воина, стоял Ник, держа его на прицеле и из последнего стараясь не сорваться. - Ты!.. Ты!.. - Злобный шепот, полный гнева и отчаяния снова сотряс собою стены, которые даже, казалось, с визгом отшатнулись, лишь бы уйти от противного звука. Увы, это были лишь стены. - Как ты попал сюда?! Как ты посмел?! - Я не собирался спрашивать твоего разрешения, тем более, что ты, как я погляжу, не самый гостеприимный хозяин, не так ли? - Приготовься к своей смерти, жалкий щенок! - Моран кинулся в атаку. - Забавно, я ведь хотел сказать примерно то же самое!.. Завязалась драка. Отовсюду летели красные и фиолетовые искры, некоторые искры даже переплетали и врезались в стены, проделывая в них огромной глубины дыры. Силы не то, что были равны, они были идентичны. Складывалось ощущение, что противники - одного поля ягоды, как говорится, и если один из них называл заклятие, другой уже был готов его отразить, а если кому-то удавалось ранить соперника, он получал такой же урон, который секунду назад причинил сам. - Довольно! - задыхаясь, Моран утер кровь с лица. В то же мгновение было произнесено заклинание, которое не удалось расслышать, но вот почувствовать - запросто. Просто все начало падать вниз. Резко, но вместе с тем лениво и медленно, не торопясь, стрелой опускаясь в неизвестность. Обломки пола, колон, потолка, стен, вещей - все стало, как от взрыва и теперь это были просто обожженные щепки. Завершив "полет" не самой мягкой посадкой и откашлявшись, Рассел тут же вскочил на ноги. Это было очень и очень странное пространство. Было очень душно, от черного пола, пронизанного какой-то красной обжигающей жидкостью, подымались зеленоватые ядовитые пары, как ни странно, но был и такой же потолок, тоже пропитанный лавой. Прямо впереди, посреди необычайной глубины лужи, стоял тот, по вине которого и происходил весь этот кошмар. Он, одной рукой держа девушку за волосы, а другой - прижимая к ее горлу маленький ножик, причем самый настоящий и реальный, маленький холодный ножик, злобно посмеивался: - Ну, давай! Достань меня, если сможешь! Давай! Ни секунды не раздумываая, парень буквально полетел к нему, движимый желанием вцепиться гаду в глотку, как вдруг резкий крик, просто мольба, из последних сил, на последнем вздохе, заставила его остановиться, и он тут же понял, почему. Полоска, у которой стоял юноша. Если бы ему удалось пересечь ее, Мэдисон спасать было бы совсем некому, на это и надеялся злодей, и теперь он пребывал просто в бешенстве от очередной неудачи. - Отпусти ее, трус. - Спокойным железным голосом произнес Ник, готовый ко всему. - Нет! Она моя и только моя! - Теперь же это были слова просто психа, откровенного конченого психа, следующего за голосами в своей больной голове, и ничего более. - Отпусти. Это я говорю тебе. Сейчас! - Ты смеешь повышать на меня голос? - Искреннее возмущение не каждый раз услышишь от подобного существа. - Да, смею. - Ладно... в таком случае... - Он разжал руки, и его жертва с грохотом упала на горячую почву, а ее друг ничем не мог ей помочь, и это убивало. - Иди, красавица... иди... Если она сейчас дойдет до тебя, так и быть, я оставлю вас в покое... на время... А если нет - пеняй на себя! - Но это нечестно! Она даже не в силах встать! - Это уже не моя забота. Надо было срочно что-то делать. Это шанс, реальный шанс... - Мэдисон, послушай меня... - аккуратно начал Ник, обращаясь к подруге и глядя ей прямо в глаза. - Мэди, у тебя получится, все будет хорошо, я тебе обещаю, мы уйдем отсюда, все снова станет как и прежде, только не сдавайся, прошу тебя! Девушка повернула голову и с вызовом посмотрела на те пять метров, что ей надо было пройти. С трудом поднявшись, она сделала первый шаг, пропитанный горечью и болью, но это был первый шаг к свободе, и это придавало сил, хоть каких-то. На не слушающихся ногах, еле-еле держа равновесие, волшебница шагнула еще, еще и еще... Оставалась всего пара усилий, а сознание постепенно уходило далеко... очень далеко... - Мэди, давай! - еще один крик снова сотряс воздух. Волшебница, собрав последнее, что осталось в ней после страшных пыток, сделала последнее, решающее усилие и... И дальше началось что-то совсем необъяснимое. В конец потерявшая контроль над собой, она просто свалилась на руки к Нику, вовремя успевшему ее поймать. Под шипение и рычание пространство начало рушиться, погружаясь в темноту. Из нее сыпались проклятия, но они все рассыпались, не долетая до своих адресатов. Зеленые вспышки тоже тонули здесь, а пославший их, кажется, сам захлебнулся в своем "творении". Пару вынесло прямо к "Роткору". Бледная кожа, несовместимые с жизнью раны, пропавшее дыхание, и только короткие, едва-едва слышные удары сердца... Она была жива.

***

Вечер - это как ночь, только светлее. Солнце - это как луна, только ярче, больше и жарче. На волоске от смерти - это как уже труп, только удерживаемый за невидимую для других ниточку, только и висящий на этом странном чувстве другого человека.