До Кёнсу и все-все-все

Для Mati Soliver "Ты включи ему солнце, ты включи ему звёзды" Жанр: сказка Рейтинг: детский Кол-во слов: 700+ Зеленая трава ласкает босые ступни, когда он вразвалочку идёт к веранде. Тао уже слишком взрослый для детской беготни – ему два месяца назад исполнилось целых пятнадцать лет! Но всё так же любит каждое лето приезжать с родителями в деревню и сидеть по вечерам на дощатых ступеньках, слушая мамины рассказы. У неё всегда в запасе есть несколько легенд, историй и сказок, собранных со всех уголков мира. И она рассказывает их так, что даже выросший Тао до сих пор заслушивается, развесив уши и открыв рот. Паренёк садится на нижнюю ступень, опираясь головой о колени матери, которая сидит на веранде в садовом кресле. Отсюда им обоим открывается прекрасный вид на луг, за который медленно заходит солнце, разрисовывая небосклон яркими мазками. -Разве есть что-нибудь прекраснее заката? – тихо спрашивает мама, перебирая пальцами пряди непослушных черных волос сына, - Разве только рассвет… -Расскажи, - улыбается Тао, предвкушая в этом пролог очередной истории. И он не ошибается. *** Давным-давно, когда Земля была плоская, горы молодыми, а магия еще оставалась неотъемлемой частью этого мира, у всего Сущего были свои духи. Такие существа, олицетворявшие собой каждое явление природы, черпавшие из него силы и поддерживающие его существование. Чанёль и Кёнсу были частями одного целого. Вечно вместе, всегда врозь, духи Дня и Ночи приходили по очереди. Проснувшись на заре, Чанёль спускался на Землю легким прыжком. Он яркой улыбкой освещал всё вокруг, сдабривая этот свет теплом взгляда, шёл широкими шагами, успевая заскочить в каждый уголок, успевал увидеть каждого и подарить бодрость, наградить весельем. В хорошем настроении и дела спорились лучше, и самочувствие оставалось на высоте, поэтому люди любили Чанёля яркой любовью. Такой же яркой, как он сам. Солнечные кудри и морщинки-лучики у глаз делали его похожим на деревенского красавчика-трудягу, и девушки всех возрастов не теряли надежд получить хоть мимолетный взгляд, а то и что-нибудь посущественней. Да только сердце Чанёля принадлежало лишь одному. Уходя, Чанёль дарил всем надежду на новый день. Кёнсу опускался на Землю плавно, с гибкостью пантеры. С его приходом всё вокруг окутывало спокойствием и покровом лёгкой таинственности. Глаза Кёнсу растворяли в себе даже свет звезд, не говоря уже о всевозможных людских секретах. Мощь Кёнсу, не такая явная, как у Чанёля, заполняла изнутри, действуя на подсознание. Ему легко доверялись, хоть и не так много людей видело духа воочию. Но те же, кому довелось, долго не могли забыть потом этого зрелища. Невысокий, неприметный, но едва посмотришь ему в глаза, услышишь несколько слов из уст – некоторые, особо впечатлительные, после этого потеряли покой и сон. Вкрадчиво, но целеустремленно Кёнсу обходил города и села, леса и поля, то тут, то там будоража сердца проносящимися сновидениями. И, возвращаясь под утро, он забирал все кошмары, какие успели расплодить людские мозги без его ведома. Сердце же самого Кёнсу трепетало лишь тогда, когда на восходе он прикасался губами ко лбу спящего еще Чанёля, заставляя проснуться. Мягкий поцелуй и мимолётное слияние в объятии рождали в небе такие краски, что многие просыпались пораньше, лишь бы полюбоваться на эту красоту. Сравниться с этим могли лишь закаты, во время которых губы Чанёля ощущали под собой щеку Кёнсу, а руки оплетали миниатюрное тело в попытке хоть ненадолго удержать рядом с собой. Но зори – единственное, что было им отмерено. *** -Красиво, хоть и грустно. Всего несколько минут, а то и секунд утром и вечером, это так мало. Тао задумчиво всматривается в краешек солнечного диска, почти скрывшегося за горизонтом, даже не замечая успокаивающей материной ладони на своем плече. -Но они у них есть. Некоторым не дано и этого. -Да ладно, всё равно это всего лишь легенда, выдумка, - сам себя одергивает парень, резко поднимаясь со ступеней. Эта история как-то выбила его из привычной колеи и оставила после себя смутную тоску. -Ты рассуждаешь как человек, который думает, что Земля круглая, а магии и духов никогда и не существовало, - мягко произносит ему во след мама, заставляя уже в дверях обернуться. -А как будто это не так? -А ты проверял? Или поверил на слово книжкам и телевизору? – Женщина лукаво улыбается и тут же возвращается к созерцанию природы. А Тао, начитавшись и выключив плеер, еще часа два ворочается в постели, прокручивая в голове и легенду и слова мамы, отмахиваясь от робкой веры в чудеса, которая живёт в нём с детства и еще не успела окончательно завянуть. В конце концов, сон смаривает его, а на самой грани с явью ему чудится вдруг молодой парень с пухлыми губами красивой формы и умиротворяющим взглядом глаз цвета крепкого чая. Или не чудится?..