compose dreams.

Я проснулась от того, что меня кто-то тормошил за плечо. Разлепив глаза, я поняла, что бестактно уснула в комнате Кисляка, и, собственно, он и будит меня. - Хватит спать! - вскинул руки Андрей - Кто мне еду готовить будет? - я даже закашляла от неожиданности. - Что? - Еду! -повторил парень - давай-давай-давай, отрабатывай ночлег. Брюнет потянул меня за руку, от чего я сдвинулась почти на край кровати. - Рабство отменили еще в XIX веке, не имеешь права! - спать мне сейчас хотелось больше всего. За этими ночными разговорами, я спала всего лишь три часа. - Это за пределами квартиры, а здесь, теряет надежду всяк сюда входящий, давай! Андрей поднял меня с кровати, и, оперившись о плечи, потащил в ванную. Показав мне, где всё лежит, парень удалился. Провозившись с гигиеной сравнительно долго, я вышла из ванной комнаты, в надежде, что завтрак готов, но Андрей невозмутимо сидел за барной стойкой, жующий бутерброд. Я бросила на него злой взгляд, всё-таки приготовила завтрак. Потом мы вместе отправились: я в школу, а он в универ. На первой тренировке меня изматывали до потери пульса. Еще бы, завтра ответственная игра, а я новичок в этом деле. Если выиграем - попадаем на второе место, проиграем - на пятое. Таков суровый мир хоккея. Проигрывать было нельзя. Упаду в глазах у многих, и прежде всего у Егора, который очень надеется на меня. Выдохнув полной грудью, я собиралась выходить из раздевалки, но вовремя увидела телефон на лавке. По ужасной заставке, а так же гребанном брелочке я поняла, что на сегодня "растяпа" - Кисляк. Решила отдать ему вечером, после второй тренировки. - Ром, ну сколько можно тебя ждать? - крикнул на меня Егор, когда я уже добегала до верхних ступенек. - Давай быстрей! - брюнет схватил меня за руку и затащил в холл. Вечерняя тренировка была на удивление легкой. У Щукина сегодня явно хорошее настроение. Ноль замечаний, одна похвала и удивительная легкость на льду. Я уже почти до автоматизма выучила движения и то, что мне надо сделать. Когда мы присели на скамейку, я еле дышала, и, казалось, вот-вот выплюну свои легкие. - Чего это у тебя, реактивный двигатель или вентилятор, как у Карлсона на спине? Ты очень активен, - пытаясь отдышаться, спросила я. - Просто настроение хорошее. - Расскажешь, или это секрет? - Почему же? Не секрет. Я с Мариной расстался. Я снова закашляла и округлила глаза. - Щукин, вообще-то, в таких случаях плачут, ну или, по-крайней мере, мучаются, а не носятся по льду в приподнятом настроении. Может все не так сложно? - Да нет, Ром, просто я понял, что в последнее время, мы стали отдаляться, стали чужими друг другу, и как это прискорбно бы не звучало, я не люблю ее, как... - Егор замолчал. - У тебя появился человек, который действительно тебе нужен? - я исподлобья взглянула на брюнета - Нет, не хочешь, не говори. - Появился, - ответил Щукин быстро, - Пошли. Парень подал мне руку, на что я закатила глаза и с уставшей улыбкой выкатилась на лед. Всё-таки, покончив с тренировкой, я направилась к Кисляку, который уже наверно обыскался свой телефон. Нажав кнопку звонка, я стояла у двери, переминаясь с ноги на ногу. Дверь резко открылась, и на пороге мне предстал Андрей, одетый до пояса. - Привет, - улыбнулся он и оглянулся назад. - Привет, а ты телефон ... - я не успела договорить, как из-за парня выглянула Касаткина собственной персоны. Брюнетка приобняла Кислого за талию и уставилась на меня с видом "а-ля, чё приперлась?" - забыл. Комок подходил к горлу, и, казалось, я разревусь прямо здесь и сейчас, но я мужественно держалась. С силой пихнув Андрею телефон в руки, я побежала по лестнице вниз, не желая больше видеть всего этого ужаса. Значит, Марина все это время изменяла Егору, или это только один раз? Да, нет, Андрей бы не смог лыбиться целующимся Егору и Марине, зная, что ночью Касаткина придет обслуживать его. Да-да, именно обслуживать! Другого слова я больше не вижу. Наверное, я бы проревела и всю ночь, но решила, что мои круги под глазами отразятся на завтрашнем матче, поэтому быстро погрузилась в царство Морфея.