Звездопад.

- Убил человека, - эхом отозвалась я. Удивление смешалось во мне с неприязнью. - Чтобы активировать мою магию, мне нужно убить человека? - Совершенно верно, дочь моя, - Бальтазар покровительственно улыбнулся, но глаза не выражали ничего. - И, если верить Габриэлю, ты в точности моя копия не только внешне, но и характером. Поэтому я буду настаивать на активации магии. Его тон, нарочито дружелюбный и доброжелательный, не предвещал ничего хорошего. Я взглянула на Габриэля. Он, совершенно равнодушный к нашему разговору, что-то печатал на ноутбуке. - Зачем тебе это? - я снова перевела взгляд на отца. Мне как-то с трудом верится, что Бальтазар может что-то делать без причины. - Ты ведь знаешь, что между вампирами и оборотнями идет война не одну тысячу лет, - начал Бальтазар. Взяв со стола бутылку виски, он налил стакан и предложил мне. Я покачала головой, и он сам начал медленно пить. - С самого рождения я ненавидел оборотней. И на это есть причина - одна стая изнасиловала и убила мою мать на моих глазах в пятилетнем возрасте. Когда я разбудил в себе магию, я начал планировать месть всем без исключения оборотням. И самое идеальное решение - вести войну на стороне вампиров. За три года я собрал многотысячную армию. Они не были связаны со мной каким-либо образом, они просто верили мне. И Габриэль, узнав о таком могущественном соратнике, как я, полностью передал мне бразды управления войной. Я не останавливался ни разу за пару сотен лет, истреблял оборотней стаями и семьями, много раз участвовал в боях. Но даже мне нужно отдыхать. Мне требовалось пара десятков лет, чтобы восстановить свои силы для продолжения войны. И я узнал о моем ребенке, живущем в Англии. О ребенке с такими же возможностями, как у меня. Я тут же отплыл в Англию. Ричард Файли не первый мой сын, но он единственный, унаследовавший магию. Я обучил его всему, что знал сам, и оставил управлять вампирами. Но не прошло и года, как я узнал о том, что Ричард ввел в войну весь мир. Это была не Мировая война, но у каждого материка появлялись проблемы, причем серьезные. Несколько месяцев я исподтишка наблюдал за Ричардом, не показываясь ему. И понял одну вещь - Ричард невероятно жестокий. Он может сделать такое, отчего даже меня и Габриэля, привыкших к жестокости, бросает в дрожь. В тот же год я отстранил его от дел. Во времена войны между Германией и Россией, которую вы называете Великой Отечественной, я узнал, что у меня снова появился ребенок с магией, только еще не пробужденной. На территории современной Украины я нашел свою дочь - Настю Грищенко. Она была более похожей на меня, чем Ричард, и я собирался поставить её на свое место, пока я отдыхаю. Но она погибла во время военных действий до того, как я встретился с ней. Но ты, Аня, больше Ричарда и Насти похожа на меня. И ты сможешь управлять вампирами так, как и я бы не справился. Бальтазар замолчал, ожидая моего ответа. Но я не произнесла ни слова, размышляя о предложении. Разбудить магию... убив человека? Я мысленно содрогнулась от этого. Бальтазар подвинулся и взял мои руки в свои. Они были у него горячие. - Подумай, Аня, - тихо проговорил мужчина. - В такой жизни куча преимуществ. Как ведьма ты будешь сильнее всех своих родственников. Никакого определенного дара - ты сможешь без затруднений изучать алхимию, вуду, некромантию, астрологию, гоетию, енохианскую магию и любую другую разновидность магии. Как вампир ты станешь бессмертна, но тебе не придется пить кровь. Как оборотень ты станешь ловкой, сильной, быстрой и выносливой. Как фея ты станешь прекраснее любой смертной, и к тому же у тебя появится дар лечения. Ты сможешь спасать раненых и больных. От эльфов в тебе появится обаяние такое, что никто не сможет тебе противостоять. От русалки твой голос станет красивее, чем у любой певицы, ты сможешь дышать под водой, станешь любить воду по-особенному. От друидов ты станешь управлять погодой. Аня, ты станешь желанной партией для самых лучших мужчин мира - как в сверхъестественном мире, так и в мире людей. Я зачарованно смотрела в глаза отца и верила ему. Да, конечно же, он прав. Что такое одна никчемная жизнь по сравнению с могуществом, что ждет меня? Я буду делать то, что хочу, не увижу больше Романа без желания. Мне никто не посмеет перечить, ведь я смогу рассыпать его в прах. - Ты прав... - прошептала я, не отводя взгляд. - Мне нужна моя магия. Бальтазар улыбнулся и потрепал меня по щеке: - Вот и славно. Габриэль, попроси своего помощника привести какого-нибудь человека. - Нет! - вскрикнула я, подскочив. И вампир, и Бальтазар удивленно уставились на меня. - Ты забыл кое о чем упомянуть, Бальтазар, - я с неприязнью посмотрела на отца. - Еще и гипноз в твоих силах, ведь так? - Я не дала ответить, продолжив: - Это ты хочешь сделать меня подобной тебе. Это твоя прихоть. Не моя. Возможно, где-то в глубине своей черствой души тебе все-таки интересно мое мнение. Так вот, Бальтазар, правда в том, что я скорее добровольно приму укус оборотня и поведу волков против тебя, чем стану забирать чью-то жизнь. - Как ты не понимаешь! - зло процедил Бальтазар - все его добродушие как ветром сдуло. - Мне нужен достойный наследник. Ты достойна этого, Аня! - Свою судьбу я выбираю сама, - заявила я. - И я не хочу становиться такой, как ты. - Габриэль, - зло произнес отец, поворачиваясь к вампиру. Тот лениво оторвался от ноутбука и вопросительно приподнял брови: - Прошу тебя как друга. Не выпускай мою дочь из этого дома до тех пор, пока она не образумится. - Как скажешь, - пожал плечами Габриэль, опустив глаза на ноутбук. - Что? - воскликнула я. - Да как ты смеешь?! Но вампир не обращал на меня никакого внимания. - Я приеду через два дня, - произнес Бальтазар. - Есть кое-какие дела в Лондоне. Габриэль отрывисто кивнул, и отец вышел из комнаты. Я возмущенно повернулась к Габриэлю. - Ты действительно собираешься держать меня взаперти?! Вампир глубоко вздохнул: - Я знаю Бальтазара не одну сотню лет, и выучил его характер. Он не отступится, пока ты не согласишься. - Очевидно, ты плохо знаешь меня, - сердито буркнула я. Вампир тихо и соблазнительно рассмеялся. - За пару дней я очень хорошо узнал тебя. Поэтому, чтобы не было соблазнов сбежать, ты спишь сегодня со мной в одной комнате. - Что, прости? - я не поверила своим ушам. - Не волнуйся, я не трону тебя, - заверил Габриэль. - Всего лишь в одной комнате. Так мне легче следить за тобой. Я дико разозлилась. Меня бесило мое заточение, бесил Бальтазар, бесили чарующие хитрые глаза Габриэля, бесила его соблазнительная улыбка... бесила и заставляла сердце биться сильнее. Интересно, какие у Габриэля губы на ощупь? Черт! Я схватила полупустую бутылку виски и швырнула её в Габриэля. Послышался звон разбитого стекла и проклятия вампира, но лица его я не видела, выбежав в коридор. Я успела спуститься по лестнице, уже видела входную дверь, но во что-то врезалась. Не трудно было понять, кто это был. - Я же вампир, крошка, - мягко пробормотал Габриэль, прижимая меня к себе. - От меня тебе не сбежать. - Отпусти! - я вырывалась, царапалась и визжала, как дикая кошка. В конце концов, Габриэлю это надоело, и он, перекинув меня через плечо, поднялся опять по лестнице. Для равновесия он придерживал меня за бедро, а когда я возмущенно ударила его по спине, лишь фыркнул. По пути я встретила Ясмин. Она послала мне насмешливый взгляд, а я зло бросила: - Похоже, я занимаю твое место. Ведьма вспыхнула и отвернулась. Габриэль ногой толкнул дверь и вошел. Он кинул меня на кровать и, скрестив руки на груди, хмуро смотрел на меня. - Выбирай, с кем ты будешь сидеть ближайшие три часа - Ясмин или Иордан. У меня есть другие проблемы. Я посмотрела на его белоснежную рубашку. Хотя больше она белоснежной не была - на груди отчетливо выделялось пятно, оставленное разбитой бутылкой виски. Я фыркнула, а затем рассмеялась. Габриэль с прищуром наблюдал за мной, затем устало вздохнул: - Ты неисправима. Иордан! - вампир развернулся, снимая грязную рубашку. Я подскочила с кровати и отвернулась. Одна только мускулистая спина Габриэля вызывала нежелательные мысли. - Проследи за Аней и не выпускай её из дома. Я развернулась. Габриэля не было, в дверном проеме стоял Иордан, с любопытством смотря на меня. - Расскажешь, почему тебя Гейб на плече нес? Я вздохнула. - В этом доме есть библиотека? - смиренно спросила я. Что ж, если Бальтазар хочет заставить меня стать его наследницей, то ему придется здорово попотеть. - Пойдем, - Иордан повел меня вдоль коридора. Обернувшись, задумчиво и шутливо спросил: - Надеюсь, в меня-то ты не будешь кидать бутылки? Я рассмеялась, показав двери кабинета Габриэля язык. В библиотеке я рассказала Иордану все о разговоре с Бальтазаром. Надо же кому-то высказаться. - Как-то так, - вздохнула я. Мы сидели на кожаном диванчике. Иордан принес чая и конфет. Казалось, что мы с Иорданом давние друзья - мне было легко разговаривать с ним, так же, как с Алиной. - Но почему ты отказываешься? - поинтересовался мужчина. - Что плохого в том, чтобы жить вечно и не нуждаться в крови, в отличие от вампиров? - Для этого нужно убить человека. А я не могу сделать это, - я покачала головой. - Эту черту переступить легче, чем ты думаешь, - с едва заметной грустью произнес Иордан. - Ты и сама не заметишь этого момента. Я молча смотрела на вампира. Что же у него внутри? - Расскажешь о себе? - спросила я. - Не сегодня. - Твое право, - пожала я плечами. Некоторое время мы помолчали, затем я произнесла: - С тобой легко разговаривать. Я словно знаю тебя очень давно. - Приятно слышать, - улыбнулся Иордан. - Ты напоминаешь мне мою сестру, - я задумчиво прикусила нижнюю губу. - Невероятно похож. Не внешностью, не поведением, а чувством. Как будто ты мне настоящий брат. - Хотел бы я познакомиться с твоей сестрой, - заметил Иордан. Я поджала по себя одну ногу. - О, Алина - это что-то с чем-то. Она дикая и неуправляемая, не терпит правил и приказов, но в то же время она самый добрый человек на свете. - Так чем ты от неё отличаешься? Такое ощущение, что ты про себя рассказываешь, - заметил Иордан. Я тихонько засмеялась и покачала головой: - Ты просто не встречался с Алинкой. Поднявшись, я принялась бродить вдоль стен, рассматривая книги. - Ты читала книгу Гелены Мнишек "Прокаженная"? - спросил Иордан, подходя ко мне. - Нет. Вампир достал одну книгу и протянул мне: - Прочитай, она очень интересная. Я тут же уселась за чтение. Иордан в это время что-то строчил на телефоне, потом я уже не следила за ним - книга полностью захватила меня. Страницы пролетали одна за другой. Интерес к концовке, сопереживание героям, волнение за любовь главных персонажей заставили меня забыть обо всех проблемах, потрясениях и, что самое главное, о моем плене. Я не заметила, как исчез из комнаты Иордан, и рядом со мной теперь сидел Габриэль. Бросив на вампира испепеляющий взгляд, я снова вернулась к книге, но на этот раз не понимала даже слов - мысли были полностью заняты рядом сидящим мужчиной. - Я знаю, что ты не читаешь, - протянул Габриэль, и по голосу поняла, что он улыбается. Глянув на него, я бросила: - Верни сюда Иордана или даже Ясмин - только чтобы тебя рядом не было. Ты меня раздражаешь. - Только за то, что ты бросила в меня виски, тебя следовало бы убить, - вполне серьезно произнес Габриэль. - Но я пока нужна Бальтазару, поэтому ты не выпустишь меня и даже не убьешь, - книгу пришлось отложить - читать я уже не смогу. - Это не единственная причина того, почему я тебя до сих пор не убил, - пожал плечами Габриэль, не сводя с меня веселых глаз. Я приподняла бровь и саркастически протянула: - Вот как? И что же еще служит причиной моему спасению? Габриэль медленно улыбнулся и уточнил: - Ты действительно хочешь знать? - Уж удиви меня, - я недовольно сжала губы. Вампир согласно кивнул. И вдруг, без объявления войны, он притянул меня к себе и ласково прижался к моим губам. Сердце екнуло, от шока я не сопротивлялась, и Габриэль продолжил меня целовать. Как-то настойчиво и собственнически, словно заявлял о своих правах на меня. Не знаю почему, но отталкивать вампира желания не было. Видимо, это поняла не только я, так как Габриэль, не переставая целовать меня, усадил к себе на колени. Я прижалась к нему бедрами и запустила руки в длинные волосы, сорвав резинку. Его руки, теплые и уверенные, скользили по моим плечам, груди и талии, изучая меня неторопливо и с удовольствием. По телу разлилась волна тепла, сердце стучало, как бешеное. Неосознанно я отметила, что волосы у Габриэля немного жесткие. Габриэль первым оторвался от моих губ, но не остановился. Теперь он медленно, с наслаждением целовал шею, спускаясь ниже, покусывая ключицу. Я тихонько застонала. Габриэль лизнул быстро бьющуюся жилку на моей шее. Я слабо начала сопротивляться, попыталась оттолкнуть мужчину. Как бы искусно он не целовался, я не забывала, что остается вампиром. - Расслабься, крошка, я не собираюсь кусать тебя, - хрипло проговорил Габриэль, обдавая шею горячим дыханием. - Пока ты сама не попросишь этого, помнишь? Его жаркий от страсти голос полностью вернул меня в реальность. Я вскрикнула и соскочила с колен вампира, затем принялась мерить шагами комнату. Как я, здравомыслящая ведьма из семьи Майер, могла целоваться со злейшим врагом ведьм, вампиром, и, самое ужасное, получать от этого удовольствие? - Это был мой ответ, - спокойным тоном произнес Габриэль. - Что? - рассеяно спросила я. Вампир вальяжно развалился на диване, закинув ногу на ногу и положив руки на спинку. На лице его блуждала самодовольная улыбка, и он раздевал меня взглядом. Сердце едва не выпрыгнуло из груди, но я заставила его успокоиться. - Это главная причина, почему я не убил тебя после того, как ты кинула в меня виски, - веселым голосом произнес Габриэль. Как можно быть настолько веселым после такого поцелуя? - Ты невероятно красива, Аня. Твое отношение к миру умиляет, ты боишься меня, но не показываешь этого. Ты легко смотришь мне в глаза, тогда как и Бальтазар с трудом удерживает на мне взгляд. Когда ты появилась в моем кабинете, промокшая, но гордая, впервые в жизни мне захотелось не опустошить тебя или просто воспользоваться. Я по-настоящему хочу тебя. Хочу, чтобы ты все время была рядом, чтобы ты улыбалась только мне, чтобы ты целовала меня до умопомрачения... Черт возьми, Аня, я почти уверен, что люблю тебя!.. - Нет, - я отвернулась, ошарашенная и потрясенная. - Это не может быть правдой. Ты знаешь меня всего пару дней! Габриэль устало засмеялся: - Аня, мне четыре тысячи лет. За такое время я научился разбираться в чувствах молниеносно и точно. И я знаю, что я чувствую к тебе. Это не просто страсть. Это намного больше, поверь. Я уставилась на окно, мертвым голос произнеся: - Мы не можем быть вместе. - Нет, крошка, это возможно, - возразил Габриэль. - Если ты согласишься с условиями Бальтазара, то ты никогда не умрешь. Мы будем вместе вечно. Теперь я повернулась к нему и зло засмеялась: - Нет, не из-за этого я не согласна. Может, ты и чувствуешь что-то ко мне, но я к тебе абсолютно ничего не испытываю. Затем, отвернув голову, выбежала из комнаты. Но из дома сбежать не пыталась - знала, что не отпустят меня. Поэтому я направилась в ту комнату, которую отдал мне Габриэль. Хлопнув дверью, я рухнула на кровать и зарыдала. Почему я плакала? Не знаю. Может, потому что я только что, вероятнее всего, разбила сердце мужчине, в которого была влюблена. А может быть, потому что я этим поцелуем предала Захара.