Вспомни, что будет

Газета падает на пол из застывших пальцев. Тихий шорох бумаги о мягкий палас растворяется в комнате, становясь незримым отсчетом времени. Времени, в котором застряла Кэролайн. Она не знает, что происходит. Если это какая-то шутка, то очень неудачная. Разум понимает, что такого не могло случиться, однако сердце шепчет, что она действительно сейчас стоит в комнате Клауса Майклсона. Нет, не так. Она стоит в их комнате. Где, по-видимому, они провели не одну ночь, просыпаясь в объятиях друг друга. И, убедившись в этом лично, объятиями по утрам не ограничивается. Если бы она просто проснулась в постели Клауса, еще можно было бы сомневаться в реальности происходящего, но Элайджа… Это вампир, о котором Кэролайн знает совсем немного, не стал бы подыгрывать в каком-то глупом розыгрыше. Его глаза не лгали − видеть Кэролайн в комнате брата для него привычное дело. − Тебя опять не напечатали? – прерывает поток бурлящих в голове девушки мыслей бархатный голос. Две сильных руки ложатся на талию, обжигая кожу сквозь тонкую ткань простыни, отчего Кэролайн вся напрягается, замирает, словно статуя в музее. Боится пошевелиться, когда подбородок Клауса касается ее плеча, а его легкая щетина царапает щеку. − Что? – выдыхает девушка, чуть наклоняя голову в сторону, как можно дальше от лица гибрида, трущегося о ее лицо. − Статья, − Клаус убирает одну руку и указывает на лежащую под босыми ступнями Кэролайн газету. – Если хочешь, я внушу Сюзан, чтобы она выделила тебе целую колонку, − теплые губы касаются мочки уха, целуют шею, скользя по покрывшейся мурашками коже. Когда язык Клауса лизнул впадинку над ключицами, вампирша, против воли ощутив приятное покалывание внизу живота, не выдерживает. Делает шаг вперед и разворачивается, смотря прямо в глаза несколько удивленного мужчины. Сглотнув, Кэролайн заставляет себя успокоиться и выдавливает улыбку. − Нет, Клаус, не нужно, − получилось ведь естественно? Да? Говорить о том, что каким-то образом она оказалась в будущем, которое ее пугало и совершенно не устраивало, девушка не собиралась. Нужно было для начала освоиться, не вызвав подозрений, а затем найти выход. Какой? Кэролайн понятия не имела. − С тобой точно все в порядке, дорогая? – с сомнением интересуется Клаус, отходя от блондинки, что с силой вцепилась в края своего одеяния из простыни на манер древнегреческих Богинь. – Мы же вчера все решили, и, кажется, ночью я искупил свою вину. И не раз. В горле резко запершило, а в груди стало не хватать воздуха. Будь они сейчас в прошлом… Или настоящем? Ведь для Кэролайн именно сейчас будущее, а для Клауса настоящее. И, вернувшись назад, девушка бы оказалась в своем настоящем. Окончательно запутавшись в том, какое сейчас время, вампирша решила, что за брошенную Клаусом фразу, влепила бы ему, не задумываясь, звонкую пощечину и оставила бы в одиночестве. Но не сейчас. Сейчас можно было сыграть на том, что, оказывается, вчера она была обижена на мужчину. − Не думай, что так легко заслужить мое прощение, − Кэролайн несколько секунд сверлит Майклсона горящим взглядом, а затем, гордо вздернув подбородок, удаляется в ванную. Захлопнув за собой дверь, блондинка прижимается к ней спиной, прикрывая глаза и пытаясь восстановить свое сумасшедшее сердцебиение, что участилось при одном только взгляде древнего. Да что с ней такое? Видимо, это из-за стресса от всей этой ситуации. Некая борьба организма с напряжением. Однако она не видела, как ее брошенная невзначай фраза моментально подействовала на Клауса, как загорелись его глаза, вспыхнув огнем азарта, как расширились и потемнели зрачки, а на устах появилась хищная улыбка. Игра началась. *** Как оказалось, вкус Кэролайн из будущего изменился не сильно, так как первое платье, попавшееся на глаза девушке, понравилось ей. Что ж, видимо, хоть что-то остается постоянным. Летнее синее платье с тонким пояском под грудью как влитое обтягивает фигуру. Собрав волосы в небрежный хвост, девушка пару мгновений оглядывает себя в огромном зеркале, занимающем всю стену в гардеробной. Обман. Это не она. Не та Кэролайн, что живет в этом доме. Встречается с Клаусом. Любит его. Наслаждается этой жизнью. Как долго она продержится, не выдав себя? Качнув головой, прогоняя ненужные мысли, вампирша обувает легкие босоножки и, задержавшись перед дверью, чтобы сделать глубокий вдох, выходит. − Знаешь, милая, у бессмертия, оказывается, есть еще один плюс, − кидает Клаус, полулежащий на кровати. Одна его нога свешена на ковер, другая – на покрывале. – Я не умру, дожидаясь, пока ты соберешься на обычный завтрак. Девушка едва не вздрагивает от его слов, она была уверена, что мужчина уже спустился, и она совершенно одна. А ведь у нее вампирский слух…Черт бы побрал этого гибрида! − Значит, в следующий раз буду собираться еще дольше, − не остается в долгу она, шествуя мимо лежащего мужчины, внимательно наблюдающего за каждым ее шагом. – Проверим твою теорию. Кэролайн слышит, как усмехается древний. И чувствует спиной его оценивающий взгляд. Пожалуй, так привычнее. Играть в эти кошки-мышки она умеет, этим она и занималась в прошлом, при общении с Майклсоном. Не останавливаясь, вампирша проходит вдоль комнаты и тянется к двери. Но ей на талию опускается теплая ладонь и чуть тянет назад, заставляя остановиться. − Ты чудесно выглядишь, любовь моя, − горячие губы касаются виска, мужчина притягивает девушку ближе к себе, вдыхает запах ее волос, что-то промурлыкав в самое ушко блондинки. Та лишь неопределенно кивает, ерзая в крепких объятиях. Нет, неприятно не было. Как ни странно. А вот неловко – да. − Зачем ты собрала волосы? – следует вопрос, который, подобно взрыву, вырывает Кэролайн в реальность. А вот и ответ. Она не продержится здесь долго – даже обычная прическа может выдать ее. Что дальше? Но пока остается только подыгрывать. Ее ладошка ложится на грудь Клауса и толкает назад. Мужчина отклоняется и заглядывает в прищуренные глаза любимой. − Тебе не нравится? – голос уже не дрожит, играть недовольство легче, чем влюбленность. От этого вопроса Майклсон теряется на мгновение, но быстро берет себя в руки и галантно распахивает дверь перед Кэролайн. − Мне все в тебе нравится, Кэролайн. И ты это знаешь, − его ладонь на ее спине надавливает вперед, направляя к двери. – А теперь, пока мы не сцепились из-за цвета твоего платья, прошу к завтраку. Поняв, что от нее ждут ответа, вампирша предпочитает просто улыбнуться и выйти в коридор. Длинный, узких проход, уставленный парой старинных столиков с такими же древними вазами на них. На узорчатых стенах висят картины в резных рамах. Их художника девушка узнает сразу. − Чудная снежинка, − не думая бросает Кэролайн, узнав одно из творений Клауса. Чуть выцветшая, с потрепанным углом, но узнаваемая. − Где-то я это уже слышал, − с улыбкой отзывается гибрид, прикрывая дверь в спальню. «Нужно быть более осторожной в выражениях», − думает девушка и, хорошенько оглядев коридор, ступает направо. Сделав пару шагов, она останавливается, так как не слышит сзади шагов Клауса. Осторожно повернувшись, вампирша видит, что Майклсон еле сдерживается, чтобы не засмеяться – в глазах пляшут искорки веселья, а уголки губ трясутся. Но он стоически борется с собой. − Если ты хочешь позвать на завтрак Элайджу, − наконец выдавливает из себя гибрид, − так как больше комнат, кроме его, там нет, то хочу заметить – брат уже в столовой. А если хочешь порыться в его вещах в поисках следов той загадочной девушки, с которой он видится, можешь не пытаться – я уже это сделал, пока ты была в душе. Ничего. Он чист. Почувствовав себя полной дурой, Кэролайн кидает взгляд на лестницу в том конце коридора, которую и приняла за главную. Ошибочка вышла. Вторая за последние пять минут. С такими темпами она не успеет сделать и глотка апельсинового сока, как будет разоблачена. − Девушке легче почувствовать другую девушку, − улыбнувшись, блондинка разводит руками в сторону и идет в противоположную сторону. Лучше идти позади Клауса, так надежнее. Спустившись по лестнице, мужчина сворачивает налево, к массивной двери из белого дерева. Девушка, пока идет в столовую, успевает заметить лишь еще несколько картин, украшающих помещение, и стоящие в углу от входной двери свои любимые черные сапоги без каблука. − Доброе утро, − еще раз здоровается Элайджа, уже сидящий за накрытым обеденным столом и пережевывающий кусочек тоста. Кэролайн кивает, на этот раз улыбнувшись вполне искренне. Гибрид отодвигает ей стул и садится рядом, по правое плечо от Элайджи. На тарелках уже лежат горячая яичница, пара тостов и джем. И рядом стоят два бокала – с апельсиновым соком и кровью. Видимость человечности через завтрак? Кэролайн это нравится. − Надеюсь, в этот раз ты не разгромил мою комнату, пока обыскивал ее, − спокойно произносит Элайджа между заменой одного бокала на другой. Клаус, не отрываясь от своей тарелки, улыбается, его ямочки Кэролайн видит даже со своего места. − От тебя ничего не скроешь, брат. Я предупреждал, что не люблю, когда мне лгут, − гибрид отставляет тарелку и обхватывает пальцами бокал с кровью, салютуя брату. − Твои замены понятий меня поражают, Никлаус, − вампир отвечает тем же жестом и делает небольшой глоток. – Я не лгу, я не говорю правды. Я вообще ничего не говорю, ты сам придумываешь себе эти небылицы. Майклсон-младший вновь усмехается и качает головой, говоря «пока я тебе поверю». Кэролайн с интересом наблюдает за диалогом братьев, едва сдерживая улыбку. Ей не приходилось общаться с Элайджей, она лишь слышала о нем, но он определенно ей понравился. − Кэролайн подтвердит, − произносит брюнет, заметив на себе пристальный взгляд девушки и истолковав его по-своему. – Верно? − Что? – отвлекается она от созерцания лица древнего, кидая взгляд то на одного, то на другого брата. − Кэролайн сегодня встала не с той ноги, − отвечает за нее Клаус и кладет руку на ладонь девушки, поглаживая большим пальцем. Разряд тока проходит от места прикосновения Клауса до самого сердца. Кусочек тоста застревает посреди горла, и блондинка поспешно выхватывает свою руку и тянется к бокалу с соком, делает несколько больших глотков. Но под удивленные взгляды ставит сок назад и смущенно улыбается. Дура! Сейчас Клаус точно прижмет ее к стенке с требованием объяснить, кто она такая. Кэролайн уже приготовилась к этому, с силой вцепивший левой рукой в десертный нож, но древний удивил. Подмигнув ей, он встает из-за стола и предлагает свою руку. − Тебе нужен свежий воздух, любовь моя, − мужчина склоняется и дарит блондинке поцелуй. Просто касается губ, скорее не касается, а мимолетно скользит по ним, вампирша не успевает ни дать отпор, ни ответить на поцелуй. И когда Клаус отрывается, она, с сожалением, понимает, что в душе ей хотелось осуществить второй вариант. − Герцог уже заждался, − шепчет древний, когда девушка принимает его руку, и они выходят в прихожую. С губ вампирши чуть не сорвался вопрос «кто ждет?», как она одернула себя, вспомнив, что наверняка в этом времени знает, что за Герцог их ждет. Поэтому блондинка повинуется, когда мужчина увлекает ее к выходу. Она приготовилась увидеть титулованного мужчину с кучей орденов и наград, но этого не случилось. Никлаус распахнул огромную дверь цвета темного шоколада, и перед взором Кэролайн предстал гнедой конь, подвижно мотающий головой вперед-назад в знак того, что уже заждался хозяина. Его черные как смоль грива и хвост блестят на солнце, отливая синевой, рельефные мышцы под блестящей шерстью перекатывались от каждого нетерпеливого цоканья правой передней ноги. Завидев Клауса, конь одобрительно фыркает и чуть встает на дыбы, хлестнув хвостом по своему бедру. − Серьезно? – выдыхает девушка, ведомая Майклсоном к животному. − Он соскучился по тебе, Кэролайн, − мужчина подталкивает удивленную вампиршу к Герцогу. Дрожащей рукой, под испытующий взгляд Клауса, она кладет ладонь на морду коня и тут же отнимает, когда тот резко вскидывает голову. Конь странно фыркает и уже чуть склоняет голову перед девушкой, как бы прося ласки. Переборов себя, Кэролайн вновь тянется к Герцогу, на этот раз медленно, но уверенно проведя рукой вдоль морды, потрепав ухо животного. − Давай, прокатимся, − Клаус хлопает ладонью по спине гнедого и поправляет вальтрап.* От этого предложения у Кэролайн мурашки по коже проходят. Нет, она любила лошадей, но совершенно не умела ездить на них. Поэтому, покачав головой, вампирша приготовилась сказать «нет», но не успела. В мгновение ока Клаус оказывается позади нее и хватает за талию. Затем кладет руку под ее бедро, подсаживает девушку, и в следующее мгновение она уже сидит на коне, пытаясь сохранить равновесие. Через секунду Майклсон сам запрыгивает на коня, одной рукой хватая вожжи, а другой сзади обнимая Кэролайн за живот, как можно ближе прижимая ее к своей груди. Девушка чувствует, как напряжены его руки и мышцы, чувствует его дыхание на своей щеке. − Вперед, Герцог, к озеру, − командует Клаус, натягивая вожжи, крепче притягивая Кэролайн к себе. Ветер ударяет в лицо, когда конь срывается с места, сердце ускоряет свой ритм. Впервые за долгое время Кэролайн ощущает себя свободной. *вальтрап - толстое суконное покрывало под седлом