Рыцарь вампир: Вступая в жизнь.

*** Бесцельно бродя по длинным коридорам Гильдии, Зеро не мог думать ни о чём кроме недавнего разговора с Кроссом. Этот новый приказ был просто до смешного абсурдным. Мало того, что ему пришлось находиться рядом с этой ненормальной во время расследования, так теперь придётся ещё и терпеть её общество и днём и ночью. Да НИ…ЗА…ЧТО! Парень с силой двинул кулаком по ближайшей стене, по ней до потолка пошла тонкая трещина. Это была не злость, просто эмоции уже били через край. Он уже не помнил, когда чувствовал себя спокойно. В последние дни ему только и приходилось, что постоянно быть на гране нервного срыва из-за Ханы. Новость о сестре была последней каплей, и если бы Зеро не выместил тогда всю злость во время боя с Акирой, то, наверное, сошёл бы с ума. Но сейчас он опять волновался. Он знал почему, только отказывался признавать. На самом деле, то что произошло тогда с Ханой, чуть не выбило его из колеи. Неожиданно для себя, он действительно волновался за Хану, хоть и не понимал, что тогда произошло. Однако он хотел знать. Сам того не замечая, он дошёл до нижних этажей, где располагались специальные изоляционные камеры. Посмотрев на длинный ряд дверей, охотник сразу безошибочно определил за которой из них сейчас находиться аристократка. Он медлил несколько минут прежде чем войти внутрь. Сомнения всё ещё не покидали его, но останавливаться было поздно. Сделав наиболее серьёзное и холодное лицо, которое он только мог, Зеро щёлкнул специальный предохранительный замок и дверь открылась. Внутри было совсем темно, но свет из коридора позволял хоть немного понять что там происходит. Камера была небольшой, но места для одного там хватало сполна. Охотник осмотрел комнату. Аристократка лежала в дальнем углу комнаты на деревянной лежанке, единственном здесь предмете мебели. Она совсем не шевелилась, как будто даже не дышала. Её волосы совсем растрепались и теперь беспорядочно струились по разным сторонам её лица. На щеке было несколько царапин а в уголке рта протянулась тонкая полоска застывшей крови. Видимо девушка, в порыве, прикусила себе губу. Она спала, но не смотря на это руки были крепко сжаты в кулак, как будто даже во сне ей приходилось бороться с чем-то. Зеро намеренно громко захлопнул дверь, и камера снова погрузилась в кромешную тьму, но парень мог спокойно видеть всё, что там твориться. Это была привилегия вампиров. Как и ожидалось, от громкого резкого звука, аристократка тут же пробудилась и испуганно вздрогнув стала искать глазами виновника. Увидев перед собой Кириу, Хана замешкалась и не сразу нашлась, что сказать. Охотник тоже не спешил начать разговор, а только молча смотрел на неё. - Зачем ты пришёл? – тихо выдавила девушка вжимаясь в холодную каменную стену, - Что, нравиться смотреть на меня в таком состоянии? Хочешь позлорадствовать? У парня вдруг возникло ощущение дежавю: точно так же говорил Ханабуса два года назад, когда Канаме убил его отца. В то время Айдо ещё был прихвостнем Курана и личным охранником Юки, но в тот день Зеро впервые искренне сочувствовал вампиру, хоть и не показал этого. Сейчас происходило нечто похожее, только теперь его целью была исключительно Хана. Охотник подошёл ближе, но девушка выставила вперёд руки: - Не подходи, слышишь?! Оставь меня в покое! Но парню было плевать на её слова, а уж такая убогая преграда уж никак не могла остановить его. Охотник быстро перехватил её руку и без особый усилий прижал девушку к стене. Ослабленная и лишённая способности защищаться Хана сейчас не могла никак противостоять столь сильному оппоненту. - Что ты делаешь? – через силу произнесла девушка и по голосу было заметно, что говорить ей так же тяжело, как и двигаться, - Не смей меня трогать, ты…. Упрямый и пронзительный взгляд лиловый глаз, направленных прямо на неё, заставил её замолчать. - Не дёргайся,- произнёс, наконец, охотник, удерживая аристократку одной рукой, а другой уперевшись на стену, - Мы в изоляторе, твои силы вампира тут не действуют. Ты ничего не сможешь мне сделать…. Как и я тебе. Парень неожиданно выпустил девушку и, опустив обратно на лежанку просто остался стоять напротив. - Потрудись объяснить, почему ты напала на меня? Хана подняла голову, но из-за растрепавшихся волос было сложно разглядеть лицо. - Уходи…, - слабо произнесла она, - Я не желаю ничего тебе объяснять. Просто забудь меня и спокойно живи дальше. - Я буду здесь пока ты не соизволишь ответить, - Зеро был настроен серьёзно, без варианта отступления, - Но тебе лучше поторопиться, иначе моё терпение лопнет. - Упёртый дурак, - горько усмехнулась девушка, - Ты ничего не понимаешь…. Я умоляю, просто уйди…. Я не хочу загубить и твою жизнь…. - Мне плевать на всё, что ты сейчас сказала, - Зеро был неприступен, - Со своей жизнью как нибудь разберусь. Говори немедленно. Какого чёрта тогда произошло?! Почему ты подчиняешься этому подонку?! - Потому, что он…., - Хана всхлипнула, если сдерживая слёзы, - Он мой…. Муж. Охотник замер, словно его током прошибло. Он не ослышался? Она сказала “муж”? - Ну что, удовлетворён? – дрожащим голосом спросила вампирша, - Теперь ты уйдёшь? - Чёрта с два! – воскликнул парень и снова схватил девушку за руку, - Значит ты всегда действовала с ним заодно?! Значит в том переулке ты специально остановила меня, чтобы дать ему возможность насладиться трапезой?! Лгала не только мне, но и всему совету, и даже Кайену-семпаю, который тебя так свято верил? Какая же ты двуличная дрянь! Думала втереться в доверие и потом воспользоваться случаем и всадить нож в спину? Таких как ты…. Не успел он закончить, как мощная пощечина обожгла его щёку. Отойдя от шока, охотник перевёл взгляд на лицо девушки. В нём было столько боли, столько страдания, что даже у Зеро сжалось сердце. Глаза девушки уже покраснели от слез, и парень только сейчас заметил, что они немного припухли. Значит, она плакала всю ночь…. - Прекрати, - тело Ханы уже пробирала мелкая дрожь, - Ты даже не знаешь, что говоришь…. Моя жизнь сломана…. Зачем делать ещё больнее? Ты действительно беспощадный охотник, Кириу Зеро…. Я подчиняюсь этому чудовищу не по собственной воле. И это - моё вечное проклятие. Мне было шестнадцать, когда меня выдали замуж за Исайю Акира. Я была влюблена и согласна на всё ради его любви, а он умело пользовался этим. Моя кровь служила ему постоянным источником питания. Он иссушал меня до тех пор, пока я не теряла сознание, а затем давал свою. Я не знала, что так, он навсегда делает из меня своего верного раба, не смеющего никогда ослушаться приказа хозяина. Стоит ему только приказать, и я выполню, что угодно, даже убью. Но он вскоре потерял ко мне интерес и бросил одну, как ненужное барахло…., - голос девушки уже срывался, а, застилавшие глаза, слезы так и стекали солеными дорожками по щекам, - Я страдала, а ему было наплевать. Главное, что я навсегда останусь его верное собачкой и никогда не пойду против его воли. Любовь застилала мне глаза, я так хотела верить ему. Но только потеряв ребенка, я, наконец, осознала весь ужас своего положения и попыталась уйти. Он находил меня везде, где бы я не пряталась, и все повторялось сначала…. Я не могла отказать и страдала из-за этого еще больше…. Еще два раза у меня случались выкидыши, и в последний раз, мне сказали, что я скорее всего, больше не смогу иметь детей…. Знаешь, какого это, когда любимый человек ранит в самое сердце, не оставляя на нем и живого места? Мое сердце перестало биться вместе с сердцем последнего ребенка…. И, если честно, мне сейчас абсолютно наплевать, что будет со мной. Если только смерть спасет меня от этого чудовища, то я с радостью приму ее, но не смей обвинять меня в предательстве. Я бы никогда бы не предала Кайена-семпая, человека, который спас меня, когда я уже была на грани. Длинный рассказ Ханы закончился, но парень слышал ее слова снова и снова. «Знаешь, какого это, когда любимый человек ранит в самое сердце, не оставляя на нем и живого места?…» Он знал….Наверное, лучше кто либо знал и представлял ту невыносимую боль от которой хочется умереть…. Его рука невольно потянулась к лицу аристократки. Неожиданное прикосновение немного отрезвило ее сознание, и девушка подняла глаза. Они оба молчали, но зрительный контакт сполна компенсировал это. Только одним взглядом Зеро сумел сказать слова, в которых она сейчас нуждалась больше всего: «Я найду способ защитить тебя….»