Лик ангела

      Он вошел в кабинет и сразу же нахмурился: как и всегда, тяжелые шторы плотно занавешивали окна, не пропуская солнечный свет. Здесь всегда царит полумрак, - к этому давно нужно было привыкнуть. И он почти привык. Три года назад, как раз в то время, когда он по глупости и подростковой наивности решил открыться своей матери, рассказать то, что никогда и никому не осмеливался говорить, он впервые оказался в этом месте. «Обычный личный психолог» - говорила тогда его мама, ободряюще хлопая его по плечу. «Многие люди нуждаются в нем, поэтому не волнуйся, ты не особенный. Просто рассказывай этой женщине все, что хочешь». Тогда он впервые за свои пятнадцать лет внимательно взглянул на её лицо. Женщина, давшая ему его земную оболочку и воспитавшая, никогда бы не смогла понять его. Её серые уставшие глаза не способны были заглянуть в его душу. А вот он знал её очень хорошо. Бог довольно поздно даровал ей возможность быть матерью, она вообще не должна была иметь детей. Но он, глупый ангел, опорочивший своё имя на небесах, стал исключением. И Господу пришлось сделать исключение и для неё. Но разве это не повод еще больше восхвалять своего Творца? Он милосерден. Он справедлив. И ни один проступок не ускользнет от Его всевидящего Ока. Парень привычно прошел к дивану, придвинутому вплотную к стене, и присел на протертую временем обивку. На противоположной стене висели два небольших круглых светильника — единственное здешнее освещение. Лампочки горели слабо, и сквозь непрозрачное матовое стекло их свет отдавал красноватым оттенком. Но этого света вполне хватало, чтобы осмотреть скудную обстановку кабинета: журнальный столик с чахлыми розами в дешевой вазе, несколько полок с книгами и рабочий стол из темного дерева, обычно заваленный кипой всевозможных бумаг, сейчас был непривычно пустым, на его поверхности лежало лишь несколько листков чистой бумаги, и штук пять одинаковых шариковых ручек аккуратно стояли в специальной подставке. «Неужели она, наконец, решила прибраться? - подумалось ему - Добавить сюда чуть больше света, и, может быть, находиться здесь было бы более комфортно». Но он знал, что она никогда не изменит своим принципам. Когда он впервые познакомился со своим психологом - улыбчивой пухлой женщиной по имени Александра, - он подумал, что это вычурное, по его мнению, имя совсем не подходит к её простой внешности и веселому нраву. - Здравствуйте, молодой человек. Хрипловатый мужской баритон отвлек его от раздумий. Парень обернулся на голос и увидел стоящего в дверном проеме коренастого мужчину лет сорока. - Можешь звать меня Бернардом, с этого дня ты будешь проходить лечение у меня — с этими словами мужчина прикрыл дверь, оставив лишь маленькую щель, через которую в кабинет проникала тонкая полоска света. - А где Александра? - спросил парень, удивленно привстав с дивана. - Она больше не будет с тобой работать. Видишь ли, твой случай, скажем так, не совсем подходит для нее. Не волнуйся, никаких изменений не произошло бы без контроля твоей матери. Ты присаживайся, в ногах правды немного. Он сел обратно на диван, тогда как Бернард подошел к рабочему месту и уселся на стул. Он находился слишком далеко, и слабого освещения кабинета было недостаточно, чтобы парень мог разглядеть его лицо. Но ему казалось, что мужчина улыбается, рассматривая его. Было такое чувство, что его глазам вовсе не мешает царящая здесь темнота, и они могут видеть сквозь неё. Ему стало неуютно, и он опустил взгляд. - Я не сумасшедший – проговорил он. Ему нужно было сказать хоть что-нибудь, чтобы развеять гнетущую тишину, потому что Бернард больше не спешил с ним говорить. - Конечно. Ты просто запутался – после длительной паузы ответил мужчина – Но тебе не стоит волноваться, ведь я тут, чтобы помочь тебе. - Мне не нужна помощь. - Ну, в таком случае, зачем ты здесь? Тебя привела твоя мама, но только ли? Может быть, ты пришел сюда потому, что сам не до конца уверен в своих словах? - Вы говорите мне это, чтобы сбить меня с верного пути – еле слышно прошептал парень. - Напротив. Я хочу направить тебя на истинный путь. Он упрямо покачал головой, по-прежнему держа ее опущенной. - Ну что ж, - вздохнул мужчина - у нас с тобой будет еще много времени все обсудить. А сейчас, не добавить ли в этот кабинет чуточку света, что скажешь? Здесь всегда было так темно? - Александра говорила, что полумрак создает особую атмосферу. В фильмах такие кабинеты всегда зашторены. - Как глупо – поцокал языком Бернард и подошел к окну. Когда тяжелые шторы были раздвинуты, парень невольно зажмурился от яркого света. Снова открыв глаза, он с интересом заглянул в окно – до этого момента такой возможности не предоставлялось. Окна здания выходили во внутренний двор, и можно было разглядеть залитую солнцем детскую площадку и маленький клочок голубого неба наверху. Несколько малышей резво раскачивались на качелях под неусыпным взглядом мамаши, пристроившейся на скамейке в тени разросшейся липы. - Прекрасные дети, не правда ли? – оказалось, Бернард также смотрел на детей – Будто прелестные маленькие ангелочки. - Нет, – возразил парень – они не имеют ничего общего с ангелами. Облик ангела совершенно другой. - Да? – улыбнулся в ответ мужчина – Мне всегда было интересно, как выглядят ангелы? Он задумался: - Чисты и светлы. Очень много света. Больше я ничего не могу сказать – человеческой речи не подвластно передать прекрасный образ сыновей Господа. - Так же как и облик самого Бога, я полагаю? - Безусловно. - А как же Иисус? Его лицо вполне обычно. - Это лишь человеческая оболочка. Сын Божий не мог предстать пред людьми иначе, они бы не выдержали Его лика. Больше он не задумывался над своими ответами. Они всплывали в голове мгновенно, он прекрасно знал, как отвечать. Мужчина продолжал улыбаться, однако его серые с легким прищуром глаза оставались холодны. - В самом начале я представился тебе. Будь добр назвать свое имя. Парень пожал плечами. - Разве моя мама не сказала его вам? - Да, конечно – кивнул Бернард. – Но я хочу услышать твое имя с твоих собственных губ. Давай же. Эта настойчивость начала раздражать его и поэтому он уклончиво ответил: - Моё человеческое имя невзрачно, по сравнению с истинным, дарованным Творцом. - Ну что ж, тогда назови своё ангельское имя. – кивнул, не сколько не смутившись, Бернард. Открыв было рот, он снова закрыл его. Сердце забилось чаще от того, что десятки имен крутились в его голове, но он не мог вспомнить, какое же из них верное. Не может быть, он не мог забыть имя, которым его нарек Господь! Если только… он вообще знал его. Его растерянность не смогла укрыться от взгляда мужчины: - Что такое? Позабыл? А было ли оно вообще когда-нибудь? Он промолчал, с ужасом осознав, что не знает, что ему ответить. - Ну хорошо. Я попробую помочь тебе…Как насчет «Габриила»? Нет? А может «Гавриил»? « Михаил?» «Люцифер»… - Да вы смеетесь надо мной! – в гневе воскликнул он, срываясь с места и до боли сжимая пальцы в кулаки. - И в мыслях не было, милый мой. – спокойно отреагировал мужчина на его гнев. Он подошел вплотную и положил ладонь на его плечо, мягко, но настойчиво заставляя снова опуститься на диван. - Я хочу помочь тебе. Если ты успокоился, то начнем сначала. Назови мне своё имя? - Моё… меня зовут Том. – запнувшись, пробормотал парень. Видимо, его ответ вполне удовлетворил мужчину. Присев рядом, он дотронулся до его темных волос: - Вот и славно, Том. Ты знаешь, дети бывают очень ранимы, и поэтому многие, чтобы помочь самим себе, придумывают разные вещи. Одни заводят себе воображаемых друзей, другие представляют себя в образах всевозможных героев. А третьи, Том, придумывают другую реальность и пытаются скрыться там. Вера в эту вымышленную реальность спасает ребенка, но вера взрослого губит его. Подумай над этим. Вспомни, когда ты перестал видеть в себе человека и заменил его другим, воображаемым образом – образом ангела. И тогда мы вместе сможем развеять эту веру. Том, не существует ни ангелов, ни демонов, ни Создателя. Нет ни Рая, ни Ада. Помни это. Проговорив, мужчина отнял руку от его волос и поднялся с дивана. - Закончим на сегодня. Твоя мама просила, чтобы ты задержался и подождал её, она заберет тебя. Посиди в коридоре. Парень соскочил и бросился к двери, желая покинуть это место как можно скорее. Однако на выходе он все же заставил себя оглянуться: - Я... я вам не верю... - До нашей следующей встречи, Том. Сладкий запах, доносящийся с подоконника, заставленного цветочными горшками, действовал успокаивающе, и парень, расслабившись на одном из кожаных кресел, прикрыл глаза. Он радовался тому, что больше не видит Бернарда, но вот его слова все никак не выходили у него из головы. «Не могу, не должен в это верить! - раз за разом твердил он себе - Это воля Господа, он испытывает меня. Он испытывает мою веру в него. Я не должен поддаваться. Я верен своему Создателю, я верен своему...» - Ты все еще до сих пор умер, или уже жив? – вдруг раздалось над ухом. Том подскочил от неожиданности и растерянно посмотрел на парня, придвинувшегося почти вплотную к его лицу. - Что? - Ты сидишь здесь потому, потому что знаешь почему, или наоборот? - Что наоборот? – еще больше удивился он. Незнакомец захлопал глазами и тихонько захихикал: - А знаешь, почему я здесь не сижу? – он быстро спрыгнул с кресла на пол – Потому что я уже стою! Сидящая на стуле возле входа женщина оторвалась от своей книги и покосилась на него. - И тебя здесь тоже нет, - он ткнул пальцем в её сторону, а потом указал на Тома – и ты не тут. А ты знаешь, что на самом деле умер? Потом он уселся на пол и уставился на парня немигающим взглядом черных глаз. Том склонился над ним и дотронулся до его лба: - Бедный, я понял тебя. Господь заметил тебя из тысячи подобных и даровал тебе своё благословение. Но твоя слабая душа не смогла снести его силы, и ты лишился рассудка. Обрати свой несчастный взор к небу и неустанно проси Господа о еще одной милости. Когда-нибудь, Он услышит тебя. Покайся. И дарует Он тебе Благодать, и заберет из этого мира. Да будь благодарен. Он склонил голову на бок и тоже прикоснулся к его лбу: - А ты кто? - Я Сын Господень. - А где твой хвост? - Зачем он мне? - У кошек есть хвост. - Не у всех – мягко улыбнулся Том. - Так же, как не у всех ангелов есть крылья? Том вздрогнул и убрал руку. - Нет… Дверь приоткрылась, и он увидел в проеме усталое лицо матери. - Пойдем, Том. - Да услышит тебя Создатель. – пробормотал парень и поспешил за ней. Продолжая сидеть на полу, он перевел свой взгляд на женщину: - А ангел без крыльев – не ангел? Та вздрогнула и поспешила скрыть свое лицо за книгой. Он лавировал между людьми, шагая вровень со спешащими по каким-то своим делам и обгоняя неторопливых. В основном это были гуляющие и весело болтающие парочки, молодые мамы с яркими колясками и немолодые хозяйки собак, выгуливающие своих питомцев на длинных цветных поводках. - Покайтесь Господу и получите Его милость! – выкрикивал он в разные стороны. - Только так вы получите спасение! Покайтесь! - Поднимите свой взор к небесам! - И что я увижу там?- прошептала бескровными губами старуха, останавливая его за плечо. Он резко обернулся и взглянул на её изборожденное уродливыми морщинами лицо. - Свое отражение! Он захохотал, увидев, как округлились её глаза, и продолжил идти вниз по аллее. С призывов и выкриков он переходил на совсем невнятное бормотание и бессмысленный шепот, среди которого лишь иногда слышалось вполне понятное «и получите вы кару Господню». Одни люди провожали его сочувствующими взглядами, а другие осыпали проклятиями. - Эй! Обернувшись на оклик, он приметил под цветущим грушевым деревом молодого парня, рассевшегося на скамейке в его тени. Его прекрасное лицо уродовали равнодушные черные глаза. Они были бездонными, и в них не отражался этот мир. - Сошедший с ума бедолага, – проговорил он, стоило ему подойди ближе – Как же жалко ты выглядишь. - По твоей же милости – ответил ему сумасшедший, присаживаясь рядом. - Столько раз произнося его имя, смог ли ты стать чуточку ближе к нему? Он поморщился, разглаживая ладонью свои волосы, потом оправил рубашку и закатал рукава. С его лица исчезло то выражение, которое он старательно сохранял до этого момента. - Мне наскучила эта роль, так же как и игра в человека. Может быть, ты ответишь мне, зачем… - Зачем исчадию Ада притворяться благочестивым психом? - Ухмыльнулся парень. - Зачем мне было выслушивать бредни этого благочестивого психа – поморщился он. - Он заинтересовал тебя, Наам? – теперь эти бездонные глаза смотрели на него в упор. Даже ему, демону, было нелегко долго выдерживать этот взгляд. - Таких, как он, сотни. – он пожал плечами - До противного верен своему богу. Всего лишь жалкая душонка, вкус которой, я думаю, будет омерзителен. Я вообще не понимаю - чем он тебя так заинтересовал, Белиал? - Ангелы не всегда исполняют божью волю. Эти светлые создания так же могут погрязнуть в соблазнах. - Ты продолжаешь думать, что этот человек на самом деле один из таких созданий? Падший ангел? - А что он сам об этом думает? - Он подавлен, - ухмыльнулся Наам, - и растерян, однако продолжает цепляться за Бога. Если он действительно падший, то его жизнь обречена. - Они продолжают быть верны ему, своему творцу, что люди, что ангелы. Но даже не представляют, как жестока может быть Его расплата за непокорность. - А что Ты будешь делать? – Наам с интересом посмотрел на Белиала – Какова твоя роль? Заберешь его душу? - Я не хочу вмешиваться. – спокойно ответил парень. – В отличие от тебя, низшего демона, я не испытываю ненависти ни к ангелам, ни к людям. - Снова потакаешь меня моим происхождением – поморщился парень – Да, к сожалению, я когда-то был человеком, в отличие от тебя, – он наклонился и провел ладонью по его гладкой щеке – прекрасное творение Люцифера. А знаешь, моя человеческая жизнь была так коротка, что с каждым столетием, проведенным в этом облике, я постепенно забываю свои человеческие эмоции. Любил ли я кого-нибудь? Возможно, но я уже не помню этого. А вот то блаженное чувство ненависти я пока не способен позабыть. А знаешь, Белиал, что я еще помню? Сладкое удовлетворение от смерти. – он осекся – Ну, ладно, вернемся к нашему ангелочку. Ты не хочешь вмешиваться, а если это сделаю я? Его губы растянулись в улыбке, когда Белиал заинтересованно повернулся к нему – Что, если я не отправлю в ад его душу, а поглощу её? Тогда только мне одному будет известно, была ли это душа человека, или же ангельская благодать. - Я оборву твое существование раньше, чем ты осмелишься приблизиться к нему. - Блин – обиженно протянул Наам – и неужели не будешь скучать по мне? Ах да, я совсем забыл – такие как ты, в отличие от обычных демонов, не забыли человеческие эмоции, а просто никогда их не испытывали. И все, что тебя гложет, - одна лишь скука. Поэтому ты и заинтересовался в этом человечке, он способен хоть ненадолго занять тебя. Но Белиал, неужели я не могу больше развлечь тебя? Он вздрогнул, когда рука Белиала мягко коснулась его волос. - Мне поднадоело твое общение, и наскучило твое тело. Способен ли ты подарить мне нечто большее? - Ты о моей душе, если я не ошибаюсь? Но она больше мне не подвластна. Когда мое тело было растерзано, то останки моей гнилой души отправились прямиком в дьявольский огонь. Вот только, почему-то я не помню мук Ада. А будешь ли ты страдать, попав в лапы Адского пламени? - Ты никогда не узнаешь ответа на свой вопрос, мой возлюбленный. – он потянулся к нему и на мгновение коснулся губами его губ. - Ты видишь его? – отстранившись, поинтересовался Наам. - Да – улыбнулся парень, глядя вперед – Я вижу его уродливый облик. - Ну что ж, ладно. Я не буду мешать и тоже понаблюдаю за ним. Сколько там ему осталось? - Двадцать два года. - Хорошо. Подумать только, для нас этот срок – лишь малый период вечности, когда для него пройдет большая часть его жалкой жизни. А знаешь, - он кинул быстрый взгляд на Белиала – Я ставлю на то, что он не выдержит, и доведут его не ангелы или демоны, а люди. Они очень жестокие существа. - От этого и весь интерес. – улыбнулся в ответ парень.