Заставь меня улыбаться

Открываю лотерею! Догадайтесь, с кем я писала эту главу! Душа на барабане, крутите барабан.

С дня их встречи прошла неделя. Потрошитель совершил еще одно убийство, а голова верного Пса Королевы была занята другим - кто такая Хелена Лоулайт. Единственное, что было известно - имя и примерный возраст - совершенно не устраивали Сиэля, а поразительные знания его биографии, умение просчитывать действия наперед и то, как она разбиралась в оружии, наводило на неприятные мысли. На самом деле первое и второе можно было списать на то, что Хель Сиэля действительно знает не понаслышке, а все события она знала наперед. Когда знаешь исход игры, нетрудно подставить события под себя и выйти победителем. Сиэля это настораживало. Но Хель не делала ничего опасного. Каждый день она обнаруживается либо в кабинете Сиэля, либо на кухне, и мисс Лоулайт что-то вдохновенно записывала в потрепанный блокнот. Если к ней подходил граф, то она сразу прятала его в синий рюкзак и с важным делом заявляла, что это не его дело. Если бы Фантомхайв взял блокнот без спроса, Хелена точно оторвала бы ему руки. За эту неделю граф заметил за ней еще две странности - патологическая страсть к красному и употребление ромашкового чая в немереном количестве. Последнее заваливалось в две крайности - то Хель отодвигала его с злой мордашкой, говоря, что он ей мешает думать, то требовала под страхом смерти, ибо "царю не пишется". За Хеленой замечался еще ворох странностей. Например, она нервно реагирует на сочетание слова "записать" со своей выдуманной фамилией. И еще с собой в том же рюкзаке таскала соль. За ней имелась привычка про события Потрошителя говорить "Я знаю все, но не буду спойлерить. Ибо тот, кто спойлерит, попадает в Ад лично к Кроули". Нельзя не упомянуть то, что у Хель имеется такой грех, как пищевой фетиш. Сладкое. Много сладкого. И в особенности шоколад. Съесть плитку, которую она припасала на сеансы писательства, смерти подобно. Тогда не удивляйтесь, что проснетесь с головой в прикроватной тумбочке, с пулей из кольта Single Action Army. Его она стащила у Сиэля "на непредвиденный случай". Вообще ничего необычного. Всего лишь Хелена Лоулайт. С ума сходила она по-разному. От простых стебов Сиэля до случая, когда ей было скучно. Тогда она стреляла из все того же кольта в стены. На получасовой выговор Сиэля ответила в два слова. Косплей Шерлока. И убежала на кухню, писать что-то в своем блокноте. - Кто такой L? - однажды спросил Сиэль. - Откуда?.. - Ты везде пишешь эту букву. На блокноте. На песке. Везде, где можно писать. - L - это L, - отозвалась Хель. Больше они к этой теме не возвращались. И это было единственная вещь, про которую она особо никогда не распространялась. - Странная девушка все-таки Хель, - пробормотал граф, принимая чай с подноса, который принес Себастьян. - Но то, как она с трепетом хранит память об L, достойно уважения. - Я бы не касался этой темы, но да, вы правы, господин. - Я встречал разных девчонок. Девочки-кошки, осы и преданные собаки. Девушки-слепые-как-кроты. Девушки-я-всегда-буду-спать-что-бы-ни-случилось. Девушки-смеющийся-кошмар и девушки-обижающиеся-по-пустякам, - задумчиво протянул Сиэль. - И тогда кто есть леди Лоулайт? - поинтересовался Себастьян. - Она девушка-я-врежу-тебе-а-потом-со-слезами-буду-просить-прощения, - пояснил Сиэль с видом знатока и истинного ценителя. - А еще она не тихий омут, в котором водится черт с литерой L.

***

- Она такая же, как и все эти женщины, - разочарованно пробормотал Грелль, выдергивая пилу из мертвой Мадам Рэд. Хелена и Сиэль выглядели потрясенными. Даже безумная Лоулайт не могла переживать эту сцену дважды. Она подошла к Греллю. - Вся проблема в твоих предпочтениях и задвигах, Грелль, - сказала она ему прямо в лицо, словно совсем не заботилась о том, что ее могли уничтожить точно так же, как сейчас убрали Мадам Рэд. - Какая смелость! Я ведь могу и влюбиться! - умилился Грелль. Хель не стала церемониться и врезала ему, зная, что он не сделает ей ничего просто потому, что она не была типажем его убийств. - Я знаю, что ты пожалел об этом, ублюдок, - она потерла сбитые костяшки пальцев. - Я ведь знаю про тебя все. Я позволила тебе убить Мадам Рэд, но, клянусь, я не дам тебе даже прикоснуться к Сиэлю. Граф, думаю, теперь ваша очередь. - Себастьян, почему ты бездействуешь, - отсутствующим голосом проговорил Сиэль. - Я приказал тебе убрать Джека-Потрошителя. - Да, милорд. - Ты все знала! - возмущенно прошептал Сиэль, наблюдая за безумной пляской смерти Сиэля и Себастьяна. - Ты все знала и не сказала мне! - Да, знала, - легко согласилась Хель. - Хелена! - окликнул ее граф. - Почему ты скрыла это? Сиэль уже не говорил возмущенно. Вообще никак не говорил. Голос приобрел стеклянную бесцветность. Он понимал, что это бесполезно. Хелена отвернулась и молчала. - Почему, Даша? - чуть мягче спросил он. - Я не могла сказать тебе этого, - ответила она, пряча глаза. - Ты бы предотвратил убийство. И тогда она не умерла бы. А через некоторое время умер бы ты. Знаешь, как это называется? Литературная симметрия. Я не могу допустить этого. - Говоришь, будто не первый раз, - Фантомхайв был совершенно разбит. - Не в первый раз я смотрю на чью-то смерть и не могу что-либо сделать? Да, у меня было такое. Его ты уже знаешь, - отозвалась леди Лоулайт. - Я бы не позволила, будь моя воля. - И не позволишь мне? - По крайней мере, не так нелепо, - хмыкнула Хель. - Себастьян, бери левее! Кстати говоря, у нас скоро появятся нежеланные гости! - То есть, ты не будешь мешать кому-либо убить меня? - Сиэль был в шоке. Ему казалось, он мог безропотно доверять свою жизнь Хелене. - Для этого у тебя есть Себастьян, - девушка фыркнула, словно лис. - Конечно, не дам. Ты должен быть высшего обо мне мнения. - Откуда ты столько знаешь? - тяжело вздохнул юный граф. - Я знаю все, - улыбнулась Хель. - Я Кассандра. Ты мне веришь? - Почти да. - Вот и славно, - она мягко рассмеялась, смотря, как в небе мелькает огненно-рыжая бестия Грелль. "А будь у меня шанс, я бы остановила его", - с глухой болью подумала Хелена.