I. Приключения на Ж — или нахрена я вернулась в Корею?

POV Ёнгук. Вернувшись из школы, я сразу же направился в свою комнату. — Ты уже вернулся? — раздался женский голос из гостиной, когда я проходил мимо. Опять сидит и хлещет свой коньяк, никак нажраться им не может. А раз она пьёт, значит отца дома нет. Она боится при нём пить, зато при мне, Ённаме и нуне, напивается, как скотина. Отвечать ей у меня не было ни малейшего желания. Поэтому я уже хотел дальше пойти, но не тут-то было. Шатаясь и запинаясь о собственные ноги, она выползла в холл. — Что молчишь? Уже родной матери нечего сказать? — начала она свою заезженную «песню». — Кто мать? Ты что ли? — усмехнулся я, а злость во мне так и кипела. — Да! Я твоя мать! Я тебя родила! Вы неблагодарные скотины! Я столько сделала для вас! — закричала она, швырнув в меня стакан с остатками коньяка. К счастью, реакцией я не обделён, поэтому увернуться от летящего в меня предмета, не составило особого труда. Стакан пролетел мимо и ударившись об стену, разлетелся на мелкие осколки. — Не смеши меня. Ты не мать. Ты не заслуживаешь называться матерью. Мать та, которая подарила заботу и любовь, ты же бросила нас сразу после того, как мы с Ённамом родились! И после этого ты ещё смеешь называть себя нашей матерью?! Вся моя злость выплёскивалась наружу. Мне хотелось причинить ей как можно больше боли. Столько же боли, сколько мы испытали в тот день, когда вся наша жизнь превратилась в ничто. — Из-за тебя мы лишились настоящей, любящей матери! — я сорвался на крик — Из-за тебя погибла наша сестрёнка! Ты во всём виновата! — я схватил её за плечи и начал трясти — Ты в этом виновата! Я тебя ненавижу! Лучше бы ты умерла, а не она! — Ёнгук! — крикнула Нарэ-нуна и обняла меня со спины — Отпусти её, — уже тише проговорила она. Я отпустил ненавистную мне женщину, и та моментально рухнула на пол. — Спасибо доченька, а то этот ненормальный чуть не убил… — Заткни свою пасть! — прошипела нуна и влепила ей смачную пощёчину — Все, что Ёнгук сказал, всё это правда! Я его остановила лишь для того, чтобы он не марал свои руки о такую мразь, как ты. Была б моя воля, сама, с великим удовольствием, придушила бы тебя. Оставив её биться в истерике на полу, мы с нуной направились в мою комнату. Зайдя в комнату, я швырнул рюкзак куда подальше и рухнул в кресло. С фотографии, которая стояла на столике, на меня, улыбаясь, смотрел мой ангелочек. Слёзы хлынули из глаз, хотелось кричать, всё крушить, лишь бы мой маленький ангелочек вернулся к жизни. Сердце разрывалось на кусочки, а душа выла, как израненный волк, при одной лишь мысли, что её никто и ни что не сможет вернуть с того света. Видя, как мне хренова, нуна, ни говоря ни слова, подошла ко мне и крепко обняла, при этом поглаживая меня по голове, как маленького ребёнка. С тех пор, как единственная женщина, которая была нам действительно матерью, покинула этот дом из-за этой… Лишь Нарэ-нуна заботилась о нас с братом. Она знает нас лучше всех и знает, что, когда мне плохо, со мной лучше не разговаривать. — Ёнгук, знаю, конечно, что это очень трудно, но старайся всё-таки её игнорировать. Пусть орет, что хочет и сколько хочет. Не трать свои нервы на эту убогую, — прошептала нуна, когда я более-менее пришел в себя. — Я стараюсь, но терпение не безгранично… — Понимаю. Но не стоит оно того, чтобы марать об неё руки. — Ты, как всегда, права, — я обнял нуну — Единственное, чего я до сих пор не могу понять, как отец мог так поступить с ними? — Вряд ли мы когда-нибудь узнаем об этом… Нам всем их не хватает. Отец в этом никогда не признается, но он так же горюет из-за смерти малышки, и потери любящей жены… Я кое-что скажу тебе, то, что когда-то сказала мне наша мама (имеет в виду не родную мать — прим. автор). Как бы далеко не были от нас дорогие нам люди, в независимости живы они или же нет, они всегда остаются с нами, в наших сердцах, — она прижала свою ладонь к моей груди — Не забывай об этом. Нуна вышла из комнаты, оставив меня одного со своими мыслями. Взяв фотографию маленькой сестрёнки в руки, я начал представлять, как бы она выглядела сейчас, если бы была жива. — Мне так тебя не хватает, — прошептал я, проведя пальцами по фотографии, а затем прижав её к груди, вспоминая самые счастливые моменты из детства, пока малышка была с нами. Просидев так некоторое время, меня отвлёк звонок мобильного телефона. — Кому, что надо? — буркнул я, поставив фотографию на место, и пошёл искать рюкзак. Порывшись в рюкзаке, я таки нашёл телефон. Звонил Химчан. — Алло? — ответил я. — Привет, не отвлекаю? — Нет. Чего хотел? — Тут парни завалились ко мне, с девчонками, — даже не видя его, я понял, что он сейчас аж весь светится от радости. — И? — Может, и ты к нам присоединишься? Честно говоря, что-то мне не хотелось сейчас лицезреть голых и пьяных девиц. Но и дома желания оставаться не было. — Хорошо, скоро буду. Сбросив вызов, я взял ключи от машины и вышел из комнаты. Нужно предупредить нуну, что я уеду, чтобы она не ждала меня и шла домой. Нуну я нашел в библиотеке. Это её любимое место в доме. Здесь всегда тихо и спокойно. — Нуна, я сейчас уеду. Переночую у друга. Не теряй. — Дай угадаю, ты к Химчану намылился? — улыбнулась она, отложив книгу. — Угу. — Опять какую-нибудь гадость замышляете? — Эм, нуна, мне нужно бежать, — я выскочил из библиотеки. И как ей удаётся видеть меня насквозь? — Мелкий засранец! — крикнула нуна мне в след и засмеялась — Только много не пей! Ты ещё не совершеннолетний! — Хорошо! Выйдя из дома, я столкнулся с отцом. Вот кого-кого, а его я не хотел сейчас видеть. — Куда собрался? — спросил он — Время видел? — Видел. У меня дела… Повисла гробовая тишина. С отцом мы особо не общаемся. Его интересуют только его компания, а кроме компании, только моя успеваемость и успеваемость Ённама, которого он отправил учиться за границу. У меня такое чувство, что мы ему нужны только для расширения своего бизнеса. Иначе, зачем он нас с братом запихнул в эти элитные школы, а нашу нуну и вовсе выдал замуж за своего компаньона? Правда, этот старикан уже помер. И у нуны есть парень, которого она любит. Всё же ей это замужество попортило жизнь. — Мать опять напилась? — вдруг спросил отец. — Если ты о том существе, которое валяется на полу, в гостиной, пьяное в хлам, то да. — Ёнгук. Будь уважительней… — Она мне не мать, — отрезал я и направился к своей машине — Я переночую у друга. Сев в машину и заведя мотор, я быстро рванул с места. Надо валить из этого дома и как можно скорее. Завтра же ищу себе квартиру!