***
Элла слушала голорадио и вертела в руках датапад. Скоро надо было идти на обед, но мысли все возвращались к Дарту Вейдеру. Да, от тела у него остались фактически только голова и туловище. Но сломленным человеком он не выглядел. Какая же должна быть сила в нем, если он сумел выжить? Огромная. Его кожа была неестественно бледной. Полосы розово-синюшных старых шрамов образовывали полукруг от его левой щеки, восходя на макушку. Но ничего действительно ужасного в нем не было! Элле приходилось видеть калек во времена ее путешествий. Средние века вообще оставили о себе плохую память: там уродство было на каждом шагу. Гнойные раны, следы пыток и ранений тупыми мечами, шрамы от оспы, чумы, сифилиса. Отрезанные носы, уши, разорванные губы. Вот это действительно внушало отвращение. Вспоминая правильные, но резкие черты Вейдера, его яростные синие глаза, плотно сжатые бледные губы, девушка качала головой: кто же привил ему такой комплекс неполноценности? Или это был он сам? Но ведь отражение в зеркале... Стоп. Отражение. Хранитель расплылась в улыбке. Если уж милорд не торопится раскрываться перед ней, то перед зеркалом устоять не сможет. Только надо будет выбрать подходящий момент... А пока надо вернуться к мыслям о предстоящем торжестве! В назначенный день и час Элла шла в главный зал "Исполнителя". Все тот же черный китель облегал верхнюю часть туловища, а новая юбка-карандаш чуть ниже колен и закрытые туфли придали немного торжественности образу. Официальная часть затянулась на несколько часов, ноги девушки начали понемногу гудеть. Два хора, мужской и женский, прекрасно выполнили свою задачу. Экипаж разрушителя был в шоке, но шоке добром. Перемены, происходящие на корабле, начинали нравиться всем. Вскоре официальная часть кончилась и все разошлись по комнатам для подготовки к "подпольной" вечеринке. В огромном зале, больше напоминавшем ангар, толпилась большая половина состава корабля. Офицеры и простые солдаты были в штатском и с масками-домино на лицах. Немногочисленные девушки вырядились в длинные красивые платья. Хмельные напитки лились рекой, боевые дроиды с подносами, полными закусок, сновали туда-сюда, не прекращая угощать людей. Музыка гремела, поднимала настроение и увлекала в пляс. Конкурсы шли во всю: сотни мужчин нелепо прыгали в мешках, девушки связывали шнурки в искусном макраме своим жертвам по состязанию. Человек пятьдесят играли в пантомиму. Гонки верхом на дроидах вызвали всеобщий ажиотаж, некоторые даже принимали ставки. Народ недоумевал только по одному поводу: где Лорд Вейдер и высший командный состав? Музыка стихла, когда двери отворились, а в помещение вошли около пятисот Главнокомандующих. Все они были в черных шлемах и масках, в черных армейских кителях, штанах и мощных сапогах, предназначенных для путешествий по любого рода местности. У каждого за спиной развевался плащ, а на руках были кожаные перчатки. Кто-то особо впечатлительный упал в обморок. По залу пронеслось громкое "ах!", а Темные Лорды мгновенно рассредоточились и втерлись в толпу. Элла сидела и хлопала глазами. "Вот зараза!" - пронеслось у нее в голове. Впрочем, пенять было не на что. Темный Лорд едва ли казался человеком, которым можно было манипулировать. Он уже не был наивным мальчиком, верящим в высокопарные идеалы. Он был мужчиной. Сильным, хитрым, гордым. И это влекло так же, как огонь влечет мотылька. Элла приказала себе быть осторожнее и не поддаваться на провокацию. Через полчаса экипаж успокоился и даже стал весело общаться с Вейдерами. Отличить одного от другого было нереально: в маски были встроены голосовые симуляторы, которые делали речь абсолютно всех Главкомов копиями голоса Вейдера. Единственное, что напрягало людей, было отсутствие привычного кожаного комбинезона и приборной панели на нем. Сначала все боялись и приблизиться, не то, что заговорить с начальником, но потом осмелели и даже обнаглели. Праздник шел своим чередом. И Темные Лорды также принимали в конкурсах и играх активное участие. Правда, они ничего не пили и не ели... Лорд Вейдер откинулся на спинку дивана. Все пошло не так, как он задумал. Этим маскарадом он хотел добиться искренности своих солдат. Но ошибся. Или не ошибся? Его не считали чудовищем. Его боялись, да. Но и уважали. Эта игра стала забавной. Вейдер смог говорить, спрашивать, даже шутить со своими подчиненными! И никто не мог знать, что это действительно он скрывается под маской. Впервые выйдя из медицинской камеры без своего бронированного комплекта, ситх почувствовал себя голым. Стандартная черная форма непривычно холодила тело, привыкшее к микроклимату комбинезона. Призвав Силу на помощь, он отдал приказ на выход своим "клонам". Все они были обязаны играть его роль. Никто не должен был выдать себя. И они не выдали. Впервые за двадцать лет Темный Лорд искренне улыбался под маской. Весь его "Исполнитель" состоял из поистине верных и замечательных людей! Пять часов пролетели, как один миг. Тихое пиканье заставило напрячься и удрученно вздохнуть: пора идти обратно. Аккумулятор в аппарате дыхания и регулировании сердцебиения пора было зарядить. Вейдер откланялся, и его соседи по дивану кивнули ему. Широким шагом ситх летел по пустынным коридорам. Дойдя до своих апартаментов, он вступил в медитационную камеру и поменял батарею. Он посмотрел на свою обнаженную грудь с вживленным в нее механизмом, и в горле его встал ком. Ему хотелось вернуться назад. В огромный зал, где стоял запах алкоголя и пота, жаркого дыхания и горячих острых закусок. Там он не был один. Там ему улыбались. Даже пара девушек пытались ненавязчиво пригласить его на танец... Темный Лорд едва заметно улыбнулся отвыкшими губами. "Скрой, кто я есть..." - слова психолога звучали в его голове. Да, в толпе масок он не был чудовищем. А был ли он им вообще? Впрочем, только несколько приближенных офицеров могли разговаривать с ним без подобострастия, умопомрачительного страха и пресмыкания. Но если совершенно посторонний человек смог увидеть в нем живого мужчину, а не киборга и палача, то этому, наверное, надо было радоваться. Вейдер набрал приказ на комлинке и стал ждать. Доктор Фрейд обязана была привести себя в порядок и явиться к нему. Вечно одинокая душа ситха вдруг потребовала общения. Но когда и через полчаса девушка не явилась, Главнокомандующий начал злиться. Он надел маску и шлем и вышел из камеры. И только у дверей своих комнат вдруг понял, что дышал все эти два часа обычным кислородом...***
Элла получила приказ по комлинку и тут же поспешила к себе. Что-что, а причин не слушать командира у нее не было. Умывшись и сменив юбку на привычные брюки, девушка закинула туфли под диван и начала поиск сапог. В тот же миг из-под большого кожаного дивана вылетел Хрюнтик и с бешеной скоростью погнался за Хранителем, визжа и пища на высоких нотах. Элла босиком удирала от взбесившегося робота-пылесоса по всему кабинету-гостиной. Ища спасения, девушка запрыгнула на стол, но и Хрюнтик, которого явно замкнул удар туфельки, не собирался сдаваться, открыв в себе летательные способности. Психолог бегала по комнате, как ошалелая, удирая от дроида. Дыхание сбилось, силы покидали тело. Она не могла даже заманить Хрюнтика в ловушку, запереть его в спальне или выпустить в коридор. Очумелый механизм пресекал все маневры, изматывая девушку. В глазах уже плясали яркие пятна, гонка длилась не меньше двадцати минут. Когда Хранитель была готова уже сдаться на милость свирепого чуда техники, дверь в комнаты открылась и механический знакомый баритон пророкотал: - На моем корабле никто не смеет ослушаться моих прика... Дальше Элла не слушала. Она нашла свое спасение на руках Темного Лорда, куда запрыгнула с такой быстротой, что Вейдер не успел удивиться или разозлиться еще больше. Дроид отлетел в другой конец кабинета от удара могучего кулака, а Главнокомандующий уставился на раскрасневшуюся, часто дышащую девушку с растрепанными волосами и приоткрытыми искусанными губами. И внезапно забыл, зачем сюда шел. Ничто не имело значение, кроме ее легкого, как пушинка, тела, прижимающегося к нему в поисках защиты. Кроме ее рваного дыхания, будто она бежала к нему через всю галактику. Кроме ее глаз, что, казалось, смотрят на него, а на нем будто нет маски. И ее тихого, дрожащего и запыхавшегося голоса, задавшего внезапный вопрос: - Ты хочешь еще раз меня поцеловать?