Непростительные заклятия. Империус

Она сидит в кресле и смотрит на Джона. Тот спит, слегка приоткрыв рот. В комнате глухо бормочет телевизор, время от времени доносится из приоткрытого окна шум проезжающих машин, раздается и вскоре стихает смех припозднившейся, хорошо подвыпившей компании. До предела обостренный тренировками и годами опасности слух отмечает малейшие звуки, любое изменение в окружающем мире. Мерно тикают часы, звонко ударяются о раковину прозрачные холодные капли (в кухне подтекает кран), шелестит в ветвях ветер. Она сидит в кресле и мысленно в сотый раз прогоняет события этого поистине безумного дня. Приглашение в ресторан: ничего неожиданного, все по плану. Получасовая прогулка в парке, еще двадцать минут на то, чтобы выпить кофе в маленьком, стилизованном под итальянское кафе в квартале от Пикадилли – специально, чтобы опоздать к назначенному сроку. Ну и чтобы еще раз все хорошенько обдумать. Ошибаться нельзя никак. Потом поездка на такси и, наконец, ресторан – свет, тихая музыка, причудливое переплетение смеха и голосов посетителей. Джона она замечает сразу. У него взволнованный и немного растерянный вид. Она заранее знает, что он ей скажет – еще бы, ведь это она вложила все эти слова ему в уста. Разработала до последней детали спектакль, о котором он даже не подозревает. И, как она тогда считала, не узнает никогда. А потом все летит к чертям. Она зло фыркает, вспоминая, как все было. Следует признать, она с первого же мгновения выпустила ситуацию из-под контроля. Не придала никакого значения официанту с тонкими, точно нарисованными (и ведь действительно нарисованными), усиками и копной кудрявых волос, а потом становится слишком поздно. Кто бы мог подумать, что пресловутый Шерлок Холмс возьмет и воскреснет. И, что хуже всего, выберет для своего возвращения из мертвых именно это место и время. В первый миг она совершенно ошарашена. Все ее существо затапливает страх. Она боится, что сейчас искусно созданные оковы рассыплются прахом, Джон проснется, и все закончится. Она переводит взгляд на Шерлока, и по коже волной прокатываются мурашки. У того такое лицо… Ее охватывает ощущение, что обман вот-вот раскроется – она столько слышала от Джона о способностях Шерлока. Тому хватит минуты, чтобы узнать о ней все, а молчать он уж точно не будет. Но тот почти не смотрит в ее сторону, все его внимание сосредоточено на Джоне, и понемногу паника отступает. Она вновь обретает способность наблюдать, делать выводы и на их основе выстраивать свое поведение. Место страха занимает азарт. Моделировать поведение человека, не имея конкретного плана, сложно, но возможно. К тому же это крайне увлекательно. Тут главное не перестараться. Не сделать ничего такого, что пошло бы вразрез с фундаментальными особенностями его характера. К счастью, Джона она успела изучить как свои пять пальцев и, наскоро прикинув направление развития событий, она вступает в игру. В ее руках Джон податлив, точно расплавленный воск или кусок разогретого пластилина. Она заставляет его изобразить (для него самого это все по-настоящему) шок, потом злость. Наблюдать за реакцией Шерлока весьма забавно. Тот, похоже, ждал от своего лучшего друга совсем иного приема. Впрочем, друга ли? Ох, что-то ей подсказывает, что чувства младшего Холмса к Джону далеко не дружеские. Присмотревшись, она полностью убеждается в своей догадке, и тогда в голове всплывает идея. А почему бы нет? Кто сказал, что возвращение из небытия должно быть древнегреческой трагедией? Сказано – сделано. Джон бросается на Шерлока – человека, воскрешения которого он когда-то желал больше всего на свете – с кулаками. Зрелище выходит впечатляющим. Потом следует череда забегаловок, одна нелепей другой. От души наслаждаясь происходящим, она раз за разом прокручивает один и тот же сценарий. В глазах Шерлока плещется непонимание, щедро приправленное обидой. Ему явно не до нее. Джон же не предпринимает ни малейших попыток вырваться из-под контроля. Она торжествует. В голове тем временем поселяется новая мысль: а почему бы не попытаться завоевать доверие знаменитого Шерлока Холмса? Пара вовремя вставленных замечаний – и вот тот уже явно начинает ожидать от нее поддержки. Но все когда-нибудь надоедает. Она понимает, что спектакль пора сворачивать. В последнем кафе Джон ударяет Шерлока по лицу так, что у того начинает идти носом кровь. Когда их в очередной раз выставляют за дверь, она отправляет Джона ловить такси, а сама остается с Шерлоком: первый успех необходимо закрепить. - Я его уболтаю. - Вы сможете? - Думаю, да. И тут в лице Шерлока проскальзывает что-то такое, отчего у нее дыбом встают волоски на коже. У нее нет никаких доказательств, но она уверена: Шерлок обо всем догадался. Легкие словно сковывает льдом. Неужели он что-то знает о таких, как она? Но как? Откуда? Ее спасает Джон, как нельзя вовремя поймавший такси. И только оказавшись в салоне, она понимает, какую глупость сотворила. Нужно было действовать, а не играть с Шерлоком в игры. Кажется, она слышала о нем достаточно, чтобы понимать, что с ним этот фокус не пройдет. Какая же она дура. Поднявшись, Мэри идет на кухню. Постоянное капанье раздражает. Она закручивает кран потуже, но это не помогает. Надо будет сказать Джону, чтобы он его починил. И в это время в гостиной раздается громкий крик: - Шерлок! Чертыхнувшись, Мэри бросается обратно. Джон сидит на диване, на его лице – смесь ужаса и счастья, а губы бесконечно повторяют одно и то же слово. Вернее, имя. Когда Мэри вбегает в комнату, Джон поднимает на нее взгляд, и, точно по мановению руки, счастье растворяется, уступая место ярости. Он сжимает кулаки, но Мэри готова ко всему. Выхватив из кармана старых джинсов волшебную палочку, она направляет ее на Джона и спокойным ровным голосом произносит: - Империо. Джон моментально обмякает. На пару секунд его взгляд делается абсолютно бессмысленным, а затем в нем вновь поселяется равнодушие. Мэри садится рядом, обнимает его за плечи. - Думаю, тебе стоит завтра после работы пойти к Шерлоку. И сбрей эти усы. А сейчас пойдем спать, хорошо? Джон согласно кивает, целует ее и, встав, отправляется в спальню. Машинально поглаживая кончиками пальцев Черную метку, Мэри провожает его взглядом. Возможно, потеряно еще не все, и она все-таки справится.