А может, попробуем?

      - А может, попробуем?       Шок. Просто шок. Как можно такое сказать? Нет, не то чтобы я не хотел, я просто был в настоящем шоке. Я и не знал, что он решится. Да, вот так просто и сразу. Меня бросило в легкую дрожь. Он же заметил это и начал наивно греть своим дыханием мое лицо.       От этого я задрожал еще больше. Мурашки покрыли тело, я не в силах сделать сейчас что-либо. Я просто в ступоре.       А может, он просто шутит? Вполне вероятно, однако... Сейчас его лицо было полностью серьезным. Ни капли усмешки. А его глаза - такие глубокие и чистые. В них не отражалось ни капли лжи.       И тут случилось то, что мне окончательно снесло голову. И, наверное, не только мне.       Его руки скользнули меж моих ног. От этого моя плоть содрогнулась и отдалась теплому порыву. Он повторил движение. Словно дразня меня, он делал это, чуть косаясь заветного места, при этом наивно и по-детски шевеля своими пальчиками. Еще такими мальчишескими. И тут его рука резко остановилась. Я вопросительно посмотрел в его сторону.       Его словно заело что-то. Возможно то, что он делает это слишком рано и при этом слишком уверенно. Но сейчас он словно понял все безумие ситуации и поэтому остановил свою руку. Я уловил его быстрый взгляд в моих глазах. Я хотел, чтобы он понял все. Но он не понял ничего...       Он лишь угрюмо заглянул в мои глаза. Но было чувство, словно он смотрел не на меня, а сквозь. Как будто не в мои глаза, а на свое отражение в них. Он читал по ним чувство растерянности. И вправду, я растерялся.       И, вероятнее всего, он тоже. И тут внезапное чувство стыда накрыло его бледное личико. Он опустил глаза, чтобы не покраснеть еще больше. Но это показалось мне только милым.       Да, это был единственный раз, когда он показался мне милым. Может, мы с ним и не ладим, и в этом приюте нам дела нет друг о друге, но... Его детские щечки покраснели так, что он стал похож на беззащитного ребенка, которого бросили на улице. Ему холодно,и он просит помощи, хотя рядом никого нет...       Но тут, неожиданно для самого себя, я прикоснулся к его белым волосам. Такие мягкие. Как перья крыльев ангела. Хотя он и сам временами напоминал мне ангелочка. Сам беленький, а волосы такие пушистые.       Он же на это лишь улыбнулся. Наверняка он сейчас был на седьмом небе от счастья. Его щеки еще не потеряли своей красноты, однако он уже не выглядел смущенным.Наоборот, нам обоим казалось, что между нами проскользнула...       Любовь? Нет, это просто смешно. Такого не может быть. Или может? Но ведь он - парень, я - парень. Мы враги... Или это не любовь? Вероятно, это чувство нежности. Просто иногда людям становится понятна жизнь от начала до конца. Они воспринимают ее, как хрупкую снежинку, боясь разбить в тысячи мелких частиц.       Наши жизни такие же хрупкие, как он сам. Сейчас он лежал в моих объятиях, такой мягкий и теплый. Я чувствовал, как бьется его такое же хрупкое сердечко. Мне даже казалось что вот-вот - и оно разобьется. Так же, как могут разбиться и наши жизни. Однажды.       Я не знаю, как назвать это чувство. Возможно, он воспринял это слишком близко к сердцу. Ведь он еще ребенок. И с такими игрушками играть ему еще рано.       Его рука потянулась к моим волосам. Вероятно, после моей выходки он хотел повторить тоже самое. Мягкая ладонь коснулась моего затылка и медленно провела вниз по всей длине волос. И вот, когда они закончились у плеч, он вернул руку в нормальное положение. Все? Он хотел погладить меня по головке? Или его слегка смущенное поведение только на это и способно?       Ах, какое же он еще дитя. Хотя и я тоже. Мы с ним в этом обычном приюте самые обычные дети, у которых судьбу угадать невозможно.       Я почувствовал прерывистое дыхание на своей груди. Он заснул. Я посмотрел на него: ну просто ангел во плоти.       Сейчас я был в своих грезах. Не замечая ничего вокруг, я начал рассуждать.       Такое поведение можно расценить как простое недоразумение. Просто мы оба поняли хрупкость этой жизни. И чтобы умереть, не имев при этом врагов, а только близких и родных, с которыми тебе хорошо. Ведь один неверный шаг в этой игре - и ты вышел из нее. Все. Ты проиграл. Хода назад нет.       Возможно, когда я умру, тебе не будет меня жалко. Наверняка тебе это когда-нибудь станет только на руку. Ведь однажды - рано или поздно, - пробьет наш час. И игра закончится. Осколки разбившейся жизни разлетятся, упадут и ранят душу тех, кому ты был дорог...       ... Я прав, Ниа?...