Лунный цветок

      Луна битый час сидела на кровати, нахмурив брови, уставившись на картину с птицами, обдумывая утреннее происшествие. Ей показалось, что она увидела Скотта в окне? Печальный призрак Скотта? Она сходит с ума, явно слетает с катушек, шарики за ролики заехали, точно поехала крыша. Нужно это игнорировать, нужно просто это игнорировать. И все пройдет. Девушка не хотела думать об этом, но грустные глаза парня до сих пор не выходили из головы, и нельзя было ничего с этим поделать.       В конце концов, она решила, будто ей это померещилось из-за того, что утром она была еще сонная, и это просто следствие прошлой безумной ночи. Дэвис встала и уже в который раз подошла к окну, дождь прекратился, пейзаж изменился лишь тем, что стало суше, появилось больше машин на стоянке, и солнце начало кое-как светить. Вздохнув, она приняла ту же позу, что и утром, тоскливо наблюдая за прохожими. Когда ей это надоело, перешла к небу, чистое осеннее небо, такое свежее, просторное и манящее, что появилось желание открыть окно и взлететь.       Мечтательные мысли прервались, когда внезапно Луна почувствовала чей-то взгляд на себе, нахмурившись, девушка опустила глаза чуть ниже, и взгляд снова упал на ее отражение и еще одного человека. Испугавшись, сделав большие глаза и подумав, что окончательно свихнулась, отвернулась, готовая выбежать из палаты и бежать, куда глаза глядят, чтобы только пятки сверкали, она вдруг поскользнулась на гладком полу, и при падении ее подхватили чьи-то сильные руки, она повисла на них.       Медленно подняв голову, Дэвис увидела парня, который недоумевающее на нее смотрел, чуть приподняв правую бровь. Не зная, что сказать в оправдание своего странного поведения, девушка попыталась улыбнуться, снова покраснев, задержав взгляд на его глазах, которые она видела этим утром.       - Скотт? Привет, что ты тут делаешь? – освобождаясь из рук парня, спросила Луна.       - Эмм…Мы же обещали вчера зайти, вот я и решил прийти…- он машинально провел рукой по волосам. – Как ты себя чувствуешь?       - Хорошо, мне гораздо лучше, побывав тут всего ночь, я уже мечтаю оказаться дома, тут невыносимо скучно, - тут же поведала девушка.       - Кхмм, - он кашлянул и продолжил, - я тут принес тебе банановый пирог, мама настояла, надеюсь, тебе понравится, - парень достал из рюкзака небольшой бумажный пакет, куда было плотно упаковано банановое лакомство.       - Правда? Здорово, спасибо, и передай спасибо своей маме, - она смущенно улыбнулась, принимая гостинец и положив его на столик для еды, присев на кровать. – Не стоило, ведь я здесь всего на пару дней.       - Да ничего, не думай об этом, - он улыбнулся в ответ, Луна еще раз отметила, какая у него добрая улыбка, что почти перестала смущаться. – Спасибо за вчерашнее, не знаю, где бы я сейчас была, наверное, лежала бы где-нибудь в лесу.       - Да, пустяки, - мы сделали то, что должны были, - смутился Скотт. И снова наступило это пресловутое молчание, он стоял возле кровати, постукивая пальцами по столику, а девушка сидела, болтая ногами.       - Может, разрежем пирог? - предложила она, решив, что это будет очень дружеский жест.       - Я как раз принес тебе одноразовый нож и салфетки, - заметно повеселев, протянул парень пластиковый прибор, та взяла его, распаковав пакет, нарезала первый кусок ароматного пирога и, положив его на белую салфетку, протянула его Скотту.       - Садись, пожалуйста, - сказала она, подвинувшись на кровати, тот присел на краешек, стараясь не оставить крошек.       Пирог оказался отменным, Луна поняла, что ничего не ела со вчерашнего дня, и пирог оказался очень кстати. Они жевали лакомство и молчали, улыбаясь и глядя друг на друга.       Их «безмолвную беседу» прервал звук шумно открывшейся двери и суета у входа в палату. Это Стайлз не мог занести два пакета, набитых чем-то непонятным: чипсами, маленькими соками в тетрапакетах, батончиками, пудингами, печеньками и какими-то фруктами; еще он умудрялся как-то удержать в руках штук восемь воздушных гелиевых шаров разных цветов, с надписью «Выздоравливай, Лавгуд!», неизвестно, когда он успел их заказать. В общем, парень стоял у этой самой двери, тщетно пытаясь занести все это добро в палату. Тем временем, Луна с МакКолом молча за всем этим наблюдали, не в силах проронить ни слова от удивления. Она такого в жизни представить не могла, а Скотт вполне мог бы что-то такое ожидать от друга, но не сегодня.       - Привет, ребята! – Стилински все же удалось зайти внутрь, пронеся с собой все богатство, шлепнувшись на пол, отчего он выпустил из рук шары и они заполонили весь потолок. – Вот черт!       - Ты что ограбил продуктовый магазин? – усмехнулся МакКол, вставая с кровати, чтобы положить продукты на тумбочку, которые рассыпались по полу.       - Я подумал, что Лавгуд наверняка голодная, взгляни на нее она похожа на тростинку, того и гляди разломится на двое, - он кивнул в сторону все еще ошеломленной девушки. - Вот и решил, что ей надо подкрепиться, только я не знал, что она любит, - рассказал Стайлз, ползая в попытке поймать апельсины, которые катились в сторону окна. Через секунду в распахнутую дверь заглянул Лейхи, держащий в руке букет белых полевых ромашек, он встал возле входа, озадаченно посмотрев на происходящее.       - Эмм…я не вовремя?       - Привет, Айзек, хочешь пирога? – Луна дружелюбно протянула кусок. Парень не успел ничего сказать в ответ, потому что в комнату зашли тетя и дядя Дэвис. Марта застыла у входа с приоткрытым ртом, удивленно приподняв брови. Джонатан, напротив, нахмурил их, по очереди окинул взглядом всех троих парней, и непонимающе уставился на девушку.       - Что здесь происходит?- Луна уже открыла рот, чтобы что-нибудь ответить, но ее опередили.       - Мы вместе учимся в школе, вчера мы нашли Луну в лесу и сегодня пришли навестить, - весело оправдался Стайлз, который все еще сидел у окна, окруженный апельсинами.

***

      После того, как парни ушли, провожаемые суровым взором мистера Джеймса, Марта и Джонатан, наконец, смогли подойти к своей племяннице.       - Не знал, что у тебя появились поклонники…– добродушно усмехнулся мужчина.       - Джонатан…- женщина многозначительно посмотрела на мужа, и тот взглянул на нее с улыбкой. – Я рада, что у тебя появились друзья, - тетя взяла девушку за руку и прикрыла своей рукой.       - Да…они – хорошие, - она не нашла больше, что ответить. – Вчера они нашли меня в лесу, и я им благодарна за это, не знаю, что бы со мной было, если бы их там не было.       - В следующий раз, их нужно поблагодарить, надо как-нибудь пригласить их на обед, правда, Джонатан? – она взглянула наверх в сторону высокого мужчины, стоящего позади. Он сначала кашлянул от неожиданности и странно посмотрел на жену, но все же, улыбнувшись, ответил.       - Да, конечно.

****

      Друзья уже второй раз выходили из больницы. Скотт все это время пристально смотрел на Стайлза, до тех пор, пока тот не выдержал и, когда они уже подошли к машине обратился к МакКолу.       - Что? Ну, что я такого сделал? Ты на счет печенек и шариков? Я просто хотел быть милым. Ты ведь не хотел меня брать с собой из-за того, что я ее постоянно смущаю своими шутками, вот я и подумал, что нужно что-то сделать, тем более, если она – еще один подозреваемый в нашем деле, мне нужно было как-то смягчить ее отношение ко мне. Честно говоря, я думал, мы останемся там, по крайней мере, до завтрашнего утра, чтобы следить за ней, вот и прикупил всего, - «Холмс» закончил оправдываться, явно довольный собой, что сделал все правильно.       - До завтрашнего утра? Ты в своем уме? – Айзек посмотрел на него, как на ненормального.       - И как ты собирался объяснить это ей?       - Как раз таки в своем, это вы, кажется, немного не в себе, пока мы тут прохлаждаемся, убийца сейчас ходит на свободе или мирно лежит себе в палате, - он указал рукой в сторону больницы, - или стоит прямо передо мной, – затем машинально взглянул в глаза Лейхи. Тот воспринял эти слова не очень хорошо, и их взгляды встретились в безмолвной борьбе.       - Тише, Стайлз, мы ведь договорились не делать поспешных выводов, это ни к чему хорошему не приведет, нам надо собраться и взять себя в руки, не хватало еще, чтобы мы сейчас рассорились, - Скотт обеспокоенно встал между ними, повернув голову в сторону друга. – Мы не можем вот так вот прийти и сидеть там до утра, она может неправильно нас понять, - он снова обратился к Стилински.       - Да, возможно ты прав, видимо я перестарался, - тот поджал губы и смущенно провел рукой по волосам. – Прости, Айзек, нам надо передохнуть, - тот понимающе кивнул, не желая подливать масла в огонь.

****

      Луна снова осталась одна, после того, как ушли ее родственники, оставив кое-какие вещи: сменную одежду, пару книг, мыло, мочалку, полотенце и расческу, а также тетя положила в отдельный пакет карандаши, ластик и альбом, чему девушка была очень рада.       Она еще раз оглядела свою палату, которая теперь пестрила разнообразными цветами. На потолке висели цветные шары с веселой надписью «Выздоравливай, Лавгуд», еще раз посмотрев на них и два пакета с продуктами, которые не поместились на столике для еды, из-за чего второй пришлось положить на пол, усмехнулась, вспомнив, как Стайлз все это пытался протащить в палату. Она больше не чувствовала себя так неловко, как в первые дни знакомства.       На белой прикроватной тумбочке теперь стояла небольшая ваза с ромашками, которые принес Лейхи несколько часов назад. Вытащив одну из них, Луна вдохнула свежий аромат душистого цветка, улыбнувшись, сунула его обратно в вазу, затем отвернувшись и забыв о них на секунду, снова вернула к ним взгляд. Улыбка тут же сменилась удивлением, ей никто никогда еще не дарил цветы.       Надеясь, что она поняла его правильно и это просто дружеский жест, девушка вздохнула и отвернулась. Это было глупо, что она подумала о чем-то другом, это же не розы или какие-то другие цветы? Убегать можно было бы, если это был бы большой и дорогой букет, а это ромашки, такие белые дружелюбные ромашки.       Она вспомнила про пирог, который принес Скотт, тот одиноко лежал рядом с огромным пакетом Стайлза, прикрытый бумажной упаковкой. Осталось всего несколько кусочков, и Луна подумала, что стоит их съесть сейчас, положив средний кусок себе на салфетку, она довольно быстро уничтожила лакомство, буквально тающее во рту, запив его яблочным соком, который принес Стилински. Когда уже потянулась за вторым куском, ее глаза упали на карандаши и альбом в пакете, лежащем с другими вещами на диване.       Забыв про пирог, она встала и взяла пакет, высыпав содержимое на кровать. Карандаши и ластик были аккуратно уложены в небольшой деревянный пенал с выдвижной крышкой, а альбом был совсем новый, наверное, тетя купила, когда не смогла найти старый.       Когда девушка посмотрела на карандаши, перед ее взором снова возникла картина утра и лицо Скотта на фоне капель дождя на стекле, и пальцы как-то сами собой схватили карандаш и альбом, дальше картина вышла из головы и оказалась на бумаге. Руки двигались автоматически, штрихи выходили четкими, придавая реалистичности портрету, через полчаса он был готов.       Луна задумчиво посмотрела на глаза, на эти печальные глаза, которые были устремлены на нее с такой надеждой, что она почти забыла, о том, что она лишь смотрит на свой рисунок, на мгновение ей даже показалось, что капли начали струится по стеклу, а парень действительно смотрел на нее из рисунка, он приложил руку к окну так же, как этим утром. Дэвис провела пальцами по его нарисованной ладони, и он снова застыл. Она действительно сошла с ума?

****

      Женщина в черном нервно ходила по своему кабинету, и не могла поверить в происходящее. Розали была просто в ярости, такого она предвидеть не могла. Ведьма в бешенстве смахнула рукой все со стола, за исключением купола, под которым покоился цветок. - Сайрус, кто-то хочет помещать нам, нашей мечте, я не позволю, я не позволю им это сделать, - казалось, что Герхардт бредит, безумный взгляд , учащенное дыхание и горящие глаза.       Она чувствовала, что почти теряет контроль над разумом оборотня, которго уже почти подчинила, а это может воспрепятствовать ее замыслу. Этого она не могла допустить.       Слишком долго она искала достойного волка, слишком долго ждала, слишком долго терпела эту внутреннюю боль, эту ярость, которая съедала ее изнутри, она не потерпит провала, она должна довести все до конца, или сейчас или никогда.       Ведьма подошла к старому дубовому шкафу и достала оттуда небольшое зеркало, обрамленное серебром, оно было красиво и богато украшено драгоценными камнями.       - Покажи мне! – властным голосом приказала она. Зеркало в тот же миг подчинилось хозяйке, и вместо ее отражения теперь там был темноволосый юноша со своими друзьями, выходящий из здания больницы.       - Ты не можешь освободиться! Ты не сможешь! Я этого тебе не позволю! Твой внутренний зверь скоро поглотит тебя и ты уже не сможешь вернуться! – женщина в ярости кричала, как будто хотела, чтобы он ее услышал, и ее крик проносился эхом по всему дому.       - А теперь покажи мне того, кто осмелился встать на моем пути! - и она тут же увидела синеглазую девушку, которая сидела на кровати и вдыхала запах ромашки. – Ты издеваешься? Что это за груда костей? – Роза хмыкнула, но продолжала наблюдать за светловолосой. Та уже принялась за альбом и что-то старательно рисовала. Увидев рисунок, ведьма расхохоталась. - Серьезно? Как это трогательно…. Его подсознание, дух мальчика, который я намереваюсь подавить, пытается защитить себя с помощью якоря, смеет противиться мне, и он выбрал именно ее. Что ж, мне не составит труда покончить с ней с помощью волка, его второй сущности, если он собственноручно прикончит свой якорь, то не станет больше сопротивляться. И будет моим….       - Хммм, я вижу еще кое-кого, кто может мне помочь, и он уже помог один раз, - Розали смотрела на зеркало, теперь оно показывало светловолосого кудрявого юношу с голубыми глазами, который устремил взгляд на небо. Она расплылась в коварной улыбке, показав свои прямые белые зубы, отчего улыбка стала походить на злой оскал.       - Твое сердце может любить, посмотрим, может ли оно ненавидеть...

****

      Иногда встречаются такие люди, на которых смотришь, и будто готов утонуть в их гипнотизирующих глазах. Именно такими показались глаза Луны Айзеку Лейхи с самой первой их встречи. Ему казалось, словно они наделены магией, какой-то светлой магией, которую смог разглядеть только он, которая манила и завораживала своей загадочностью и таинственным белым свечением. Он все время думал о ней, и это начало походить на наваждение.       Парень без колебаний подошел к ней тогда в столовой, к одиноко сидящей девушке с книгой в руке. Честно говоря, не ожидал, что она так среагирует и их приветствие обернется небольшим «стихийным бедствием», но его это даже позабавило, когда девушка краснела, она была очень милой.       Он думал о ней все эти дни, а когда они нашли ее в лесу. Это заставило его изрядно поволноваться. Лейхи буквально не находил себе места, он чувствовал что-то неизвестное ему до сих пор. Когда он ее видел, казалось, что все вокруг застывает, кроме нее, что все становится неважным.       Сегодня он хотел прийти к ней первым, это действительно было важно для него, он, не задумываясь, нарвал именно этих цветов, потому что они были похожи на нее, такие же светлые, маленькие и беззащитные.       Честно говоря, он почувствовал досаду и грусть, когда увидел, что его опередили собственные друзья, мало того, что он находится под пристальным наблюдением альфы, так теперь его лишили, даже этой маленькой радости.Ему также не нравилась мысль о том, что друзья первыми узнали ее.       Нет, он не злился, совсем нет, но что-то явно грызло его изнутри, прорываясь прямо к сердцу, и это ему не нравилось. Особенно, его беспокоил Скотт. Да, Скотт - хороший друг, и он все еще остается им, но вчера вечером в палате, когда МакКол положил свою ладонь поверх руки Луны, Айзек почувствовал что-то еще, и это заставляло его волноваться. Лейхи стоял, погруженный в свои мысли возле убежища Хейла, он смотрел на небо и солнце, которое, почти скрылось за горизонтом. И в этот момент, он почувствовал, как будто кто-то сжал его сердце изнутри. Глаза юноши загорелись желтым светом, и он схватился за внезапно занывшее место в груди.