Британская подданная

      Мы уже так долго едем, что меня начинает подташнивать, и ни открытые в машине окна, ни удобные сиденья от этого не спасают.       — Может быть, у тебя найдётся парочка лимонных леденцов? — Я смотрю на Майкрофта с надеждой.       — Мы скоро будем на месте. Но, если хочешь, можем свернуть с этой дороги, где-то недалеко отсюда есть супермаркет.       — Не надо, я потерплю. — Вздыхаю. — Итак, сейчас ты всё-таки расскажешь мне, куда мы направляемся?       — А я ещё этого не сделал? — Даже если Майкрофт старался изо всех сил, у него не получилось бы изобразить на лице невинность. Но лишь одна эта попытка пугает меня до чёртиков. — Мы едем в дом моих родителей.       — А их самих там не будет?       Брови Майкрофта иронично приподнимаются.       — Майкрофт, ради всех святых, почему ты не предупредил меня?!       — Тебе нельзя много нервничать. — Он лишь пожимает плечами. Похоже, он не чувствует за собой никакой вины.       Я пытаюсь нащупать пальцами ручку на дверце. А что, не на такой уж и высокой скорости мы едем, можно попытать счастья…       — Двери заблокированы, не глупи, Молли. — Майкрофт успокаивающе поглаживает мою ладонь. — Когда-нибудь тебе бы пришлось с ними познакомиться. Или ты планировала сделать это, когда наш сын пойдёт в колледж?       — Я думала, что увижу их только на нашей свадьбе. Стоп, а с чего ты взял, что у нас будет мальчик? У меня ещё маленький срок, ты не можешь этого знать!       Он коварно улыбается.       — Просто предчувствие.       Я фыркаю и качаю головой. У Майкрофта прекрасно получилось отвлечь меня — о своей тошноте я забыла начисто.

***

      Не успев ступить за порог, я оказываюсь в крепких объятиях миссис Холмс, от неё пахнет выпечкой и чем-то ещё сладко-цветочным и ужасно знакомым.       — Заходи, милая, наверняка этот грубиян даже чая тебе не предложит. — Меня увлекают куда-то вглубь дома.       Беспомощно оглянувшись, я вижу, как Майкрофт разводит руками, вся его поза будто бы говорит: «С этим тебе придётся разбираться самой». Да уж, перечить матери не смеют даже властители всея Британии!       Я обнаруживаю себя сидящей в удобном кресле с чашкой чая в одной руке и печеньем в другой, пока отец Майкрофта, высокий седовласый мужчина с забавным галстуком-бабочкой на шее, возится с камином.       — О, это вы написали? — Доев печенье, я беру с кофейного столика книгу со знакомой фамилией на обложке. — Вы занимаетесь физикой?       — Да. Ну, это что, вот она – настоящий гений. — Мистер Холмс с нежностью смотрит на свою жену. — Я отговаривал, но её разве переспоришь… Она бросила научную карьеру ради мальчиков.       — И оно того стоило, — с этими словами мать двух гениальных сыновей выходит из комнаты. А мне становится ясно, откуда у Майкрофта любовь к тонкой иронии и непробиваемому сарказму.       А ещё я понимаю, кто в этом доме главный. В этой женщине чувствуется огромная внутренняя сила, без которой воспитание двух таких сыновей превратилось бы в пытку или неудачный эксперимент. Если мне предстоит то же самое, то я знаю, к кому буду обращаться за советами. Вдруг мой будущий малыш пойдёт характером в Холмсов? Тогда мне придётся устранять последствия химических опытов, проведённых в самых неожиданных местах дома, выкидывать разнообразные части тела из холодильника и прикрывать картинами пулевые отверстия в стене… Но, каким бы он ни был, я буду любить его так, как никогда никого не любила. Мать всегда остаётся матерью. Глядя на миссис Холмс, я понимаю это со всей ясностью.       — Ну а вы чем занимаетесь, Молли? — Мистер Холмс подходит ближе, чтобы занять соседнее кресло.       — О, пожалуйста, не донимай нашу гостью! — Хозяйка возвращается в комнату с ещё одной чашкой чая. — Лучше сходи к Майку, он хочет что-то у тебя спросить. Ах, дорогая, — теперь миссис Холмс обращается ко мне, — я так рада, что ты к нам приехала, я рада за вас с Майком. Теперь я уверена, что он счастлив.       — Спасибо… — Я действительно растрогана. Майкрофт никогда не сказал бы мне такого, но ведь мама знает его лучше всех на свете. Значит, я могу верить её словам?       — Хотелось бы мне знать, что и у Шерлока всё хорошо.       Мать всегда остаётся матерью. И мне жаль, что я не могу её успокоить.

***

      Чёрный автомобиль плавно стартует, оставляя позади себя дом уважаемой четы Холмс.       — Ну, кажется, всё прошло не так плохо. — Я мстительно улыбаюсь, вспоминая наш давний совместный визит к моей матери и слова, сказанные Майкрофтом после того ужина. — У тебя замечательные родители.       — Да, могло быть и хуже, — неожиданно соглашается он после недолгой паузы. — Дай-ка мне свою руку… нет, не эту…       Я протягиваю Майкрофту левую ладонь, пока ещё не понимая зачем. А на моём безымянном пальце появляется кольцо... Оно будто бы сплетено из тончайших золотых нитей, прозрачный как слеза камушек переливается всеми цветами радуги, сверкая так ярко, что слепит глаза. Украшения прекраснее я в жизни не видела.       — Молли Хупер, ты всё ещё хочешь стать моей женой?       Глаза защипало, я с трудом сглатываю комок в горле.       — Конечно, я согласна… — Можно подумать, я бы сумела сказать «нет»! Голос отказывается подчиняться. — Майкрофт, это была наша официальная помолвка?       — Да. Я, конечно, мог встать на одно колено, но сделать это в машине затруднительно.       — Я могла бы подождать до дома.       — Молли, дома у нас будет много других дел. — Майкрофт улыбается так многозначительно, что я вспыхиваю от смущения.       Обратный путь кажется мне в сто раз короче.