Британская подданная

Нет. Нет-нет-нет. Боже мой, нет…       Я хочу войти в комнату, да так и застываю у порога, сжав пальцами гладкую ручку. Дверь приоткрыта совсем чуть-чуть, я не вижу всего кабинета, но то, что доступно взгляду… Одежда хаотично разбросана по полу: смятая белая рубашка, кружевной бюстгальтер, изящная туфелька из лакированной кожи… Разум будто специально цепляется за эти мелкие, несущественные детали, отмечая и анализируя каждую складку на ткани, каждый завиток ажурного узора, каждую пылинку. Иначе – никак, иначе – придётся понять то, что чертовски не хочется понимать.       Я слышу их тяжёлое дыхание и хриплый мужской шёпот:       — Антея…       Понимание обрушивается слишком резко, накрывая холодной лавиной, не давая дышать. Там, в кабинете, за едва приоткрытой дверью Антея вместе с кем-то…       «Может, хватит щадить себя? — эта мысль, неожиданно злая, кажется не моей, а пришедшей откуда-то извне. — На пороге чьего кабинета ты стоишь?»       Отшатнувшись и едва не упав, я делаю два шага назад, бумажный пакет валится из рук прямо на пол. Я испуганно поднимаю его и продолжаю пятиться к лестнице – я не хочу видеть их, я не хочу, чтобы они видели здесь меня. Лестница убегает из-под ног, входная дверь хлопает за спиной, только на улице я вспоминаю, как дышать. Запах ванили из пакета со свежеиспечёнными кексами злит до зубовного скрежета. Я купила их по пути сюда, но выбросить выпечку в урну почему-то не хватает духу.       Я почти бегу в сторону метро, желая оказаться как можно дальше от этого места, игнорируя растерянные взгляды прохожих.       Я не хотела подслушивать, я не хотела этого знать! Не надо, не надо было приходить к Майкрофту на работу без предварительного звонка…

***

      — Привет! Ты рано. — Мина проскальзывает в мой кабинет и принюхивается к воздуху. — Чем это так вкусно пахнет?       — Угощайся. — Я пододвигаю пакет с кексами к краю стола. — Забирай всё. Меня уже тошнит от них.       — О, спасибо! — Мина достаёт один кекс и отщипывает от него кусочек. — Отнесу остальные ребятам в IT, а то на них смотреть жалко… — Она вдруг запинается. — Молли, с тобой всё в порядке?       Вот так, а я изо всех сил пыталась придать лицу безразличное выражение, даже перед зеркалом его репетировала, но оказалось, что вся моя «маскировка» ни черта не стоит.       — Всё хорошо. — Я с трудом выдавливаю улыбку. — Хорошо, правда. Просто у меня много работы.       — Намёк поняла… Удачного дня, дорогая.       Мина удаляется, кажется, слегка на меня обидевшись, но я не хочу беспокоиться ещё и об этом. Я не обманула подругу, работы после повышения у меня действительно прибавилось. Мой предшественник не отличался особой аккуратностью в делах и не утруждал себя лишними заботами. «Меньше трупов, больше бумаг» – любил пошутить он. Я криво усмехаюсь. Чтобы разобрать беспорядок, оставленный бывшим заместителем мистера Лонга, не хватило бы и пятерых сотрудников. Но, как ни странно, мне это на руку. Всё, что мне сейчас нужно, это забыться в работе, погрузить свой разум во все эти бесконечные отчёты, файлы, цифры и анамнезы. Для того чтобы не думать о Майкрофте и его предательстве, для того, чтобы не плакать. Потому что если я начну, то не смогу остановиться.

***

      Мне хотелось убежать, поступить как всегда и переждать бурю в квартире у подруги или в доме моей матери, да хоть у Шерлока на Бейкер-Стрит! Только бы не столкнуться со своим страхом лицом к лицу, только бы не возвращаться в тот дом, где мне придётся посмотреть Майкрофту в глаза, где мне придётся говорить с ним… Мне же придётся? Это даже смешно – предал он, а страшно почему-то мне.       Но в этот раз я не стала сбегать.       Камин не зажжён, в комнате горит только один торшер. Здесь царит уютный полумрак, в котором так хорошо прятаться. В моём стакане плещется джин со льдом. Потому что теперь черри-бренди для меня слишком сладок.       — Почему ты сидишь в темноте? — Майкрофт подходит к креслу, в которое я забралась с ногами.       Он наклоняется, желая запечатлеть на моей щеке лёгкий поцелуй. Я сдерживаю себя, чтобы не увернуться от этого прикосновения, и мне чудится, что после него моя кожа горит.       — Молли, всё хорошо?       — Всё хорошо, — отзываюсь я эхом.       Вглядываясь в лицо Майкрофта, я пытаюсь понять – что заставило его так со мной поступить? А Антея? Как она могла помогать мне, говорить со мной и так дружелюбно улыбаться? Мне всегда казалось, что такие поступки не могут проходить бесследно, что-то должно измениться в глазах человека, совершившего такое. Но Холмс выглядит как обычно. Конечно, он всегда умел контролировать себя…       — Почему ты обманываешь меня?       В ответ на эти слова мне хочется рассмеяться.       У Майкрофта звонит телефон, и я вздрагиваю от неожиданно громкого звука.       — Мы обязательно вернёмся к этому разговору, — говорит он, выходя из комнаты.       Я прижимаю пальцы к губам. У меня нет сил говорить.

***

      — Дьявол! — Никогда не видела Майкрофта таким разозлённым. — Почему ты сразу мне не сказала? Почему я должен узнавать всё от своей помощницы?       Непонимающе помотав головой, я отпиваю джин из своего стакана.       — Молли, сегодняшним утром, когда ты пришла ко мне на работу, меня не было в своём кабинете. — Майкрофт подходит ближе и упирается руками в подлокотники моего кресла. — Я был на совещании в другой части здания. Если моего слова тебе не достаточно, то я готов предоставить свидетелей и протокол нашего собрания!       — Мне… мне достаточно твоего слова. — Я поднимаю глаза на Майкрофта. — Значит, Антея… — я проглатываю готовое вырваться слово, — не с тобой?       — Не со мной. — Майкрофт прижимает меня к себе, когда я вскакиваю и бросаюсь к нему. Как я могла сомневаться в нём? Глупая, глупая…       Из моих глаз брызнули долго сдерживаемые слёзы, я дрожу и пытаюсь спрятать мокрое лицо, уткнувшись Майкрофту в грудь.       — Почему ты позволяешь ей это? — мой голос звучит глухо.       — Я позволяю своим подчинённым маленькие слабости, так как очень люблю свои. — Он усмехается. — Хотя, мне придётся вычесть из её жалованья стоимость нового дивана…       Я смеюсь долго, взахлёб, мучительно пытаясь вспомнить, не таким ли образом проявляет себя истерика. Успокоившись, я понимаю, что меня подкосил банальный стресс.       — Майкрофт, я так испугалась!       — Понимаю, хоть мне и странно, что ты могла подумать обо мне так. — После короткой паузы он продолжает более спокойным голосом: — Ты хотела угостить меня какой-то выпечкой?       — Как ты догадался?       — Ты оставила за собой след из хлебных крошек, моя маленькая Гретель. — Его ладонь ласково поглаживает мою спину. — Заглянешь ко мне на работу завтра утром? Я был бы рад получить свежий кекс из твоих рук.       — Только если ты сейчас же нальёшь мне черри-бренди.       Потому что горечь мне больше ни к чему.