Неудачный путешественник по реальностям

Результат мог быть плачевным, но выучка Реборна не подведёт никогда. Те несколько лет жестоких тренировок улучшили рефлексы Тсуны. Благодаря этому, он почти моментально, за пару секунд до удара, сделал незаметные для обычного человека движения. Резкое уклонение, оглушение противника и его обездвиживание. Когда нападавший открыл глаза, то уже лежал на столе, а в его горло вцепилась рука Десятого. Глаза того стали ярко-оранжевыми, было чувство, что они горели. Из-за сильного опьянения пламя на голове не зажглось, но Савада перешёл в гипер-режим. Все ошарашено наблюдали за происходящим. Вначале дружкам нападавшего вздумалось отомстить за поверженного друга, победив количеством, но грозный, не предвещавший ничего хорошего, взгляд «жертвы» остудил их пыл. Даже пьяные, они понимали, что ничем хорошим это для них не завершится. Вокруг все были напряжены. Тсуна, в свою очередь, уступил первым. Глаза вновь стали привычного карего цвета, а рука, сжимающая горло напавшего, разжалась. Как только это произошло, агрессивный завсегдатай, наконец, сумел откашляться, после чего начал жадно глотать воздух. В его глазах читался страх, поэтому он поспешил поскорее извиниться перед шатеном и уйти куда подальше. Десятый этому не воспрепятствовал, так как был все так же пьян, хоть и стал немного лучше соображать из-за произошедшего. Сейчас целью было добраться до дома и хорошенько поспать. Хотя и рядом стоящие полукресла могли помочь насладиться сном. Выдержка — это, конечно, хорошо, но спать хочется больше. Поэтому через несколько минут желание было осуществлено. Со-кун, так и не пришедший в себя после увиденного, смог лишь выпить ещё стакан и потереть виски. Следующее утро было встречено Савадой в собственной квартире. Также присутствовала едва ощутимая головная боль и тошнота, но сильная жажда. Оглядевшись вокруг, парень заметил заботливо оставленную на тумбочке бутылку воды. Взяв её в руки и открыв крышку, тот сделал пару жадных глотков. Сухость осталась, но горло перестало першить. Рядом стоящие часы показывали десять утра. Повалявшись ещё немного в кровати, Тсуна пришёл к решению принять душ. Запасная одежда теперь тоже была грязной, из-за чего вначале он вытащил ещё один комплект из чемодана. Теплый душ по-своему взбодрил шатена. Не так хорошо, как холодный, но желание спать пропало. Зато хотелось есть. На кухне из еды почти ничего не было, лишь пустые полки встречал голодный взгляд. Единственное, что было пригодно к употреблению — это дешёвая лапша быстрого приготовления, купленная в ближайшем магазинчике. Выбирать не приходилось. Прошло несколько часов. Успев перекусить, парень принялся изучать карту города, которую нашёл на шкафу, в пыли. Его интересовала дорога до аэропорта, так как денег на такси не было, и добираться придётся самому. Было довольно непривычно считать деньги и раздумывать о времени вылета. В обычной своей жизни Десятый мог отправиться куда только хотел на частном самолёте, покупать на месте машину и использовать её для передвижения. Очень многое отделяло его жизнь от жизни обычного человека. Но теперь все это было в прошлом и, скорее всего, в не столь далёком будущем. Неожиданная вибрация в кармане брюк отвлекла от ориентирования по картам. Конечно, Савада вырос, но топографический кретинизм остался. Названия улиц мало что говорили, а дорога до аэропорта выходила определённо долгой. Звонил, как оказалось, Со-кун. Тсуна ответил на звонок. - Привет, ты как? Голова трещит? – сразу же начал с расспросов звонивший. - Я в порядке, только горло першило, — шатен сделал паузу. – А как Ма-кун, долго тебя доставал? - Он отрубился ещё до того как мы дошли до твоего дома. Я же, кстати, чего звоню. Ты к полёту готов? Скучать не будешь? Просто я думал для такого дела «разбудить» свою «малышку». - «Малышку»? – Тсуна не смог скрыть удивление в голосе. - Машина моя, которая в гараже стоит. И после этого ты ещё утверждаешь, что у тебя не трещит башка? – послышался короткий смешок. – Когда тебя подбирать у дома? В четыре или пять? - Давай лучше в четыре, чтобы точно все успеть. Буду ждать, — улыбка не сходила с лица. Как все удачно сошлось. Теперь не надо было сидеть и ломать голову над картой. Последующие несколько часов перемешались у Тсуны в голове и остались в памяти как пару однотонных картинок. Единственный яркий момент – прощание с Со-куном. Тот много говорил, обещал скорую встречу, просил сообщать о себе. Измученная улыбка так и не сошла с его лица за тот вечер. И, обернувшись в последний раз, уже вдали от парня, Савада осознал всю глупость этой ситуации. Чувства бушевали, раздирали его изнутри. Ему хотелось плакать, словно он навсегда прощался со своей семьёй, Вонголой. Ещё обидней было то, что так и не удалось даже сказать им простое «пока». Десятый закусил губу. Он же вернётся, да? Так зачем попросту разводит сопли. Нет, он обязан вернуться. - Прощай, Со-кун, — тихо прошептал Савада себе под нос. – Прощай, Япония. В самолёте пришлось лететь почти сутки. Хорошо хоть, что без пересадок. Все это время Тсуна либо спал, либо читал и смотрел в окно. Он знал, что его должны встретить в аэропорту, но всё равно волновался. Долго выдавать себя за другого человека он не сможет. Особенно если это твоя противоположность. Такеши пришёл так быстро, как только смог. Очень редко происходило что-то, чтобы Гокудера попросил помощи у «бейсбольного придурка». - Что случилось? – сказал темноволосый, одновременно с этим закрывая дверь. Повернул голову в сторону дивана и замер. Там сидел молодой парень с растрёпанными волосами каштанового цвета. В глазах был страх и ужас вперемешку с удивлением. Губы приоткрыты, нижняя слегка оттопырена. Распахнутая рубашка, голая грудь с почти белоснежной кожей. Руки на коленках, плечи опущены, а сам парень сжался, словно сейчас свернется в небольшой клубок и спрячется под одеяло. Это был одновременно и его босс, Десятый, и лучший друг, Тсуна, и совершенно посторонний человек. Перед ним был не уверенный в себе и своих друзьях лидер, а беззащитный ребёнок. - Он, скорее всего, шпион подосланный другой семьёй. Так я, по крайней мере, думал вначале. А сейчас даже не знаю. Он вроде и Джудайме, но и совершенно другой человек. Я растерян, — Гокудера помедлил. – А наш, наш Тсуна куда-то пропал. Я вновь подвёл его, понимаешь? - Просто верь в него. Он уже давно не нуждается в нашей защите и тем более опеке. Прошли те годы, когда мы были детьми. Время все меняет, да. Сейчас наша задача – продержать втайне исчезновение Тсуны. Мы должны оберегать Вонголу. Вот и все, — Ямамото слабо улыбнулся. Он взрослый человек, но пропажа Савады подкосила его, словно резко исчезла опора. Последующие несколько часов они так и провели в кабинете. Работы было много. Надо было разделить обязанности и качественно продумать план. Шатена же вначале долго допрашивали, вызнавая самые незначительные подробности, а после оставили в покое, словно его и не было тут никогда. Им бы сейчас не помешала помощь остальных Хранителей, но Гокудера хотел сделать все сам. Взваливая на себя ношу, он иногда не замечал её веса. Сколько бы раз ни приходилось падать, руку ему всегда подавал Тсуна. Улыбался тепло и искренне. А сейчас этого так не хватало. Отвлёк обоих Хранителей тихий чих. Кареглазый, который все это время боялся шевельнуться, так и не застегнул рубашку, отчего замёрз. Хаято лишь злобно посмотрел в его сторону. Но все же снял свой пиджак и кинул его парню. - Надень. Не хватало того, чтобы ты заболел. Сиди молча и не отвлекай, — грубые слова скрывали за собой крохи заботы. Гокудера и сам не мог понять отчего ему так хочется защитить эту ненавистную мелочь. Он знал, что это не его Джудайме, но с собой ничего поделать не мог. Как всегда. Так было всегда, если дело касалось Савады Тсунаеши. Он просто терялся в себе, своих мыслях, чувствах. Один единственный человек был для него одновременно всем. А теперь оно вмиг испарилось, словно растаяло на его глазах. - Спасибо вам, — и эта улыбка. Его улыбка. Нет, не так. Улыбка его Джудайме. Его любимая. Пепельноволосый лишь сжал зубы. Судьба сегодня решила полностью отыграться на нём.