Вещество воскрешения или как стать зомби.

-Ты думаешь, что тебя по головке погладят за то, что ты воскресил королевскую дочь?! Дурака кусок, вот зачем тебе в столицу понадобилось, а? Ты хоть представляешь что будет, если королевские псы прознают о том, что ты сделал? Почему тебе дома не сидится? -Крис, да не парься ты так, что может со мной случиться? Мне надоело жить в этой дыре. Сижу здесь, как в клетке, уже Бог знает сколько времени. Около замка уже всё устаканилось, так что никто меня даже не заметит. Pov Фил. Вам интересно с чего всё началось? Ну, тогда слушайте. Меня зовут Филипп, друзья зовут меня проще - Фил. Мой отец, Кодо, пропал, когда я был ещё маленьким мальчиком. Он был алхимиком и, как мне сказали, работал над секретным проектом. Но, по неизвестной причине, произошёл взрыв и лаборатория взлетела на воздух. Было жутко, до ужаса. Везде пахло смертью, куда не посмотри. Всех папиных коллег нашли без признаков жизни под грудами металлов и самодельных приборов. А моего отца нет. Он как будто под землю провалился. Только что был и тут же исчез. Знакомые говорили, что он тоже погиб при том взрыве. Но я просто не мог в это поверить. Я отвергал все мысли о смерти папы, ведь он был одним из талантливейший учёных-алхимиков, он был легендой. А потом его обвинили в незаконных исследованиях запрещённых препаратов и объявили розыск. Это у меня в голове тоже не укладывалось и укладываться отказывалось. После этого меня на попечение взяла моя дальняя родственница - тётя Луиза. Своих детей у неё не было, как впрочем и мужа. В свои 30 лет, она одна жила в фамильной особняке Гренбор. У сестры моего дедушки по папиной линии было 2 ребёнка - тётя Луиза и дядя Джейкоб. Если тётя, хоть и редко, но навещала нас, то дядю я не видел ни разу. Только Лизи (так попросила называться себя тётя) рассказывала иногда у камина о своём брате, что уехал за границу к своей невесте. Когда тётя вспоминала, я видел как ей было больно, всё таки они давно не виделись и она даже не знала жив он сейчас или нет. На все мои вопросы о Джейкобе она то отмалчивалась, то отшучивалась, при этом натянуто улыбаясь. Но я замечал, насколько фальшивой была та улыбка, которой она прикрывалась. Тётя была очень красивой, и я был крайне удивлён, когда узнал, что у неё ещё нет избранника. В длинные огненно-рыжие волосы, что спускались по спине водопадом, всегда была бережно вплетена белая лилия, как символ чистоты и непорочности. Её глаза цвета коньяка и корицы весело искрились. Да, и телосложением тётя была не плоха. Она веселилась и смеялась. Тётя великим умом не отличалась, но и неучем не была. Её мать ушла из семьи после их рождения и больше не появлялась. Всю опеку на детей взял муж - дедушка Вениамин Гренбор. Из-за навалившейся работы он стал всё реже появляться дома, и Лизи с Джейком сидели дома, играя с домашними животными. С детства она любила братьев наших меньших, но большее внимание оказывала своей лошади - Сакуре. Потом брат познакомился с одной иностранкой, что оказалась здесь проездом, и влюбился. Не медля с предложением руки и сердца, он послал к ней послов, на что та ответила согласием. И с чистой душой отправился за любимой в другую страну, на прощание отказавшись от наследства. Так маленькая девочка стала наследницей большого особняка семьи Гренбор, с садиком прекрасных роз и прудиком, возле которого стояли ивы, опустив свои ветви в водную гладь. Тётя Луиза мне нравилась. Но её манеры сводили с ума. Не то чтобы они были ужасными, наоборот, она от всех требовала выполнение строжайших правил этикета.Даже если не ту вилку возьмёшь за обедом, удостоишься укоризненного взгляда карих глаз, от которого аж в дрожь бросает. С того дня мы жили вместе в её доме и были не разлей вода. Тётя, как заведённая, везде таскала меня с собой, будь то торжественный приём или поход в гости, не отпуская ни на минуту. Ах да, ещё у тёти была давняя подруга, которую звали Диана. Она была частым гостем в, уже нашем, доме. И никогда не упускала случая потискать меня в своих объятьях или угостить меня сладостями. Они с Луизой долго болтали по вечерам и я, уставший от их разговоров, заваливался в свою комнату спать. А следующим днём всё повторялось снова. В особняке мне жилось не плохо. Все хорошо со мной обращались, улыбаясь мне при встрече. Повариха, очень добрая и толстая тётенька, всегда меня подкармливала, приговаривая какой я тощий и что у меня "одна кожа да кости".Мне даже выделили свою сторожевую собаку, чтобы я мог сходить поохотиться в соседний лес, что находился за рекой. Не один конечно, с охраной, в виде двух дружелюбных слуг. Они, чтобы не подвергнуть меня опасности, следили за каждым моим шагом, потому что знали, что тётя страшна в гневе. Наш дом находился далеко от больших людских поселений, но в паре километров от сюда расположилась маленькая деревушка. Оттуда ко мне приходил репетитор, учиться всё равно пришлось, как бы мне ни хотелось. Ещё в этой деревне я подружился со своим единственным друг - Крисом. А познакомились мы при странных обстоятельствах. Был солнечный день, и светило солнце. Мои уроки с учителем закончились, и мне дали заслуженный отдых, который я решил потратить на прогулку по деревне. Добравшись до туда, я гулял по широким улицам из камня. Окрестности я уже хорошо знал и поэтому поспешил к моему любимому месту - большому фонтану около здешней церквушки. К моему удивлению в полдень на площади оказалось совсем мало народу - только несколько мальчишек вертелись возле бассейна фонтана. Подойдя поближе, мне удалось рассмотреть, что эти хулиганы прижимали к бортику мальчика, который стоял в обнимку с девочкой. Я, конечно, не был заступником справедливости, любил пошалить, но сейчас не мог просто пройти мимо ребят, оказавшихся в беде. Так как силы мне было не занимать, на пользу пошли уроки с моим учителем карате, я раскидал по площади всех негодяев и заставил извиняться перед парочкой, что удивлённо наблюдала за моими действиями. Попросив прощения и пообещав больше не приставать, шайка скрылась из виду, что-то неразборчиво бурча на ходу. Оказалось мальчик защищал свою младшую сестрёнку от тех бугаев, ведь они забрали её куколку, парень заступился за девочку, и те мальчишки уже хотели скинуть их в фонтан, но появился я и избил прямо на главной площади, благо никого рядом не оказалось. Потом он пригласил меня в гости, так сказать поблагодарить за спасение, на что я не отказался. Так мы и подружились. С того дня я часто приходил в деревушку, чтобы поиграть с Крисом и его младшей сестрёнкой - Алисой. Если мне было скучно, а Крис с Алисой уезжали на ярмарку с родителями, что очень часто проводилась в соседнем селении, я гулял по нашему большому дому. Все двери были открыты передо мной, но меня привлекла другая. Самая последняя в коридоре на третьем этаже и единственная закрытая. Спросил у слуг, но те лишь говорили, что эта комната давно пустует и поэтому заперта. Пока расспрашивал, я наткнулся на старенькую горничную, давно работающую здесь. Она хорошо ко мне относилась и не отказала в просьбе. Вечером, после ужина, она пригласила меня в свою маленькую каморку на втором этаже. Там она начала рассказывать историю особняка. Мне конечно было интересно и я узнал много нового, но не это было предметом моего любопытства. Увидев, что я не горю желанием слышать нудную историю, она повествовала мне, что эту комнату тётя выделила специально для моего отца. Там он хранил книги с теориями и результаты экспериментов, когда пребывал в гостях у Луизы. За большое количество времени там собралась приличная библиотека. Но ей никто не пользовался, слуги не были столь образованы в делах алхимии, а Лизи это было просто не интересно. Тогда я решил, что мне нужно во что бы то ни стало пробраться в эту таинственную комнату, в которой сохранились труды моего папы. Под покровом ночи, встав с кровати и прихватив с собой маленькую свечку, я пошёл на третий этаж. Чтобы не шуметь, пришлось снимать тапочки и идти дальше босиком. Половицы жалобно скрипели под моим весом, но отступать я был не намерен. На последнем этаже особняка жилых комнат не располагалось и можно было не опасаться шума, но осторожности не помешает. По пути я чуть не разбил тётину любимую вазу, что стояла на тумбочке в коридоре. Хорошо хоть поймал, а то шума бы поднялось... Ну, не будем о грустном, ваза то цела. Бесшумно подойдя к злополучной двери, я легонько потянул за кольцо, что было прикреплено вместо ручки. Но она не хотела поддаваться напору и тогда я надавил сильнее, но тщетно. Мне в голову пришла мысль с разбегу набежать на дверь, что я и сделал. Оказалось, что дверь была не заперта на ключ, а всего лишь крепления заржавели. Тогда она жалобно заскрипев, приоткрылась. Я юркнул за неё и попал в просторную комнату, почти полностью заставленную шкафами с книгами и лишь около окна стоял письменный стол, со множеством выдвижных ящиков, из тёмного дерева со стулом и небольшой кожаный диван рядом со стеной. Окно оказалось открыто настежь и тюль покачивался от любого дуновения ветерка. Я не спеша прошёл по ковру со странной расцветкой и длинным ворсом и приблизился к стеллажам. Перелистывая книги, я пришёл к выводу, что это и правда были работы моего отца, оставленные перед смертью. Моё внимание привлекла одна из немногих маленьких книжечек на полке, в тонком красном переплёте с замочком. Я оглянулся в поисках ключа, но такового не нашёл. Обшарил всю полку, проверил стол, посмотрел под диваном, и тогда я подумал, что ключ может быть внутри записной книжки. Взяв её в руки и присев на холодную кожу дивана, я принялся трясти бедное книгопечатное изделие. И правда, после нескольких движений, у меня в руке оказался искомый предмет, который я не раздумывая вставил в промежность и покрутил. Моему вниманию предстала книга, отличающаяся ото всех, это был личный дневник отца. Я пробежался взглядом начиная с первой страницы. И узнал всё больше и больше: первый друг, учёба, первый опыт, первая любовь. Уже утром я заканчивал читать папин ежедневник и уже порядком устал. Но следующие слова заставили мой сонный мозг проснуться: "Мы с Кларисой не могли иметь детей. Тогда мы решились и взяли ребёнка из приюта. Его будут звать Филипп." Я долго не мог вникнуть в смысл и перечитал предложение ещё 5 раз. Я родителям не родной. Мне пришлось отложить книжку на стол, чтобы успокоиться. Руки тряслись, а в глазах помутнело. Почему тогда они не рассказали об этом? А может тётя специально закрыла эту комнату, чтобы я не нашел папин дневник. Не стоило сюда приходить. С такими, не очень весёлыми мыслями, я встал и взял в руки книгу, намереваясь положить её на место. Но я вспомнил, что там остался ещё один исписанный листок. Я быстро открыл ежедневник на нужно странице и стал вчитываться. Там был описан один эксперимент, а так же было написано: "Я разработал новое зелье. Но приготовить его не успею, поэтому сохранил все ингредиенты в книге с синим переплётом." Я поставил на место книжку и с энтузиазмом принялся искать уже вторую книгу. Но была проблемка - книг в синих переплётах было очень много, учитывая всю обширность папиной библиотеки. Сначала я вытащил все на пушистый ковёр и только потом начал перелистывать каждую. После того как я проверил все, мне пришла в голову мысль, что книга не здесь, но тут мои взгляд зацепился за книгу на полке, она была обёрнута черной бумагой. Взяв её в руки, я оторвал ненужную бумажку и наткнулся на синий переплёт. О да, это она - книга которую я искал.