Маленькое изменение...

(Ну... Да, я малость обленился и главы были реально маленькими... Автор будет исправляться, честно-честно ^^) Беспорядочно теребя глаза, Уралия проклинала тот день, когда не смогла защитить своего любимого. Хотелось кричать, плакать уничтожать всё и вся на своём пути и в конце концов умереть самой. Но тут на её плечо опустилась ледяная рука. Не от холода остывшая, а от жизни. Кайзер сразу поняла кто это, но не сразу поверила, что это он. -Пришли попрощаться, сэр? – пытаясь успокоить трясущееся тело, произнесла она. -Тебя успокоить скорее. Приходи сегодня в мой кабинет, как будет время –неуверенно потрепав плечо Уралии, Леви скрылся из виду, а по щекам девушки продолжали катиться слёзы. Спустя несколько часов полил сильнейший дождь. Разошлись всё, кроме пустой куклы, сидящей у могилы любимого. Склонив голову к надгробию, Уралия положила букет из полевых цветов. «-Гельмут! Ты какие цветы любишь? – подбежавшая девушка заинтересованно уставилась на друга. -Эм… Я не знаю… - смущенный Кёниг посмотрел в окно. Около кадетского корпуса росли колокольчики и маки. – Вон, смотри! Красивые! – восхищённый парень, высунувшись в окно, сорвал синий колокольчик и воткнул в волосы девушки. – Прям как твои глаза – мило улыбнувшись, произнёс парень и обнял засмущавшуюся подругу. В ответ Уралия сорвала мак и повторила движение, воткнув цветок в волосы парня. -Как твой характер…» Из горла вырвался сдавленный крик. Букет состоял только из колокольчиков и маков. Обхватив голову руками, Кайзер окончательно пригнулась к земле. Их последний поцелуй был под таким же проливным дождём… Девушка подняла голову к небу в надежде увидеть лицо Гельмута. Как она хотела просто обнять его, поцеловать. Она бы всё отдала за то что бы снова услышать его лепет про их будущее и их детей. Слова бы ему наперекор не сказала, а просто слушала и соглашалась, ведь сама Уралия хотела этого… Но почему их план жизни разбился? Почему она его не сберегла? Почему он, а не она? -Прости меня Гельмут, прости… - и поцеловав холодный надгробный камень, девушка на ватных ногах направилась к замку. Шла она, медленно едва волоча ноги. Ей было всё равно заболеет ли она или сожрёт невесть откуда взявшийся титан. Хотелось растаять, раствориться в этом дожде. Но зайдя в замок, Кайзер вспомнила о приглашении капрала. Терять ей было нечего, авось он поможет. Кабинет Ривая ничуть не изменился с её последнего прихода. Всё тот же стол, тот же шкаф где, как она уже успела заметить, капрал хранил «орудия чистоты» и платяной шкаф для одежды. Типичный минимализм в действии. И самый главный объект в комнате сейчас сидел за столом и спокойно заполнял документы. Холодные голубые глаза мельком скользнули по опухшему от слёз лицу, и важно отодвинув кипу бумаг, капрал аккуратно вынул из стола непонятную бутылку. Кивком приказав сесть, Леви неизвестно откуда вытащил и два бокала и быстро наполнил их золотистой жидкостью. Резкий запах алкоголя ударил в нос, и только от него девушка могла опьянеть. Прежде ей не приходилось пить, но сейчас было не до этого. Стоило Леви пододвинуть Уралии бокал, как она тут же залпом его осушила. Капрал лишь ошарашено хлопал глазами, сколько же эта девушка будет его удивлять? Пригубив виски в своём бокале, он невольно подметил, что у Петры были волосы такого же цвета. Уралия трясущейся рукой и слегка не рассчитав силы, поставила бокал на стол, оставив небольшую вмятину. -«Бог с ним, лишь бы ни чего громить не начала…» -Капрал… А кого вы потеряли? – вопрос неожиданный, но вполне логичный. Рано или поздно пришлось бы ей рассказывать. -Петра… Моя любимая и самая преданная девушка. Ангел во плоти – пусто уставившись в свой бокал, Ривай прислушивался к тишине комнаты. – Скажи, а как Вы познакомились с Кёнигом? -Познакомились мы как обычно. После первого дня, мы все сидели в столовой и знакомились, а он стоял в стороне и даже не ел. Просто хотел убежать от нас. Я его выловила уже вне помещения… Он всегда больше любил одиночество… - Леви вновь наполнил бокал девушки и положив голову на ладонь слушал. – Первые два года особо не общались. Поздоровались и разбежались, потом я ему пару раз помогла с заданиями и мы сильнее сдружились, а дальше само собой как-то… - теребя и поглаживая бока стакана, девушка улыбнулась мыслям, но потом снова заревела. Нетактичный вопрос он задал. Леви оставалось только смотреть на её слёзы, ведь он прекрасно понимал, что сейчас её не утешишь. Ей придётся это просто пережить… Но чёрт, смотреть на слёзы девушек невозможно! Ханджи не в счёт… Протянув ей свой идеально выглаженный платок, капрал встал со своего кресла и начал ходить по комнате в ожидании когда девушка успокоиться. Надо будет её отвлечь от неприятного разговора. Спустя пару минут всхлипов и рыданий, слегка вздрагивая, девушка отпила из своего бокала алкоголь. -А расскажи о себе. Я ведь так о тебе толком ни чего не знаю… -Мне двадцать пять лет, родилась у стен Роза. Мать художница, отец ремесленник. В развед. отряд вступила, что бы увидеть мир за стенами, как и мой брат. Но он был неосторожен и погиб в зубах титана… - закусив нижнюю губу, Уралия вновь приложилась к бокалу. -«Снова неправильно Леви!» - орала совесть. –«Так ты ей не поможешь, а только сильнее расстроишь!» - опустив взгляд Ривай впервые смог осмотреть девушку. Потухшие сине-фиолетовые глаза, густые ресницы, короткие чёрные волосы и тонкие черты лица. На фоне волос кожа Кайзер казалась очень бледной. Как у трупа. Она была очень худой. Это он заметил ещё при первом её визите в его обитель. Тогда он одной рукой мог схватить оба её запястья. Но сейчас весь её шарм растворился. Под глазами залегли мешки и синяки, а на щеке всё ещё красовался кровоподтёк подаренный капралом. Осунувшееся лицо и покрасневшие белки глаз. Нездоровый вид. Даже он не доводил себя до такого. Дрожащей рукой Уралия поправила чёлку и отпила ещё виски. Похоже, она уже достаточно опьянела, ведь больше не ревела и не скулила. Она просто смотрела пустыми глазами на мир и пыталась привыкнуть к потере. Сев напротив неё на корточки, Леви протянул руку к посиневшей щеке. Он ожидал, что она дёрнется или вскачет с места, но она покорно позволила коснуться своей кожи. Бархатистая и нежная, вот два слова, которыми можно было описать её. А вот руки были не женские. Грубая и шершавая, в некоторых местах с содранной кожей и глубокими шрамами. Он ещё ни разу не видел девушку с действительно женскими руками в развед корпусе. Все они были приспособлены к битвам и тяжёлой рукоятке меча, а не к готовке и ласкам. Неожиданно девушка поднялась с места и направилась к двери. Бросив что-то нечленораздельное, но напоминающее «спасибо», Уралия скрылась в ночной тьме. Плюхнувшись в кресло, Ривай ещё долго смотрел в почти пустую бутылку. Внутри было неспокойно, что-то тревожило его. Ему хотелось снова ощутить те самые чувства, что испытывал к Петре… Их ему действительно не хватало. Правильно говорят: любовь это яд, один раз попробуешь, расплатишься своей жизнью.