Под диктовку Тьмы

- Двадцать секунд до вылета. – Раздался из рупора механический голос сервитора, служившего помощником для пилота. Слегка шумевшие двигатели теперь чуть ли не ревели, а внутри грозового ястреба все начало дребезжать. – Рекомендуется надеть шлем. Мастеон уже был в шлеме, в то время как терминаторы только принялись их надевать. Из-за громоздкости терминаторской брони пришлось воспользоваться двумя грозовыми ястребами, ведь один не смог бы вместить в себя сразу десять таких огромных воинов. Наконец, салон озарил красный свет, который придал окружающей обстановке немного зловещий вид. Механизмы вокруг уже поднятого трапа зашумели, давление было выпущено, а это значит, что ястреб готов подняться в воздух. - Взлетаем, братья. – Объявил пилот, после того, как окончил читать молитву Духу машины. – Примерное время перелета составляет тридцать минут. Несмотря на то, что все братья были в шлемах, а под ними, почти наверняка, лица демонстрировали холодную уверенность, Мастеон без труда различил их беспокойство, хоть оно и было едва заметным. Об этом говорила аура. Аура каждого десантника была спокойной и уравновешенной, но, местами возникающие волнения и вздрагивания говорили о том, что чувство неопределенности перед неизвестным было присуще даже Астартес. Так что же там, на борту скитальца? Что ждет воинов? Ответы на эти вопросы будут вот-вот найдены. Внезапно, голову библиария пронзила острая боль. Голова, от неожиданности, повалилась на кулак, она упала на него с такой силой, что керамит звучно лязгнул. Но этого было не слышно никому, кроме Мастеона, ведь в этот момент двигатели ястреба заревели на всю мощь, машина оторвалась от взлетной площадки и устремилась в небо. Боль еще секунду окутывала весь мозг, после чего устремилась в одну точку, где-то в области затылка, и проникала все глубже, как раскаленный до красна гвоздь. Инстинктивно рука потянулась ко лбу, но пальцы, облаченные в керамитовую перчатку, уперлись в непробиваемый сплав металлов шлема. Внутри него раздался треск вокса, это Кардис пытался что-то говорить, когда заметил, что состояние брата резко ухудшилось, но шум в ушах был гораздо громче слов. Еще через пару секунд библиарий почувствовал, как что-то теплое сочится из его ушей. Боль усилилась, и теперь ее отголоски появились в лобных долях мозга. Вместе с этим тонкие струйки крови побежали из глаз и носа, зрение стало размытым, а пощипывание в глазах заставило Мастеона часто моргать. Визоры шлема отреагировали моментально, увеличивая изображение, но это было совсем не нужно библиарию. Сбитые с толку системы силовых доспехов все продолжали приближать картинку, а Мастеон продолжал моргать, пока новый приступ боли, ошеломляющей силы, не заставил его зажмуриться. Красная пелена все еще стояла перед глазами, а затем он понял, что неведомая сила выдергивает его из физического тела. Бросив все силы на преодоление проблем физических, он совсем забыл про защиту психическую, чем и воспользовалась какая-то неизвестная сила. В последний момент библиарий попытался схватиться за остатки своего сознания, но было совсем поздно. Боль все еще отдавалась в мозгу слабыми толчками. Кажется, она уже ушла, но ее эхо продолжало раздаваться в голове первого библиария. Память постепенно вернулась, и едва вспомнив, что из физического тела он был вышвырнут, Мастеон начал собирать вокруг себя силу, дабы построить нерушимый психический барьер, который спасет его от угроз Имматериума. Как только первые участки этого заслона были готовы библиарий ощутил на них скрежет и удары существ, пытавшихся сквозь него пробиться. Неожиданно вернулось зрение, и Мастон, от которого осталась лишь психика, окинул им окружавшие его потоки Варпа. Но где звездная система Карраин? Где ее миры? Где грозовой ястреб? Где хоть что-то, что принадлежало бы материальному миру? Озарение пришло позже, чем зрение и Мастеон понял, что выброшен был далеко за пределы реальности. Яркий купол психической защиты был, наконец, готов. Он полностью окружил библиария, и свет его разгонял низших, безвольных существ Варпа, которые не служили даже богам Хаоса. Они небыли демонами, они были простыми стервятниками, хищниками, что были готовы сожрать все, что попадется на глаза. Небольшим усилием воли Мастеон создал волну белого пламени, и мелкие твари сгорели в одно мгновение. Потоки Имматериума как вода, пытались подхватить Астартес и унести с собой, но Мастеон знал, как никто другой, что в Варпе нельзя расслабляться ни на секунду. Удивительно, как его не сожрали демоны, пока он приходил в себя и возвращал контроль над зрением. Библиарий осмотрелся, в поисках прохода в реальный мир. Если его забросило в чистый Варп, то где-то рядом должна быть брешь. Хотя, надеяться на это глупо. Ведь бурные потоки Имматериума, бушующие вокруг, уже могли успеть унести психическое воплощение Мастеона очень далеко. Тогда, он решил сосредоточиться на своем теле. Если оно еще цело, то сможет послужить маяком, и вернуться не составит труда. Но едва он попытался настроиться на нужный лад, как в голове раздался голос, звучавший как несколько сотен разных голосов. - Наверно, я должен извиниться за доставленный дискомфорт? Мастеона переполнили неоднозначные чувства. Неужели барьер дал брешь, и теперь какой-то демон коснулся его психики, чтобы говорить свои богохульные речи? Молниеносно проверив свою защиту, библиарий только лишний раз убедился в ее абсолютной целостности. Выходит, тот, кто говорит, находится внутри… - Именем Императора я изгоняю тебя, порождение Варпа! – Грозно проговорил десантник в ответ. – Уйди прочь! - Оу, какой вздор. – В голосе сущности послышалось огорчение. – А ведь ты, если помнишь, сам бросился ко мне на встречу. Сильно удивившись, Мастеон принялся капаться в своей памяти, и очень скоро вспомнил сон, который приснился ему совсем недавно. “Смысл”, “Внутренний голос”, и целый рой щупалец… А еще, он позволил им поглотить себя, прыгнув прямо в их извивающуюся пучину. - Да-да… - Снова услышал библиарий внутри себя голос. – Мы с тобой беседовали совсем недавно. А еще, ты принял меня за свой собственный разум, и ринулся мне на встречу. Так или иначе, я снова рядом с тобой. И этот наш разговор будет куда серьезней. - Правильнее сказать, это ты назвался мои разумом, демон. – Ответил Мастеон. Своими психическими силами он пытался нащупать что-то, что поможет понять, где затаилось существо. - Но ты поверил. – Парировала сущность. В ее голосе читался некий триумф. – И более того, поверил настолько, что сам же отдался мне. А ведь ты не какой-то неофит, Мастеон! Не думал, что тебя получится так легко убедить. Внезапно понимание настигло Астартес. Та боль, которая окутала его мозг в полете, это лишь побочное действие. Побочное действие… От пришедшей на ум мысли Мастеона передернуло бы, будь он в своем теле. Неужели он сам позволил демону поселиться в себе? Неужели он по своей воле стал одержимым? Нет, это просто невозможно. Кто угодно мог стать одержимым: неофит, простой псайкер, рядовой библиарий, но не первый библиарий! - О, Император Человечества… - Начал бормотать Литанию Защиты десантник. - Взгляни на меня с добротой. Следи за своим слугой и воином. И защити меня от опасностей. О, Император… - О, перестань. – Сущность прервала молитву Мастеона, и ощутила вспышку его гнева. – Все не так плохо. Зачем называть это таким грубым словом… Одержимость? Нет, конечно нет! Или ты забыл, что делают у вас с одержимыми? - Казнят, конечно же. – Сказал библиарий. - Казнят. А ты что, так стремишься умереть? - Я… - Попытался сказать что-то Мастеон, но тут же запнулся. - Давай, скажи это. – В голосе твари послышалась издевка. - Я не хочу умирать. Мне плевать, пусть я буду хоть сотню раз одержим, но я не умру! - Отлично, я очень рад, что ты так думаешь. – Сущность замолкла, видимо, что-то обдумывая. – Видишь ли, мне тоже, совершенно не нужна твоя смерть. Я так давно сижу на тебе, что совсем забыл, когда сел. - Давно? – Мастеон сильно удивился, и удивление заместило собой животный ужас, царивший в нем еще секунду назад. – А как же тебя не выявили капелланы? - Ваша вера – просто блеф. Для меня не являлось проблемой спрятаться от твоих собратьев, хоть они и научились видеть людей насквозь. А что касается твоих младших братьев, простых библиариев... От них ты сам заслонялся, по старой привычке. Они слабы, и не могут пробить твой психический заслон. Хотя пытались, и не раз. - Пытались? – Снова удивленно задал вопрос десантник. Кажется, он совершенно наплевал на то, что беседует невесть с кем, в пучине Варпа. Хотя даже в такой ситуации его защита не ослабевала. – Я не ощущал подобных попыток. - Потому что это были только жалкие потуги. – Рассмеялся в ответ невидимый собеседник тысячей своих голосов. – А вот я прекрасно это ощущал. - Просто так они не могли пытаться залезть в мою голову. – Уверенно ответил Мастеон. – Что, кто-то из них подозревал меня в сотрудничестве с демонами? Они не имеют даже права так думать! - А вот это мне уже больше нравится, мой дорогой друг. – Существо заговорило добрым и ласковым голосом. Словно говорило с ребенком, который только что его порадовал. – Я скажу тебе больше. Один из твоих подопечных, молодой библиарий Макарус подобрался ближе всех ко мне. Еще бы чуть-чуть, и он бы смог найти неопровержимые доказательства в твоей… как ты сказал “одержимости”. - Милостивый Император… - Инстинктивно прошептал Мастеон. - Не бойся, первый библиарий. Если бы я хотел просто захватить твое тело, и с его помощью сеять смерть и разрушения, я бы давно это сделал. Но… Я хочу только сотрудничать. Тем более, выбора у тебя особого уже нет. - Нет выбора?! – Рассерженно заявил Астартес. – Как ты смеешь мне хотя бы намекать на то, имею я выбор, или нет?! Ты, тварь Варпа! - Я бы мог обидеться, если бы не знал тебя чуть лучше, чем остальные, Мастеон. – Голос существа был спокойным, и в нем не было ни одного намека на злобу, которая могла бы вспыхнуть в ответ. – А тем временем, варианта у тебя всего два. Либо ты молчишь, и мы продолжаем сове сосуществование, а я прячусь, и никому не позволяю найти себя… Либо ты пускаешь себе болт в голову, и ее разрывает на много-много кровавых кусочков. Можешь, конечно, сдаться инквизиции, думаю, она поступит так же. В общем, выбор за тобой. Библиарий начал думать, хотя одна лишь мысль о том, что демон, а никем иным эта сущность быть не могла, одурачил его, и теперь ставит условия, доставляла ощущения, которые граничили чуть ли не с физически ощущаемым позором. Первый библиарий, человек, который к Варпу ближе, чем кто-либо еще в Ордене… И не смог распознать демоническую угрозу в самом себе. И даже сейчас, когда демон раскрыл карты, но обнаружить его не удалось, становилось ясно, что он действительно очень силен, и прятаться умеет довольно хорошо. А одержимого десантника ждал лишь один исход: суд товарищей, затем суд инквизиции, а затем казнь. Кроме того, несмываемое пятно на репутации всего ордена. Но Мастеон не хотел умирать. Даже будучи смертным он мечтал стать десантником только для того, чтобы получить силу, власть и почитание, а вместе с этим и долгую, очень долгую жизнь. С этим он мечтал уподобиться Императору, и стать больше, чем обычный человек. И вот, достигнув таких высот в ордене, что только Магистр был выше него, погибать от рук инквизиторов было не просто нежелательно, но даже обидно. Еще немного по размышляв, Мастеон принял решение, которому был совсем не рад. - Просто делай вид, что тебя не существует… - Проворчал он. – И верни меня в тело. - Я знал, что мы найдем общий язык! – Обрадовалась сущность. – И поверь, ты не пожалеешь. Скоро твои силы очень, очень возрастут! Ты же стремишься к силе? Ты же хочешь бессмертия? Лишь слово бессмертие прозвучало внутри библиария, как он моментально позабыл про все волнения. А затем почувствовал толчок и понял, что находится в своем теле, а глаза его закрыты.