Под диктовку Тьмы

Буря огня утихла, и Кардис раскрыл глаза. Картина опустошения, не обычная даже для скитальца, поразила капитана очень глубоко. Он огляделся, в поисках живых, но увидел только множество опаленных тел, а рядом с собой – груды терминаторских доспехов, обугленных и потрескавшихся. Из сочленений некоторых комплектов высыпался прах, и капитан отлично понимал, от кого осталась лишь эта жалкая горстка пепла. Ужас и неопределенность зародились в десантнике. В считанные секунды погибли лучшие братья Ордена… Он поднялся с колен и сделал несколько шагов в сторону мертвого терминатора, приклонился и снял с того шлем. От некогда зрелого, полного жизни лица Астартес остался лишь череп, обтянутый сморщенной, язвенной кожей, глазницы которого опустели. Значит, не все тут пали от огня. Библиарий стоял позади, на своем прежнем месте, и наблюдал за отреченными действиями капитана. Тот, словно забыв о всех опасностях, осмотрел тела троих братьев, как раз тех, что были схвачены психической силой Мастеона. В голове пронеслась мысль о той прекрасной силе, которую удалось получить от них, а за ней последовала другая, больно уколовшая: Император не откликнулся на молитвы, в то время как сущность из темных закоулков Варпа смогла даровать спасение, хоть оно и обошлось дорого… “Неужели я убил братьев?” – думал про себя Мастеон, следя за товарищем, который переместился к сгоревшему терминатору, и зачерпнул пепел в свою ладонь. “Император, почему ты меня покинул?” – с горечью, мысленно задался вопросом Астартес. Казалось бы, рядовая схватка, а обернулась таким побоищем… А что доложить магистру по возвращению? Мало того, что потеряли один взвод, так и второй вернулся, едва уцелев… Он будет в ярости, это точно… “Малекард… Всегда такой гордый, властный, считающий себя выше других… Когда он в последний раз сражался бок о бок с простыми воинами? Когда он хотя бы выходил из своих покоев для молитв вместе с ними? Никогда! Требует повиновения, смотрит на братьев сверху вниз, а сам пресмыкается перед Экклезиархией, да простыми смертными, жалкими смертными! Чиновниками, что шантажируют его отменой поставок с Марса, или лишением права держать в системе крепость!” Внезапно, поток гневных рассуждений затих, и Мастеон сам задумался над мыслями, что посетили его. Как он вообще позволил им зародиться в голове? Магистр – лидер, первый среди равных, но первый, и это важнее всего! Его поступки и действия непогрешимы, а власть абсолютна! “Что же за гнусные мысли…” - Нет-нет… - Снова этот голос внутри. – Это не гнусные мысли, а логические рассуждения! Да и вообще, у тебя есть забота по важнее. Этот Кардис… Он видел, как погибли его солдаты. Мастеон попытался игнорировать этого, не самого желанного, собеседника, однако тот и не думал умолкать. - Сейчас тебе предстоит тяжелый разговор. Библиарий прекратил вслушиваться в себя, как сразу услышал товарища, который яростно вскочил с пола, ухватился за молот, и молниеносно подлетел к нему. Замешательство и негодование капитана прошло, их место заняло осознание и понимание реальности. Реальности того, что произошло. - Как это произошло, Мастеон? – Прошипел Кардис, скрипя зубами. – Что же ты сотворил? - Брат… - Начал оправдываться библиарий, но слова сработали словно искра в бочке с порохом. Его друг просто взорвался. - Нет, не говори, я знаю, я видел! Что ты сделал! Это колдовство, это… - Начал запинаться Астартес, будто боялся сказать слово вслух. – Это же ересь… - Нет никакой ереси! – Отчаянно возразил Мастеон. - Как же нет?! А что это еще?! Никакая сила, угодная Императору, не требует для ее использования жизни брата-десантника! А ты… Эти пульсирующие отростки энергии… Они тянулись прямо к тебе! Библиарий лихорадочно пытался что-то придумать, дабы оправдать свои действия, на хорошо понимал, что сделать это невозможно. Кардис видел все, хоть и мельком, но этого было достаточно. Он видел, как терминаторы слабели на глазах, а потом упали замертво, и больше не шевелились. А потом появилась огненная буря, которая сожгла все, кроме некоторых тел… Аура капитана ярко пылала, докладывая Мастеону о состоянии брата: гнев, замешательство, непонимание… Волна чувств поглотила его, и вряд ли он вообще сейчас услышит что-то, кроме того, чего ему услышать захояется. - Я ослаб и был на грани потери сознания… - Заговорил после короткой паузы библиарий. – Я взмолился Императору, просил Его направить мою руку, наделить меня возможностью и дальше разить врагов! Но Он молчал… А моя психическая мощь не совершенна… В ней стало возможно пробить брешь. После… После той вспышки, под потолком, которая убил многих тиранидов, я уже был не способен сражаться, или держать щит над разумом. Но не хотел позволить нам погибнуть… И в последний момент я услышал голос! Который предложил помощь. - Голос, который предложил помощь? – Не веря своим ушам, повторил Кардис. – Ты принял помощь от невидимой сущности?! Нет! Ты врешь! Я не поверю в это! Ты же не неофит! - Она и не спрашивала. – Заявил Мастеон. – Это очень сильная тварь, она без труда проникла в меня… Она овладела мои телом… И дальше произошло то, что ты видел. - Ты… Ты одержим… - Слова прозвучали как утверждение, нежели как вопрос. - Да как ты можешь так говорить! – Рассердился библиарий. – Я – Первый из себе подобных! Хоть я и дал слабину, но смог справиться с демоном, и уничтожил его! – Чтобы немного разрядить обстановку, десантник прекратил орать. – Как видишь, ты все еще жив… Я спас твою жизнь. И свою… Думаю, это о чем-то говорит. А больше… Я был не способен на большее в тот момент. Мастеон мысленно усмехнулся. А ведь история, похожая на оправдание, родилась сама собой, без всяких усилий. Аура капитана немного утихла, когда тот начал размышлять над произошедшим вновь. - В этом… Есть что-то, похожее на правду… - Брат… - Мастеон положил руку на наплечник терминатора. – Правда… Я пытался, я боролся… Но смог спасти только нас двоих… Кардис молча развернулся, и подошел к одному из мертвых. Он вновь присел перед ним, и взял в руки шлем. А ведь еще час назад под ним находилось живое лицо… Глаза, уши… Брат был жив. Был... Жив… - Мы несколько суток на этом проклятом крейсере… - Пробормотал капитан, только сейчас заметивший, что от жара пламени визоры шлема треснули и рассыпались. – А я ненавижу его так, словно он причина всех несчастий Молний и Человечества… - Мне жаль… - Проговорил библиарий, подойдя к брату. - Можешь не извиняться. – Тот резко поднялся и отошел в сторону. – Но, по возвращению, я обо всем доложу нашим капелланам. Они решат, что с тобой делать. А я простой воин, и не имею прав обвинять тебя в одержимости. - Как скажешь, Кардис. Мастеон хотел что-то добавить, однако терминатор, будто не услышав, продолжил: - Очень надеюсь, что ты не врешь, брат, и это был демон, которого ты, как говоришь, убил. Иначе… Тебя ждет либо казнь, либо отправка в Крестовый поход куда-нибудь в Око Ужаса. Око Ужаса… Отвратительное место, язва на огромном теле галактики. Гигантский разлом в реальности, через который чистая энергия Варпа течет в наш мир, и искажает все, до чего может добраться, по своим меркам и представлениям. Никто не знает, что там внутри, ведь не один псайкер не способен заглянуть внутрь Ока глубоко, и при этом сохранить рассудок. Крохотное пятно в небе Святой Терры, и огромный переливающийся океан фиолетовой энергии, затмевающий небо Кадии, Око Ужаса стало пристанищем для легионов предателей космодесанта, которые пошли против Императора за Предателем Хорусом, поставив Человечество на край гибели, и погрузили всю галактику в кровопролитную гражданскую войну. - Значит, нам пора продолжить поиски… - Стараясь говорить уверенно, произнес Мастеон. - Я буду очень внимательно за тобой следить, брат… Стоп. Показатели визоров. - Что? - Показатели визоров. Они говорят, что в отсеке есть кислород. Библиарий обратил внимание на соответствующий показатель своего шлема, а через секунду увидел, как капитан снимает свой, и, прикрыв глаза, начинает вдыхать откуда-то взявшийся воздух. Уставший дышать переработанным не одну сотню раз, кислородом, Мастеон поспешил стащить шлем. Свежесть и приятный холодок тут же коснулись его лица, а сам он прокашлялся, впустив в легкие корабельный воздух. - Я уверен, на этом корабле кто-то есть! – Заявил Кардис. - Что, тебя больше не волнует произошедшее? - Я могу взять себя в руки… - С некой горечью заметил капитан. – Но я не забуду этого. Здесь не место для обсуждений, мы должны быть готовы биться, а вот когда вернемся… Я уже сказал: пусть капелланы решают, что делать. Или сам магистр. Уложив свой шлем на предплечье, библиарий, впервые за все время осмотрев погибших соратников, ответил: - Что? Не веришь мне на слово? После всего того, что было пережито нами в прошлых кампаниях? Хочешь сообщить обо всем? - Это мой долг! – Повысил голос Кардис. – Дружба не должна мешать его исполнению. Я, в первую очередь, верен ордену, а не… Глаза двух Астартес встретились. Капитан увидел в глазах брата блеск, огонек, который становился четче, если смотреть долго. Дар речи пропал. Как загипнотизированный, терминатор смотрел в очи, и не заметил, как помещение, темнота, пол, стены, все, все вокруг исчезло, уступив место пустоте. Она окружила десантника, а через несколько секунд начали появляться проблески света. Крохотные, они увеличивались, росли, словно прожигали собой старое полотно, пока полностью не сожгли его, создав перед взором Кардиса мрачную, ужасную, но захватывающую картину: неизвестный мир, над которым только-только начало всходить солнце. Оно сильно меркло, и было едва различимо на небе, полностью затянутом дымом от множества пожаров. Это горел город, огромный город, однако он имел свой конец, и не являлся ульем. Дома пылали, а на широкой улице, прямо перед десантником, расположилась огромная гора трупов: Женщины и дети, старики и мужчины, солдаты гвардии, космодесантники… Груда тел горела, а на самой ее верхушке, объятый языками пламени, стоял, выпрямившись во весь рост, огромный человек. Закованный в терминаторскую броню, покрытую запекшейся кровью и множеством ссадин, непонятных рун и богохульных символов, он вознес над собой двухметровый цепной топор и взревел нечеловеческим голосом. Кардис смотрел, а через секунду решил приблизиться. Сразу, как по заказу, тело поднялось в воздух, и стремительно направилось к незнакомцу, который, заметив приближение Астартес, злобно улыбнулся. Преодолев столб едкого дыма, капитан ужаснулся, увидев перед собой… Самого себя. Этот убийца, несший на своих доспехах символы бога Крови, имел лицо Кардиса. А после короткой паузы, копия заявила: - Тебе не спрятаться от самого себя! Как не пытайся, но истина настигнет тебя! И тогда ты узнаешь, что такое настоящая сила! Армии содрогнутся, а ксеносы падут, перед мощью Человечества! Так пусть же они, вместе с неверующими, погибнут в огне! Терминатор попытался отлететь в сторону, как вдруг огромный берсерк, превратившись в сгусток энергии, ударил прямо в грудь. Тело наполнила боль, а спустя секунду он раскрыл глаза и понял, что лежит на полу. И его шлем, почему-то, на нем.