Брелок

Мы встречались каждый день. Кроме выходных. Как давно? Не знаю. Месяца три. Может меньше. Или больше. Я помню как наконец разглядел его и это было… Не удар током, не озарение… а так будто в пасмурный день выглянуло солнышко. Не помню, возможно, тогда и «стояли чудные погоды», но для меня день был беспросветно-буднично-серым. Настроение было уныло-серым, будущее виделось беспросветно-тоскливым, а настоящее скучно-будничным. Я шёл на работу, в толпе таких же... В толпе. И навстречу нам двигался однообразный поток размазанных лиц и блеклых цветов. И вдруг – он! Солнышко. Тёплый, и ярко-золотой. Не рыжий. Без веснушек и вульгарной красноты от холода, жары, смущения или радости. Нет, он был золотым. Как песочек на пляже, как круглый бочок абрикоса. Мне даже показалось, что и пахнуть он должен вкусно-съедобно. В тот день мой рот постоянно растягивался в улыбке, и я ничего не мог с эти поделать. А может и не хотел. На следующее утро я уже всматривался в лица идущих людей и снова увидел Солнышко. И примерно в том же самом месте, на углу Чернышевского и Маресьева. А потом наступила суббота. И воскресенье. Не скажу, что это были самые плохие выходные, но что одни из самых долгих – точно. В понедельник, из-за заевшего замка, я опаздывал. Не сильно, минут на десять. И с Солнышком встретился на остановке: я выходил из троллейбуса, а он спешил к подъехавшей маршрутке. После этого я стал специально опаздывать или выходить из дома чуть раньше – высчитывал «наш» маршрут. Солнышко тоже стал узнавать меня – ещё не кивок приветствия, но уже легкая улыбка, предназначенная именно мне. Нужно было решиться и подойти к Солнышку, но… А вдруг… Вдруг я ошибся и он натурал?.. Или вдруг у него кто-то уже есть?.. Или вдруг я сам ему не..? Пережить я это переживу, всего лишь ещё один щелчок по носу от судьбы, вместо ежедневной надежды и щекочущего предвкушения. И больше не будет Солнышка, то есть он-то будет, но я уже не смогу думать о нём как о своём солнышке. Зато появится определённость. Если бы ещё и знать какая – со знаком «плюс» или «минус»? Частенько я малодушно мечтал о том, что он сам сделает первый шаг – он младше, куда как симпатичнее меня – таким как он не отказывают. Долго я мучился сомнениями, но всё-таки дозрел. И сразу передо мной встала новая проблема – как в этой сутолоке познакомиться, да ещё по возможности так, чтобы это было остроумно и ненавязчиво. Идею я выцепил из случайно услышанного разговора в автобусе. Довольно упитанная попутчица весело топталась на моих ногах, грустно рассказывая кому-то, что телефон ей вернули, предварительно позвонив с него же на её домашний, и потребовали магарыч. «До чего же народ жадный пошёл», – пожалели из-за моей спины пампушку, а я готов был закричать «эврика!». За то время, что мы были «знакомо незнакомы» с Солнышком, я научился почти до минуты рассчитывать время и место наших встреч, найдя тот крохотный отрезок, на котором нас окружало меньше всего людей. Первая моя попытка сорвалась. Не совсем, конечно, связку ключей, которую я уронил за несколько шагов до Солнышка, поднял старый дедок, долго выговаривавший «молодёжи» за невнимательность. Вторая – тоже. Мои ключи просто исчезли. Безвозвратно. Где-то в недрах городской канализации, отправленные туда ловким пинком пронырливого школьника. Потеря ключей меня не расстраивала – это были ключи, от давно не существующих замков. Но брелок было до обидного жалко. Вся фишка состояла именно в нём – на брелке были указаны моё имя и номер телефона. Пришлось делать новый. Он получился попроще и невзрачней, но зато к самой попытке номер три я подготовился тщательней. Я искренне верил, что «бог любит троицу», но рисковать не хотелось. В этот раз я уронил связку аккуратно под ноги Солнышку, и прошёл дальше, не оборачиваясь. На много меня не хватило, через десяток шагов я повернулся и окликнул его: «Извините, вам случайно…» Солнышко стоял и радостно сиял, покачивая ключами. А потом протянул их мне. Но перед этим он отстегнул брелок! – Мое вознаграждение, – сказал Солнышко, немного картавя. – Спасибо, – уже тише и интимней добавил он, – сам бы я не решился. Я кивнул. Мы ещё молча постояли, глядя друг на друга. Сказать хотелось многое, но слова не находились. – Я позвоню, – сказал он, а я в ответ снова кивнул, как китайский болванчик. Влюблённый китайский болванчик. Почти одновременно мы развернулись – я опаздывал на работу, а Солнышко… тоже опаздывал, куда-то. Улыбаясь во весь рот, я почти вприпрыжку бежал на работу, но не из-за боязни нагоняя, а потому что наступило лето. Моё персональное лето. В кармане затренькал телефон. Звонили с незнакомого номера, но на моё: «Алло!» – ответил уже знакомый голос: – Я же сказал, что позвоню…