Hide Your Heart

Погода сегодня разбежалась. Снег все падал и падал, и улицы и холмы на заднем плане оделись толстым белым пуховиком. Движение на улицах было маленькое, хотя, понемногу люди просыпались и готовились к празднику. Прохожие оживленно шли с пакетами, с их лиц не слетала улыбка. Дома, которые только недавно были серыми и мрачными, преобразились. Все они покрыты сугробами и украшены разными лентами и красочными шариками. Я сидела одна, смотрела, как белеет небо за окном, набрякая снегом. Мой дом тоже немного преобразился: потускневшие люстры окутаны теперь не паутиной, а гирляндами, которые переливаются всеми цветами радуги. Елка, купленная мной, была украшена шишками, вкусными конфетами и орехами. На камине висели разноцветные рождественские носки. Конечно, картина очень красочная, но настроения у меня не было, и оно не хотело появляться. Уже несколько дней я сижу дома одна. Бывает, только выйду, чтобы посетить отца. Самочувствие ужасное. Несколько часов в день я сижу у окна и смотрю на улицы Окленда. Меня терзают мысли "Зачем вообще приехала сюда?". Для счастья? Я его обрела, но вскоре оно ушло. И я обрела пустоту, одиночество, страдание. Я плачу, но только мысленно. Моя душа плачет, мое сердце плачет. Но если посмотреть на меня, это не чувствуется. Мой взгляд стал бесчувственным, грустным, не сверкающим, как раньше. Как будто все самое хорошее забрали у меня. Я пытаюсь быть сильной, не бью кулаками об стенку, не плачу в подушку, но иногда я не могу сдержать свои эмоции, и они выплескиваются. Как только вспомню о Билли, я закрываю своими холодными ладонями лицо и пытаюсь переключить мысли на что-то другое. Но сразу у меня это не получается. Вы сейчас, наверно, удивляетесь мне, почему я не могу простить Билли. Не могу. Да, мне плохо без него, но я не хочу его видеть. Я сижу тут одна, а он, наверно, кувыркается с какой-нибудь шлюшкой. От этих мыслей в голове сразу появляются картинки, представления его с кем-то. Почему так тяжело забыть его? Я слишком привязалась к нему. Постоянно думаю о нем, ощущаю одиночество, и мне чего-то все время не хватает, когда Билли нет рядом, а именно, не хватает сейчас этого человека, и не хватает настолько, что жизнь просто теряет всякий смысл. Часто мы даже не задумываемся, насколько важны слова, и какая сила в них заключается. Я говорила ему "Я люблю тебя", и он мне говорил "Я люблю тебя", но все это оказалось ложью. Ничто не вечно, даже любовь. Человек не может любить вечно. С ним мое сердце выпрыгивало, но сейчас, оно остановилось. Я была такой наивной, хотя и остаюсь ею сейчас. Сквозь тучи пробился солнечный лучик. Я поморщилась и отвернулась, словно вампир, потревоженный светом дня. Я слезла с подоконника и сонно потянулась. Я почувствовала слабость, хотелось спать. Уже несколько дней я не могу нормально выспаться. Бессонница овладела мной. Бог просто издевается надо мной. Он мучает меня, терзает, убивает изнутри. Я повалилась на кровать. После двадцати тяжелых минут я заснула. Проснулась я через три-четыре часа. Ну, хоть какая-то энергия. Кушать сильно хочется, и поэтому, я пошла вниз готовить. Я сделала себе салат из помидоров и огурцов. Эх, раньше бы, папа пришел с работы, уставший, и он с удовольствием бы съел мою еду. Съев салат, я стала думать, что бы мне поделать и решила пойти к папе. Я одела пальто и вышла на улицу. Зимнее солнце широко улыбалось и, не смотря на то, что конец декабря, на улице тепло. Только иногда порывы ветра нарушают эту идиллию. Я направилась в сторону больницы. Все прохожие шли с веселыми лицами, только я одна шла по улице и не думала веселиться. Вот куда идут эти люди? Они идут к друзьям, родственникам, любимым, а я? Я иду в больницу, к своему больному отцу. В больнице народа было уже меньше, в отличие от прошлых дней. Ну, понятно, все готовятся к Рождеству. Медсестра проводила меня, и я, как всегда села рядом с папой и сжала его руку. - Привет, пап. Молчание, тишина. Я уже так долго не слышала голос отца, но я точно знаю, что голос его очень добрый и ласковый. - Эх, пап, завтра Рождество. Прости меня. Я так плохо поступила. Опять тишина. - Извини. Я такая глупая. Зачем я вообще нагрубила тебе тогда? Прости, -сказала я и опустила глаза. На секунду мне показалось, что все, как в детстве; я опять что-то натворила. Прихожу к папе и извиняюсь. Он смотрит на меня серьезным взглядом, а потом прижимает к себе и говорит: "Чтобы ты не учудила, я все равно тебя люблю". Да, папа всегда меня прощал, но сейчас мне стыдно, как никогда раньше. Я поднимаю взгляд на отца и понимаю, что этих слов не будет. Какая же я дура. Нагрубила отцу, ради того, чтобы провести Рождество с Билли. А сейчас у меня нет ни Билли, ни отца. Это будет самое ужасное Рождество. Я проведу его в одиночестве. Ну, что довольна, Эмили? Дурочка. Я еще немного посидела и решила уходить. На прощание я сказала папе: "Счастливого Рождества". Выйдя на улицу, я стала думать, куда бы мне пойти. Домой не хочу, надоели скучные серые стены. Я решила поехать в Редвуд, к маме. Джесс тоже сейчас там, только она вернулась, чтобы помириться с родителями. Я села в автобус и поехала в свой родной город. Давно я там не была. Я сидела и смотрела в окно. Погода и вправду предновогодняя. Зима, как волшебница. Снегопад окутывает верхушки деревьев белым пушистым снегом. Вдалеке маленькие домики сверкают и переливаются светом фонарей. Вскоре, автобус остановился, и я вышла. Вот он, мой родной и любимый город, в котором прошло мое детство. Я направилась в сторону моего старого дома. Он немного преобразился. Новые хозяева изменили его в лучшую сторону. Поднявшись на носочки, я заметила, как в окне большая семья сидела за столом и уплетала курочку. У всех хорошо, но не у меня. Я отправилась в сторону кладбища. По дороге я зашла в магазин и купила две гвоздики. Все уже потемнело, и погода уже стала холодной. На кладбище я села напротив плиты. - Мам, ну вот почему ты ушла так рано? - сказала я и у меня потекла слеза. - Я так скучаю по тебе. Мне тебя не хватает, - сказала я и положила гвоздики. Примерно час я просидела одна, со своими мыслями. Я тихо сидела и смотрела на небо. Стало еще холоднее, но мне все равно. Я взглянула на часы. 20:10. Пора домой уже. Я попрощалась с мамой и отправилась в сторону остановки. Но я опоздала, автобус уехал тридцать минут назад. Мне в голову сбрело пойти домой пешком, и я пошла по пустынному шоссе. Было холодно, но с этим поделать нечего. Так хочется тепла, хочется прижаться к кому-нибудь. Билли. Хочу к тебе. Нет. Что я говорю. Я не осознаю того, что я хочу. Я не понимаю тех людей, которые говорят: "Любовь не причиняет страданий, она делает людей счастливыми и благодарными друг другу за терпение". Почему мне любовь не принесла радость? Разве мне эта любовь принесла счастье? Вот к чему я сейчас тут распинаюсь? Потому что я до сих пор люблю Билли и хочу забыть его, но моя душа не может. Я шла и шла. Сколько уже минут или часов уже прошло? Мимо меня проехала машина, и она остановилась. - Девушка, может вас довезти? - сказал мужчина, приоткрыв дверку. После десятисекундного молчания я согласилась и села в машину. Мы ехали молча. Пару раз этот мужчина задавал мне такие вопросы: - Куда же такая молодая и красивая девушка шла одна, под Рождество? Я лишь молчала, мне не хотелось с ним разговаривать. - Почему ты молчишь? - опять задавал мне вопросы он. Я опять молчу и смотрю в окно. - Как тебя зовут хоть? - опять нарушал тишину он. - Разве это так важно? - спросила я, не отрываясь от окна. - Важно. Через окно я заметила, его улыбку. Он тоже счастлив. - Эмили. - Приятно познакомиться. А меня Билли. Я взглянула него. Это не тот Билли. - Приятно познакомиться, - промычала я. Когда мы уже подъезжали к Окленду, я попросила остановить. Я хотела еще немного прогуляться. - Может, еще встретимся? - сказал он, когда я вышла. - Нет, - отрезала я и захлопнула дверь. Я пошла вдоль дороги. Машин вообще нет. Я шла мимо кладбища. Там тоже было пустынно, но вдалеке я заметила силуэт человека. Кто будет сидеть на кладбище так поздно, да и накануне Рождества? Меня съело любопытство, и я направилась в сторону этого человека. Да уж, тупая идея. Но не могу я без приключений. Этот человек сидел на скамейке. Он, похоже, не слышит, что я иду. Я приблизилась к нему и посмотрела на этого человека. Он показался мне очень знакомым. Я не осознаю, что делаю. Я накинулась на него и обняла со всей силы. Он сначала не понял, что я делаю, а потом схватил меня и посадил к себе на ноги. - Не отпущу, - прошептал он. - Я... я не могу без тебя... - сказала я. Голос мой дрожал. - И я... Он еще сильнее прижал меня к себе. Мое сердце бешено стучит, теплота согревает душу. Несмотря ни на что, я люблю его, и не хочу отпускать. Это мой, мой и еще раз мой любимый и родной Билли. Горячие слезы снова проложили две дорожки на моих щеках и упали на холодный снег. - Ну, ну, что ты плачешь? - сказал Билли и вытер слезы. - Прости меня еще раз. Я был пьян и... - Прощаю, - перебила его я. - Что ты делаешь здесь так поздно? - Такой же вопрос я хочу спросить у тебя. Я пришел сюда на могилу своего отца. Я посмотрела на могилу. Там было написано "Эндрю Армстронг". - А что же ты тут делаешь? - Я ездила в Редвуд, к маме, а потом пошла домой и заметила тебя. Мы посидели еще немного в тишине, наслаждаясь друг другом. - Слушай, - сказала я, оторвавшись от него и посмотрев ему в глаза. - Пообещай мне, что больше никогда не бросишь меня. Он молчал и смотрел мне в глаза. Потом он схватил меня за руку и прошептал: - Никогда. Обещаю, - он поцеловал меня в лоб. Без него мое сердце медленнее бьется, без него не улыбается солнце, и ночные звезды закрывают хмурые облака. Без него… Без него мне грустно. Он коснулся очень тихо моих губ, я даже вздрогнула от неожиданности. Нежно, но настойчиво провел языком по моим пересохшим от волнения губам, перейдя в поцелуй, полный тепла. Я чувствую твое дыхание на моей щеке, твое сердцебиение и твое ласковое прикосновение. Не могу поверить, что это не сон. Нет, это наяву. Мы вместе, мы снова вдвоем, рядом. __________________________________________________________________________________ Глава получилось немножко мрачноватой, но надеюсь, она вам понравилась. И простите, что поздно