Доктор До и мистер Никто

Чонин лежит на кровати Кёнсу и наслаждается жизнью. Особенно его радует тот факт (и он же является причиной его гордости), что старший, который не любит, когда за его спиной кто-то находится, пока он сидит за компьютером, сейчас, с Чонином за спиной, спокоен. Значит, До доверяет ему, и по этому поводу Ким радуется как маленький. - Чонин, - зовёт До. Ким вопросительно мычит, давая понять, что слушает. – Ты говорил с Бэкхёном? – спрашивает Кёнсу, а младший вздыхает. Вот уже две недели, как раз с того момента как они начали встречаться, Чанёль и Бэкхён избегают друг друга. И это очень сильно беспокоило парочку, и не только потому, что это их друзья, но и ещё потому, что теперь им приходилось в столовой сидеть за разными столами, ведь Чонин не может бросить Чанёля, а Кёнсу не может бросить Бэкхёна. Проблема заключалась в том, что только на большой перемене в столовой До и Ким могли встретиться в университете. Но сколько бы они не пытались поговорить со своими друзьями и выведать причину их странного поведения, те ничего не говорили. Поэтому Кёнсу предложил поменяться местами: Чонин пытается расколоть Бёна, а Кёнсу – Пака. Но это явно был не вариант. - Он даже говорить со мной не захотел. Просто посмотрел на меня с прищуром и ушёл, - отвечает Чонин. – А ты с Чанёлем говорил? - Да, и он не убежал от меня. Хотя говорили мы не о Бёне. Теперь я хотел бы обсудить кое-что с тобой. - Что именно? – спрашивает Ким, напрягшись. Что такого мог Чанёль наплести Кёнсу? Но узнать ему это не удается, потому что в дверь стучат. - Войдите, - кричит До. В комнату входит невысокий парень с высветленными волосами и, улыбаясь, направляется к Кёнсу. – Президент Ким, - сразу же реагирует парень Чонина, поднимаясь с места и тоже улыбается. Младшему кажется, что что-то не так. Потому что он никогда ещё не видел такого Кёнсу – старший улыбается так мило-премило (на самом деле натянуто), а когда блондин треплет волосы До, тот краснеет от смущения (на самом деле из-за хорошо скрываемого раздражения). - Что ты, Кёнсу, я же говорил, называй меня просто Джунмёном, - говорит приятным (и немного слащавым, как кажется Чонину) голосом блондин. – А это?.. – и парень вопросительно смотрит на младшего Кима. - Это… - начинает Кёнсу, но Чонин его опережает. Он подскакивает и хватает блондина за руку. - Я его парень. Ким Чонин, - он трясёт руку президента и приветливо скалит зубы. Младший с удовольствием отмечает, что он выше Джунмёна. - Ладно, - тянет удивлённый поведением своего парня Кёнсу, но внутри тихо хихикает. Кажется, кто-то неправильно истолковал ситуацию и теперь ревнует. – Так что вы хотели, презид… Джунмён? - Ах, да, - спохватывается блондин и вытаскивает свою ладонь из крепкой руки Чонина, что, кажется, вывихнул ему пару пальцев. – Я пришёл за документами, которые ты должен был занести мне ещё вчера. - Ой, простите меня, как я мог забыть? – наиграно-виновато говорит Кёнсу, но замечает это только Джунмён. Кёнсу плюхается обратно на стул и начинает рыться в столе. Спустя несколько секунд он уже вытаскивает нужные листки и протягивает их блондину. – Здесь должны быть все, но если чего-то не досчитаетесь, заходите ещё, - и он снова мило улыбается, но на этот раз не для того, чтобы позлить Джунмёна, а специально для Чонина – тот слишком мило ревнует. - Обязательно, - едва скрывая злость, говорит президент и уходит. Спустя минуту Чонин понимает, что он всё ещё стоит и смотрит вслед Джунмёну, поэтому он садится на кровать. Недолго думая, он разворачивает кресло с хитро улыбающимся Кёнсу на нём к себе. Не успевает До сказать ничего ехидного из того, что придумал, как в его губы сразу же впиваются грубым поцелуем, выбивая воздух из лёгких. Чонин целует зло и с языком, у них впервые вот так. Но Кёнсу только рад и с удовольствием поддается. - Прелесть, - шепчет До в губы младшего, когда тот отстраняется, задевая пальчиками кожу на щеках Чонина. – И ты ещё говорил, что ты мистер Никто? Пак явно соврал мне, ты восхитительный, - Кёнсу снова тянется за поцелуем. Чонин почти пьянеет от его губ, рук и слов, но вот до него доходит смысл сказанного. - Стой, что? – спрашивает он, садясь ровно и отодвигаясь от Кёнсу. Тот раздосадовано вздыхает и откидывается на спинку кресла. – Чанёль рассказал тебе? - Ну, он пытался уйти от разговора о Бэкхёне, так что начал рассказывать об этом, - поясняет Кёнсу. – Он, конечно, поступил нехорошо, но не могли бы мы забыть об этом и вернуться к тому, чем занимались раньше? – просит До, стараясь улыбаться как можно милее и желаннее, но Чонин только смотрит на него немигающим взглядом. - Мы можем и не возвращаться к этому разговору, - бормочет Чонин, а затем громче добавляет: - Но есть ещё кое-что. Что это за президент Ким? – младший даже не скрывает свою ревность, хотя прекрасно понимает, что До сейчас может послать его куда подальше, ведь они вместе всего лишь две недели. Но Кёнсу всё ещё улыбается. - Это президент студсовета Ким Джунмён. И мы с ним ненавидим друг друга, - говорит До, пододвигаясь к Чонину и наблюдает за его реакцией. Тот удивлённо смотрит. - Правда, что ли? А чего ж вы так мило улыбались? Он ещё тебя по голове потрепал, - и младший повторил действия блондина. Кёнсу почти заурчал от прикосновения, но Чонин уже убрал руку. - Боже, Чонин, это же просто наигранная вежливость, что скрывает нашу ненависть. - И почему же вы друг друга ненавидите? - На первом курсе меня подселили к нему. Во время вечеринки по поводу начала учебного года, что проходила у нас, он порвал мой постер с далеком*, - сказал Кёнсу и замялся. - А ты? - Ну, а я… - До стыдливо опустил глаза. – Я порвал его постер Лэя с автографом. А потом мы подрались и меня переселили сюда. - Постер Лэя с автографом? – переспросил Чонин. Он уже прекрасно знал о всех знаменитостях в институте, в особенности про местную звезду танцпола Лэя, по которому тащились все без исключений. – За постер с какой-то перечницей? - Ну, да. И мне стыдно. Но извиняться я не буду. К тому же Джунмён мне разбил губу и поставил синяк под глазом, так что мы квиты, - мямлил Кёнсу. Ему совершенно не нравился этот разговор, он не привык чувствовать себя виноватым, поэтому он решил перевести тему в другое русло. – А теперь на счёт тебя, мистер Никто, - Чонин сразу помрачнел. – Раз уж не хочешь со мной целоваться, то хоть объясни мне, чего это ты так о себе думаешь? Младший вздохнул и упал на спину, прикрыв глаза. Он не горел желанием обсуждать эту тему с Кёнсу и совсем не потому, что тот мог согласиться с ним и разорвать отношения, нет (разве что немного). Просто ему и самому не нравилось об этом думать. - Эй, - зовёт Кёнсу спустя пару минут молчания. Чонин открывает глаза. - Ну ладно. Только пообещай, что мы это больше никогда не будем обсуждать, - просит он. Старший кивает и присаживается на кровать рядом с Чонином. Тот начинает рассказывать. - Я всю свою жизнь чувствую себя никем. Родители всегда ставили мне в пример сестёр, ведь те такие красивые, умные и правильные, поэтому я рос их младшей мальчишеской копией, учился на одни пятёрки. Но из-за того, что точные науки давались мне плохо, приходилось сидеть за уроками дольше, поэтому у меня не было друзей. Я не гонял мяч с мальчишками и не писал записки девчонкам, а просто учился или помогал матери по дому. И потом я поступил сюда, на специальность с точными науками, только потому, что так сказали родители, а не потому, что я так захотел. Потом я встретил тебя, - Чонин перевёл взгляд на Кёнсу и тот вздрогнул. – Вот ты-то точно кто-то. У тебя есть увлечения и верный друг, ты выбрал для себя профессию, которая определённо нравится тебе. Я же ровным счётом никто – ни хобби, ни увлечений. У меня только будущее, от которого уже тошнит, и двое парней, которых я не рискну назвать пока друзьями, хотя хотелось бы. Ким умолк, ожидая реакции Кёнсу, которая заставила его опешить. - Ты дурак, Чонин, - с улыбкой сказал старший. – Знаешь почему? – парень отрицательно замотал головой, удивлённо смотря на своего парня. – Потому что ты ничегошеньки не видишь. Чанёль и Сехун - твои друзья, я в этом уверен, спроси у них сам. У тебя есть парень – я. А это значит, что ты не никто, иначе ты бы мне не понравился. Ты добрый и милый, а ещё ты хорошо целуешься, - сказал Кёнсу, улыбнувшись. Чонин легко улыбнулся в ответ. – И копией своих сестёр ты не можешь быть. Возможно, ты на них похож, ведь вы родственники, но всё же ты личность, а значит, не похож ни на кого. А на счёт будущего… Кем ты бы хотел быть? - Ты будешь смеяться, - замялся Чонин. - Уверен, что нет. Скажи мне, - настаивал Кёнсу. - Журналистом, - нехотя признался младший. – Или писателем. - Это же замечательно! – воскликнул До, тем самым удивив Чонина. Когда он говорил о своих мечтах родителям, те только скептически смотрели на него и посмеивались. – Ты должен поговорить с родителями. Объясни им, что ты – не твои сёстры, что хочешь идти своим путём. Они обязаны понять. Чонин неуверенно посмотрел на своего парня. Тот говорил вдохновляющие и успокаивающие вещи, но Ким прекрасно понимал, что родители его не поймут и они только разругаются. Но расстраивать довольного Кёнсу не хотелось, поэтому Чонин произнёс: - Хорошо, я попробую. Спасибо тебе, хён, - и младший переплёл пальцы их рук. - Ну, надо же, ты впервые назвал меня хёном, - и Кёнсу усмехнулся. – А теперь мы можем вернуться к поцелуям? – До наклонился к лицу Чонина, но щёки у того предательски заалели. Ревность прошла, а значит, вернулось смущение. Кёнсу засмеялся. - Мы вместе две недели, а ты всё ещё смущаешься? - И ничего не смущаюсь, - сердито говорит Чонин и, в доказательство своих слов, целует Кёнсу. Для этого ему приходится подняться на локтях, что чертовски неудобно, но он не обращает внимания. Старший сам углубляет поцелуй и обхватывает своими пальцами лицо Чонина. Тот благодарно мычит в поцелуй, потому что щёки у него горячие, а пальцы Кёнсу холодные. Они целуются так долго, что у Чонина даже руки успевают затечь. Но всё же когда-то им приходится оторваться друг от друга. - Чёртов Ким Чонин, - шепчет Кёнсу после поцелуя. – Влюбляешь меня в себя с каждой минутой всё сильнее и сильнее. - Ты меня тоже, - врёт Чонин, смущённо улыбаясь. На самом деле он уже давно влюбился так, что сильнее невозможно. А тем временем возле преподавательской. - Сехун? Что ты здесь делаешь? – спрашивает Хань, натыкаясь на своего студента. - Учитель Лу, я хотел спросить, у вас ведь есть факультативные занятия? – спрашивает О, мило улыбаясь. Хань, как всегда, немного теряется от этой улыбки, но быстро приходит в себя. - Есть, но они со старшекурсниками, - отвечает старший. - А, ясно, - улыбка меркнет, и Лу Хань чувствует себя виноватым. - А что ты хотел? - Ну, я… хотел язык лучше подучить, - тихо говорит Сэ. Вид у него настолько неловкий и жалкий, что Хань принимает решение, о котором потом может очень даже пожалеть. - Я могу проводить для тебя индивидуальные занятия, - говорит молодой мужчина. - Правда? – Сехун начинает сиять как начищенный чайник, Лу даже кажется, что он слепнет. - Да, можешь приходить после моих факультативов со старшекурсниками. Полчаса или час я могу тебе уделить, - говорит преподаватель. – Расписание висит здесь на кафедре, - и он тычет пальцем на стенд, что висит рядом. - Спасибо вам большое, - горячо говорит Сехун и в порыве своей благодарности даже хватает Лу Ханя за руку. Вдруг по коридору разносятся крики, и оба парня поворачиваются в их сторону. - Бэкхён, постой, - звучит знакомый низкий голос, а шаги стихают – они остановились. – Мне не нравится, что мы игнорируем друг друга. - Просто свали, Пак Чанёль, - разносится по пустому коридору шепот Бёна. – И не смотри на меня. - Бэкхён, - умоляюще тянет Чанёль, но его перебивают. - Чего ты хочешь от меня? Чтобы всё стало как раньше? Чтобы я забыл свой позор, и мы снова могли ссориться и грызться? – говорит старший, а Пак на секунду зависает. - Нет… Я не хочу. То есть хочу, но не ссориться. Я… - и Чанёль замолкает, не зная, что сказать. - Ну, так знай, что я не могу забыть. Мне стыдно, - тихо говорит Бён. – И ссориться я тоже не хочу. Поэтому давай и дальше игнорировать друг друга. Бэкхён уходит, оставляя Чанёля, Сехуна и Ханя одних в коридоре. Последние двое не смеют и слова сказать, боясь выдать своё присутствие, но Пак их и не замечает. Спустя минуту он уходит, давая Лу Ханю облегчённо выдохнуть. Он чувствует себя неловко за то, что подслушал личный разговор своих студентов, хотя ничего из него не понял. Сехун тоже почти ничего не понял, но зато теперь он знает, что больше не будет расспрашивать Чанёля о том, что же между ним и Бэкхёном случилось, теперь он знает, что Пак не расскажет. - Э… - наконец-то подаёт голос Лу Хань. Он только сейчас замечает, что Сехун до сих пор держит его ладонь в своих руках, и это неловко. Мужчина высвобождает её из захвата и нервно улыбается. – Что же, Сехун, тогда до завтра. - До свидания, учитель Лу, - легко улыбается Сехун и уходит туда, куда минуту назад ушёл Чанёль. За секунды его улыбка превращается в хитрую. В который раз он уверяется, что ему стоило поступать в театральное училище. _________________________________________________________________ *Далек – вдруг кто не помнит, далеки вспоминались уже ранее. Это враги Доктора, они похожи на перечницы и у Кёнсу висит плакат на стене с одним из них.