Кафе «Перекресток»

*** Пока дождался Царя зверей – извелся. Сходил в ближайший магазин, снова вернулся к «своему» подъезду, и меня еще и запустили. В итоге устал ждать и почти успокоился. А когда он позвонил, я даже расстроился. Вот и все, ожидание закончилось. Сейчас я выйду, сяду к нему в машину, мы поужинаем, поедем к нему, займемся сексом, и я вернусь домой, к Дане. А Льва забуду, как наваждение. А вскоре уйдет и Кроля. И я снова буду один, как и раньше. – Может кота завести? – Что? – Что? – резко торможу и натыкаюсь на льва. – Ты что-то сказал про кота? – улыбается мужик. – Я сказал это вслух? – Да. Так что там про кота? – Завести хочу. Кота, – подхожу к нему совсем близко. А он высокий, и пахнет от него дорогим парфюмом. И пальто у него не из секонд хенда. А свитер на вид такой мягкий, так и хочется потрогать. Нахрен мне этот ужин? – Кот – это хорошо, – Лев согласно кивнул и направился к машине. – Так куда поедем? – Может, к тебе? – отвечаю, когда усаживаюсь в авто. – А ужин? – Царь зверей удивленно вздергивает бровь. Изящно. – Я не голоден, к тому же, мы все равно в итоге поедем к тебе. Так чего тянуть… льва под хвостом? – Под хвостом не стоит, это больно. Значит, едем ко мне. – Угу. Лева пристегивается, выруливает со двора и, не прекращая улыбаться, выезжает на дорогу. Пытаюсь выглядеть бодро. Хотя внутри всего трясет. Гребаный Царь зверей запал в мозг, и как его оттуда вытравить, я не знаю. Надо заняться с ним сексом и забыть. Отношения мне не нужны, тем более с ним, значит и знакомиться особо близко смысла нет. Оба получим то, что хотим, и разбежимся. – Тимур, расскажи о себе что-нибудь, – спустя время интересуется Лев. – Хм. Например? – ну и нафига оно надо? Просто заполнить пустоту? – Ну, не знаю. Давно в кафе работаешь? – Года четыре уже. – Нравится? – Вполне. Главное, удобно с учебой совмещать. – Ты учишься? Где? – Да я уже заканчиваю. Летом диплом. – И куда потом планируешь? – Потом решу, если родители помогут – открою свой бизнес. – О! – на лице мужика появляется интерес. – И какой же? – Не скажу, – ага, счас! Так я тебе все и выложил. – Черт, ну мне же интересно. Может, я советом помогу? – Ага, особенно, если я конкурентом буду. Ты же бизнесмен? Насоветуешь мне, и буду я всю жизнь долги раздавать. – У меня своя строительная фирма, если ты не собираешься строить дома и гос.объекты, то мы можем подружиться. – Не, строить я не планировал. Я хотел кафе открыть, – прикольно, строитель. – Почему кафе? – Я в курсе, что их как собак на каждом углу. Но мне нравится. Мне вообще-то Перекресток нравится, но его не продают. – Слишком большая конкуренция и невысокий доход. С одним кафе прогоришь. Нужно открывать сеть. Кафе, рестораны, столовые. Разные названия, блюда, ассортимент и контингент. Чтобы в случае, если одна точка понесла убыток, перекрыть его другими. – Я не говорил, что у меня папа миллиардер. – Возьми кредит, начни с двух разных точек. Постепенно построишь сеть. – Ага, спасибо. Блин, может не торопиться с ним разбегаться? Он вроде умный, хваткий, да и связи у него наверняка есть нужные. А еще у него есть мерзкий характер и дурные привычки: бить людей и выгонять любовников на улицу. – А давно ты строительством занимаешься? – С пятнадцати лет. Сначала без документов вкалывал, деньги были нужны, брата кормить да одевать. Когда восемнадцать стукнуло, устроился официально. Стал откладывать, в итоге выкупил небольшую фирму, развил ее, занял нишу. – Так ты у нас крутой? – Ну, не бомж уж точно. Ты с родителями живешь? – Не, один. Мне на восемнадцать лет квартиру подарили. Дед уехал к дочери, маминой сестре жить, а я в его квартиру. Она маленькая, зато моя. – В старом доме? – Ясен пень, не в новостройке. – Это хорошо. Я знаю, как сейчас строят некоторые деятели. – А ты не так строишь? – Я – нет, я больше по крупным промышленным объектам. Там другой уровень, контроля в том числе. – Ого. А что ты сейчас строишь? – Сейчас у меня торговый центр на этапе свай. Только с заказчиком загвоздка вышла. Но, думаю, утрясем. Мы, кстати, приехали. Я окинул взглядом дом, у которого мы остановились. Обычная сталинка. Разбитый двор, перекошенные лавки, кое-как обрезанные деревья. – Сапожник без сапог? Или спец-хата, мальчиков водить? – Это моя единственная квартира. Я ж говорю, знаю, как строят. Мне ее хватает. Зато ремонт сделан, проводка и трубы заменены. И все это по бросовой цене. Подарок от подрядчика. Проходи. Лев запустил меня в подъезд и улыбнулся. Походу, подрядчик был сильно влюблен в хищника. Такие подъезды еще поискать. Чистенько, светло, красота. – Твоя заслуга? – уточняю у Льва. – Моя. И соседи меня теперь любят и кости мне не перемывают. – Удобно. А они в курсе того, что ты гей? – В курсе, вот и пришлось ремонт делать за свой счет. Задабривать. – М-да, в нашем бы свинарнике какой строитель прокосячил, а то ходить страшно, про лифт я вообще молчу. – Добивайтесь ремонта от ЖКХ. – Добьешься от них. – Если захочешь, добьешься. Мы пришли, – мужик открыл дверь и впустил меня в квартиру. Действительно, ремонт. Блин, хорошо быть строителем. Переквалифицироваться, что ли? – Чай, кофе или чего покрепче? – Чай, – отвечаю на автомате. Черт, я же не хотел ничего такого. А теперь не скажешь, что передумал. Провожаю взглядом Царя зверей, скидываю боты и иду следом. – У тебя уютно. – Спасибо. Тебе бутерброд сделать? – Я не голоден, – только закрываю рот, как желудок предательски начинает урчать. – Оно и видно, – усмехается мужик. – Иди, мой руки, я сейчас что-нибудь сооружу по-быстрому. Киваю и пунцовый прусь в ванную. Черт, стыдно. И чего он такой заботливый? Нормальный мужик уже разложил бы и трахал, а этот кормит, разговорами развлекает. Все равно же больше не увидимся! – А ты единственный ребенок в семье? – интересуется Лев, когда я возвращаюсь на кухню. – Есть два брата и сестра. Младшему пять лет только. Его усыновили. – Твои родители молодцы. Не каждый на такое решится, в их возрасте. – Да они вообще без башки оба. Но добрые очень. – А они знают про твою ориентацию? – Нет, конечно. Они добры, но не ангелы. Да и мне Дамир башку свернет, если узнает. – Дамир? – Брат, старший. – Вы с ним не ладите? – на лице хищника проскальзывает какая-то горечь. – Ладим, ну, как могут ладить братья. В детстве дрались, но он меня защищал в школе. Сейчас общаемся, но не очень часто. Но башку мне свернуть, чисто для профилактики, он может. – Повезло тебе. – А ты со своим братом не ладишь? – Нет. Он погиб. Тим, я не хочу о нем говорить, прости. Блин, я же не знал! Он сам упомянул брата, вот я и решил спросить. А теперь еще и думать об этом буду. Черт, надо завязывать уже с чаем с этим. – Не подумай ничего, просто мне до сих пор больно о нем вспоминать. Мы с Яшкой очень дружили, хоть я и старше на шесть лет. А когда его не стало, я чуть с ума не сошел. – Мне жаль, – блин, вот не знаю я, что в таких случаях говорить надо. – Забудь. Лучше расскажи, часто у себя в кафешке парней снимаешь? – Бывает, – отвожу взгляд. Почему-то немного стыдно. Хотя я здесь именно из-за съема, только я еще не понял, кто кого подснял, и чего этот Лев добивается, выспрашивая у меня все подряд. – Распутный мальчишка? – щурит свои темные глаза и улыбается. – А чего мне стесняться? Девственность до брака хранить нет смысла, меня замуж не возьмут. – Почему это не возьмут? – Редкий мужик обрадуется, если у невесты борода и яйца. Так что, имею право погулять, пока молодой, – говорю с ухмылкой. А чтобы подкрепить свои слова, провожу пальцами ноги по его брючине, от колена к паху. Лев на пару секунд замирает с непонятным выражением лица, потом резко встает, огибает стол, рывком ставит меня на ноги и впивается мне в рот жестким требовательным поцелуем. Вот это именно то, что мне надо. Нам обоим. Хватит разговоры разговаривать, пора заняться делом. Отмираю, и начинаю избавлять хищника от одежды, ну, в силу своих возможностей. Интересно, какой этот богатенький мужик на ощупь? Мягонький и тепленький? Запускаю руки под кофту. Провожу ладонями по спине. Нихрена он не мягонький. Он как камень, напряжен, мышцы задеревенели, и такой он весь. Стягиваю свитер и бегло оглядываю любовника. Грубая кожа, под которой скрываются когда-то мощные бугры мышц. Да, это сейчас у него чуть обвисло пузо, кстати, возможно и из-за возраста. Сколько ему? Лет тридцать пять? Сорок? Зато шея до сих пор как у быка. Захочешь задушить, пальцы сломаешь. Вот что значит с пятнадцати лет на стройке. – Не нравлюсь? – выдыхает Лев мне в ухо. – Нравлюсь. То есть, нравишься, – выныриваю из своих мыслей. – Ты не похож на бизнесмена, скорее на работягу. – Я и есть работяга. В офисах не просиживаю, а если надо, могу и кирпичи потаскать. Тебя тоже могу потаскать, если не заткнешься и сам не пойдешь в комнату. – Потаскай? – вдруг просыпается во мне что-то игривое. Ага, думал, пошутил. Наивный! Меня без лишних слов перекинули через плечо, я только ойкнуть и успел, и понесли в спальню. Радует, что довелось полюбоваться его задницей, пока не улетел на кровать. Царь зверей все также без лишних слов снова начал выцеловывать на мне тайные узоры, попутно срывая одежду. С нас обоих. Черт, он такой горячий и дикий, мне даже немного страшно. Хотя хищник действует очень аккуратно. Следов на мне, скорее всего, не останется. Сила и нежность. Как оно в одном звере уживается? Хочу его, дикого. В противовес Кроле. Чтобы контрастом по нервам. Чтобы не думать ни о чем. Раствориться в нем. Пусть и на одну ночь. – Не сдерживайся, прошу, – шепчу Царю зверей на ушко. Лев с рыком срывает с меня штаны и, ловко развернув, ставит на четвереньки. А вот подготовиться стоило. Ну, или хотя бы помалкивать! – Хочу тебя, Тим, – горячий шепот меж лопаток. – Хочу всего, без остатка. Сильные руки проходятся по ребрам, прижимают к мощной груди на пару секунд. Мой любовник отстраняется, шуршит чем-то, щелкает. Не оборачиваюсь. Доверяюсь. Хочу его. Скользкие пальцы прошлись меж ягодиц, слегка надавили на анус. Черт, там почти три месяца никого не было, заросло уже все и мхом покрылось! Помягче, Левушка! Словно услышав мои мысли, Царь зверей начинает медленно и очень аккуратно растягивать меня. Очень медленно. А я начинаю дрожать в нетерпении. Черт, не читай больше мои мысли! Хотя нет, читай. Вот эту читай: трахни уже, не могу больше терпеть! – Ты готов? – рычит в меня Лев. Ой, мама! Я не знаю, мне страшно, но я готов. Киваю в согласии, не смотрю на него. Я в клетке с хищником, и не знаю, будет он меня облизывать или разорвет на куски. Боюсь, но уйти не в силах. Лев медленно входит, и я выгибаюсь. Больно! Он огромный, мля! Только не останавливайся! Резко подаюсь назад, чуть он замедлился. Закусываю губу. Черт, как хорошо, что он не видит моего лица. Как же больно и как хорошо! Сдохну счас от счастья. Нет, сначала кончу, а потом сдохну. Царь начинает двигаться, плавно натягивая меня на себя, постепенно увеличивая амплитуду и скорость. Стараюсь дышать. Сначала носом, потом сквозь зубы. Постепенно срываюсь на всхлипы. Черт, как хорошо, хорошо, хорошо… Сминаю простыни в пальцах. Руки не держат, падаю вперед, вгрызаюсь в ткань зубами, стону в нее, вою. Только не останавливайся. Тянусь к себе рукой, но мою ладонь перехватывают. – Потерпи, я скоро. Подожди, – сбивчиво шепчет мой любовник. И я терплю. Хочу улететь с ним одновременно. Его ладонь продолжает сжимать мою, переплетаясь пальцами. Тем временем вторая спускается с живота к моему члену. Я на взводе, пара движений – и меня уносит. Срываюсь на тихий вой-стон, чувствую его в себе, на себе, рядом с собой. Он везде. Окутал меня собой, укрыл, спрятал. Как же хорошо! Отдышавшись, Лева осторожно выходит и я, обессиленный, падаю на простыни. – Ты живой? – дышит он мне в затылок, шевеля мокрые волосы. – Нет. Хищник довольно усмехается. – Отдыхай, я рядом. Хочется спать, но нельзя. Надо как-то собираться в твердую массу определенной формы, но тело не хочет, оно растеклось лужей по постели и ему хорошо. Поворачиваю голову и смотрю на Льва. Он красивый. Вот сейчас, когда он так близко, буквально в паре сантиметров от меня, он очень красив. Короткий ежик волос, темные глаза, высокие скулы, волевой подбородок. Очень жаль, что он ублюдок, который выбрасывает из своей жизни надоевших людей, как надоевшие вещи. А может Данька с ним и жил столько времени, что он такой? Рядом с ним можно расслабиться, ему хочется доверять. От него веет уверенностью и силой. И надежностью. Может, стать его вещью? Пусть на время, пусть потом выбросит, но сначала… Нет, надо уходить. И так уже слишком близко. Нельзя так. Не с ним. Хотя, если бы я с кем и остался, то только с хищником. Жаль, что это невозможно.