Тестер

Кас стоял и смотрел в окошко больничной палаты. За стеклом была маленькая комната с кроватью, напичканная всяким медицинским оборудованием. На кровати лежал парень. Его тело заботливые медсестры аккуратно накрыли покрывалом. Его лицо было сильно избито. На нем была трубка, через которую в его легкие поступал кислород. Глаза закрыты. Датчик измерения пульса мерно пикал в углу. Кастиэль стоял здесь уже достаточно долго, но войти не решался. В палате парня никого не было, ни родственников, ни друзей. Впрочем, друзей у него и не было. Касу было странно смотреть на парня. Он еще никогда не выглядел ТАК. Кастиэль видел его не в таком уж большом количестве состояний, но и тех наблюдений ему хватило бы, чтобы понять, что парень еще не был в настолько плохом положении. Впрочем, его избитое лицо не выражало ни страха, ни обиды, ни злости, ничего из того, что можно было бы сейчас ожидать увидеть на его лице. Скорее, это была пустота, дикая безмолвная пустота. Ни скорбь, ни отречение, а именно пустота, одно большое всепоглощающее ничего. Парня легко можно было бы принять за мертвого. Хотя многие и говорят, что люди в этом состоянии больше похожи на спящих, Касу так не казалось. Для него этот парень действительно казался мертвым и от этого руки Кастиэля непроизвольно сжимались в кулаки. Когда к палате подошла небольшая группа людей, Кастиэль все еще не торопился отходить от двери. На этаж к пациентам в тяжелом состоянии его пропустила милая девушка на рецепшене, сказав, что он может войти на пару минут, как очень близкий друг больного, но попросила не попадаться на глаза врачам и родственникам, если они придут. Поэтому Кас все же сделал несколько шагов в сторону, пропуская подошедших. Это были отец и мать пострадавшего, а также его брат. Вместе с ними в палату вошел врач. Уже через десять минут врач, вместе с отцом снова вышли. Кас стоял немного сбоку и наблюдал. Доктор еще раз уточнил у отца насчет лечения парня, после чего удалился вглубь длинного, выкрашенного в голубой цвет, коридора. Кастиэль подошел к отцу парня и спросил: - Вы мистер Стэнли? - вопрос был скорее из вежливости, ведь Кас и так знал кто он. - Да, а вы простите, кто? – хмурясь, ответил мужчина. Он поднял руки и скрестил их на груди, от чего его, наверняка дорогой, темно-серый костюм, сложился складочками в локтях. - Я друг вашего сына, - снова сжав руки в кулаки, ответил Кастиэль. - Неужели? Не знал, что у Льюиса есть друзья. - Поверьте, у него есть друзья. Думаю, нам нужно поговорить. Давайте отойдем в сторонку, - Кастиэль сделал несколько шагов от палаты Льюиса и, подождав пока его отец подойдет вслед за ним, толкнул того в дверной проем складского помещения, которое он присмотрел раньше. - Что вы себе позволяете? – ошарашенно спросил мистер Стэнли, вот только Кас не собирался отвечать на его вопросы. - Заткнись, кусок дерьма! – Кастиэль рывком впечатал отца Льюиса в стену и с размаху ударил его в живот. От этого мистер Стэнли согнулся пополам и начал кашлять. Кастиэль приподнял того за плечи и снова ударил спиной об стену. - Да что ты делаешь, паршивец? – крикнул мужчина, пытаясь оттолкнуть Каса. Только тот не дал себя обмануть. Он снова ударил мужчину в живот, но на этот раз немного выше, прямо по ребрам. Мужчина застонал, но, когда он поднял взгляд, Кас увидел взгляд не человека, а обезумевшего зверя. Он опять попытался оттолкнуть Каса и на этот раз у него это получилось. Мистер Стэнли со всей силы швырнул Каса о противоположную стену и набросился на него. Схватив на ходу швабру, что стояла в углу, мужчина прижал ее к шее парня и придавил. - Его вы тоже так душили, да? – прохрипел Кас, глядя прямо в свирепый взгляд отца Льюиса. - Да что ты знаешь, придурок малолетний? – злостно выплюнул мистер Стэнли. - Знаю, как вы били его, как издевались над собственным сыном, как не позволяли жить ни ему, ни кому-либо еще из собственной семьи. Знаю! – Кастиэль выкрикнул последнее слово, после чего мужчина прижал палку к его шее еще плотнее, не давая вздохнуть. Кастиэль начал брыкаться, пытался оттолкнуть мужчину, в панике открывал рот, пытаясь сделать вдох, но ничего не получалось. Он хрипел и толкал мучителя ногами, но тот, будто камень прирос к земле и не сдвигался ни на сантиметр, с каждой секундой прижимая палку к шее все сильнее и сильнее. Когда Кастиэль уже почти отчаялся и был готов потерять сознание от недостатка кислорода, то услышал фразу: - Ты болван, если всерьез решил пугать меня. Я тебя убью, и глазом моргнуть не успеешь. В этот момент кто-то вошел в помещение, в котором скрывались Кастиэль и отец Льюиса. Кас с грохотом упал на пол и начал кашлять, не имея возможности по-другому отдышаться. Перед глазами все плыло, он даже не мог понять, кто вошел в эту несчастную комнатку, тем самым сохранив ему жизнь. Единственное, что могли уловить его саднящие глаза – силуэт на фоне открытой двери. Мужчина, который еще секунду назад со всей силы вдавливал палку в шею Каса, спокойно поставил ее обратно в угол и, извинившись перед уборщиком, а это, похоже, был именно он, вышел обратно в коридор. Мужчина подошел к Касу и помог ему подняться. - У тебя все нормально, парень? Что у вас произошло? Мне стоит сказать охраннику, чтобы он арестовал того мужчину? - Нет, все в порядке, - слабым голосом ответил Кастиэль. Арестовать то этого ублюдка, конечно, нужно, но не сейчас и не таким способом. Кас вышел из складского помещения и, стараясь не смотреть больше в сторону палаты Льюиса, пошел по коридору к выходу. Уже у выхода из здания Кастиэль заметил Дина, который пытался уговорить одну из медсестер провести его к палате под номером 324, в которой лежал Льюис. Девушка отрицательно мотала головой на все его уговоры и указывала пальцем на выход. Дин отчаянно попробовал еще раз, но медсестра была неумолима. Тогда он, отвернувшись от нее и следуя к выходу, заметил Каса. Его поникшее лицо сразу стало чуть более спокойным. Он подбежал к Касу и спросил: - Как он? - Он в стабильном состоянии. Врачи не знают, сколько продлится его кома, - отвечал Кас, выходя из больницы. - Ясно. - Что ты здесь делаешь? – спросил Кастиэль, когда парни, миновав больничный парк, вышли на авеню и пошли в противоположную от больницы сторону. - Я тебя искал. Если честно, то я не знал, что вы с Льюисом друзья. - А мы и не друзья, - хмурясь, ответил Кас. - Тогда что ты здесь делал? - Мне нужно было кое с кем поговорить, - подняв выше воротник рубашки, чтобы убедиться, что синяка от недавней попытки удушения не видно, ответил Кас. - Не хочешь говорить – не надо. - Не буду. Так как ты меня нашел? - Ты не пришел в университет, я начал расспрашивать, не видел ли тебя кто сегодня. Мэг сказала, что видела тебя, но ты рванул, как ненормальный, когда узнал про Льюиса, вот я и разузнал в какой он больнице и побежал туда. - Ясно. - Кас, как прошла вчера встреча с братом? – после паузы спросил Дин. - Не хочу об этом говорить. - Ладно, - парни дошли до станции. Кастиэль спустился на перрон и стал ждать поезда до Бронкса. Дин шел следом, но уже ничего не спрашивал. Они ехали в полной тишине, не говоря друг другу ни слова. Войдя в дом с входа Кастиэля, парни сняли обувь. Дин хотел было сесть, но так и не решился. Кастиэль, бросив свою сумку на пол и сняв пиджак, сел на стул. Он поставил локти на стол и опустил голову, пряча лицо в ладонях. Дин так и остался стоять у входа. - Кас, я… - Помолчи, - тихо попросил Кас. - Уйти? - Нет, останься, только пообещай, что будешь молчать, - Кас поднял голову и посмотрел на Дина. В его глазах читалась скорбь и сожаление. Дин ничего не сказал, он только кивнул. - Думаю, я должен объясниться, - после минутного молчания начал Кастиэль. – Льюиса бьет отец, - глаза Дина округлились, но он не проронил ни слова. – Я узнал об этом недавно, предложил помощь, но мы так и не успели ничего предпринять. Его брат уже пытался сбежать однажды, но у него ничего не вышло. Я обещал Льюису, что мы сможем составить такой план, который спасет его. Я ему обещал, а в итоге смог добиться лишь того, что его папочка меня чуть не задушил, - после этих слов Кас замолчал на некоторое время и выражение скорби на его лице усугубилось. Дину стало страшно за Каса. Он хотел расспросить про этот инцидент, уточнить все ли с ним в порядке. В то же время он почувствовал себя обиженным из-за того, что Кас ничего не сказал ему об этом, подумал, что тот ему не доверяет, однако не стал выражать свои мысли вслух и даже по возможности пытался не отразить их на лице. Как бы там ни было, но Касу сейчас в миллиард раз хуже. – Ты спрашивал про разговор с братом. Вчера Бальтазар рассказал мне о том, что произошло одиннадцать лет назад. Моих родителей убили из-за работы, а вернее из-за денег, - Кас усмехнулся. – Забавно, я ведь все эти годы даже не был уверен, что они мертвы, - помолчав еще пару секунд, после чего сделав глубокий вдох, Кастиэль продолжил. – Мне было девять. Я пришел домой, там был настоящий погром, все было в крови. Я испугался, выбежал на улицу, меня подобрал какой-то мужик. Как сейчас помню его улыбку, - Кастиэль поднялся со своего стула и, подойдя к окну, закурил, долго пытаясь заставить зажигалку работать. – Он оказался педофилом. Он трахал меня на полу своего дома за городом, а потом, вдоволь наигравшись, выкинул, как использованную вещь. Он вывез меня в лесополосу. Я думал, что умру там, но потом я шел и шел, пока не наткнулся на поселок. Оттуда меня увезла служба по делам несовершеннолетних. Потом меня определили в небольшой приют. Поначалу я все время молчал, даже имени своего не говорил, а потом подумал, что, возможно все наладится. Только ничего уже так и не наладилось. Дети регулярно избивали меня, уж не знаю, чем я им не угодил. Я сбежал, когда мне было 13. Около полугода слонялся по городу, перебиваясь на огрызках из помоек. А в 14 я наткнулся на один притон. Тогда мне было уже плевать на свое тело, так что это показалось мне прекрасной идеей. Деньги там платили неплохие, да и я многому там научился. И я сейчас говорю не только про уроки минета и анального секса, - нервно хихикнул Кас, делая затяжку. – Я спал и с парнями и с девушками самых разных возрастов и комплекций, - парень зажмурился, пытаясь прогнать из головы образы. – Потом, когда я понял, что большое количество моего кровного заработка идет мимо моего кармана, я взбунтовался. И потом я снова сбежал. Впрочем, дело было не только в деньгах. Думаю, я так больше просто не мог. Мне было 16, когда я сбежал из притона в центре Нью-Йорка. Уехать слишком далеко я не мог, так что перебрался в Бронкс. Тут я снова бомжевал, пока Боб не сжалился надо мной и не позволил пожить у него, - Кас потушил еще недокуренную до конца сигарету и уставился в окно. Его не видящий взгляд скользил по пейзажу за окном, ни на чем не задерживаясь. – Это было раем. Он помог мне обучиться и поступить. При этом он ни разу не посмотрел на меня с жалостью. Он всегда видел во мне кого-то, кого я сам все никак не мог разглядеть. Ты себе даже представить не можешь, как сильно я ему благодарен, - после этих слов Кас в пол оборота обернулся к Дину и посмотрел на него глазами полными слез. Дин, не колеблясь ни секунды, подошел к Касу и обнял того со спины, целуя в щеку, целуя его веки, будто предостерегая, чтобы с них не начали течь слезы. Но они потекли и Кастиэль, повернувшись, уткнулся лицом в плечо Дина и разрыдался. Впервые за одиннадцать лет. Впервые со времени одного из начальных избиений в приюте. Именно тогда он дал себе слово, что никогда не расплачется, что не проявит эту слабость. Только сейчас эти слезы были показателем не слабости, а силы, силы Кастиэля признать свое прошлое, рассказать о нем, отпустить его. Парни лежали на кровати, обнимаясь, до самого вечера, пока в дверь не постучали. - Я знаю, что вы здесь. Я видел, как вы пришли, так что спускайтесь к ужину, балбесы, - прогремел из-за двери голос Боба и Дин, не сдержав улыбку, потихоньку перевалился на пол, помогая с этим вымотанному Кастиэлю. *** 6:30. Будильник. Проснуться, растормошить Дина. Встать. Принять душ, пытаясь игнорировать все пошлые комментарии Дина, который стоял за ширмой и умывался. Вытолкать его, когда он попытается влезть под душ вместе с Касом, потом сдаться и все-таки поделиться с ним струями своей воды, совместно намыливаясь и целуясь. Вытереться, ударив полотенцем Дина по заднице, получить в ответ по спине и, выбежав из ванной начать настоящие полотенечные бои. Найти подходящие шмотки в шкафу. Одеться. Причесать волосы, оттолкнув Дина от зеркала. Спуститься на кухню. Поздороваться с Бобом. Поговорить о последних новостях в Нью-Йорке и в частности в Бронксе. Послушать его рассказ о вчерашней смене в больнице, посмеяться. Позавтракать. Взять сумку. Выйти из дома. Поздороваться с соседями, назвав всех по именам. Мило улыбнуться, будто они с Дином приличные и вовсе не занимались сексом всю ночь. Дойти до станции. Сесть на поезд. Доехать до Манхэттена. Пройтись до своего колледжа. Подняться на второй этаж. Свернуть в сторону своей кафедры. Занять соседнюю с Дином парту. Просидеть 80 минут на практическом занятии по маркетингу. Выйти из аудитории. Пройти к столовой. Занять свой стол. Наблюдать за тем, как Сэм и Габриэль подходят к столу и порываются начать расспросы о том, где Кас пропадал вчера, но умолкают, когда он поднимает на них свой странно-серьезный взгляд и произносит: - Парни, надо поговорить. - Что случилось? – сразу меняясь в лице, спрашивает Сэм. - Я должен вам кое-что рассказать, - и Кас рассказывает им о Льюисе, говорит о том, что произошло вчера и как он облажался с отцом парня. - И что мы будем с этим делать? У тебя уже есть план, как засадить этого ублюдка в тюрягу? – несдержанно говорит Гейб, на что Кас лишь довольно ухмыляется. Именно такого ответа он и ждал от своих друзей. *** Следующие несколько дней парни только то и делают, что ищут выход из сложившейся ситуации и, советуясь с Бобом, придумывают план разоблачения мистера Стэнли, верховного судьи штата. После понимания того, что самостоятельно им не удастся сделать что-либо законно, Кас наконец решается позвонить по одному из номеров, который, как он думал, ему больше никогда не придется набрать. - Алло. - Здравствуйте. Это Кастиэль. Мне нужна помощь.