Путешествие на яхте

Острые грани бутылочного стекла остановились в опасной близости от крепкой шеи. Томас закусил губу. На капитана опасные действия не произвели впечатления. Напротив, он слегка улыбнулся: - Убей. Тогда последнее, что я увижу – это твои глаза. Не так плохо. Томас нервно усмехнулся, чуть прижал импровизированное оружие к бьющейся жилке. - Ну, давай, - подбодрил капитан. - Я же не сопротивляюсь. Если действительно хочешь убить, не тяни. Или… сам знаешь, тебе будет хуже. - Скажи, - вдруг одними губами выдохнул Томас. Вацлав облизнулся, впиваясь взглядом в темные глаза напротив. - Я сильный, я справлюсь с тобой. Я выебу тебя. Глубоко, как только смогу, - он закрыл глаза. - В прошлый первый раз у меня не получилось сразу войти до конца. Ты был такой узкий и так сжимался. Я научу тебя расслабляться и тогда ты испытаешь сплошной кайф. - Нет, - прошептал Томас, рука дрогнула. Он с ужасом проследил за алыми каплями на загорелой шее. Капитан перехватил руку, отбросил бутылку к стене, свалил легкое тело на постель. - Сопротивлялся, сучонок! - потирая шею, улыбнулся, прижимая собой брыкающегося Томаса. - Думаешь, убивать так просто? Мужчина сел на колени, схватил Томаса за ноги, с силой развел их и вдруг провел щекой сначала по одному бедру, потом по другому, глубоко вдыхая. - Вот черт! - простонал протяжно. - Ты специально облился виски! И прошёлся языком по внутренней поверхности смуглого бедра, впитывая с одуряющим запахом желанного тела терпкость алкоголя. Томас, который собирался задорого продать честь, замер, не в силах сопротивляться. Действия мужчины оказались слишком… опьяняющими, непохожими ни на что. Вид капитана, со стонами наслаждения вылизывающего его бедра, совсем спутал мысли, заставил потеряться в ощущениях. А может, запах виски так повлиял на разум… А может, довольно длительное воздержание виновато, но как только Вацлав (или Паул?) начал свое неторопливое соблазнение, жаждущее секса тело тут же откликнулось, как бы не было страшно и стыдно самому Томасу. - А ты страстный, котик, - улыбнулся Вацлав, обозревая маленькие шорты, которые внезапно тесно обтянули пах. – Не зря терся на палубе, задирая хвост… Он провел рукой по грубой джинсе, расстегивая молнию, с трудом стаскивая шортики с разгоряченного тела, словно случайно задевая напряженный орган, заставляя Томаса закусывать губу. - Я не хочу! - прошептал Томас. Капитан потянулся, снял с себя полосатую майку, не торопясь вылез из укороченных по колени джинсов. Томас с трудом собрал ноги вместе, отодвинулся на край кровати, к стене, закрыл глаза руками. - Сопротивление бессмысленно, - констатировал Вацлав, чувствуя крайнюю степень возбуждения от отчаянной позы знаменитого красавца, медленно открыл тюбик с лубрикантом, распределил прохладную субстанцию по пальцаи. Томас откинул волосы, со страхом в карих глазах наблюдая за знакомыми действиями. Почему он еще не бился в закрытую дверь, взывая о помощи, ведь его никто не держал? - Потому что на самом деле ты хочешь, - ответил на невысказанный вопрос Вацлав, схватил Томаса за изящные зарястья, легко вытащил на середину постели, уложил вниз лицом. Умелые руки скользнули под бедра, обхватили напряженную плоть. Томас попробовал избавиться от настойчивых прикосновений, но Вацлав тут же хрипло пообещал: - Свяжу. У меня есть чем. - Не сомневаюсь, - выдохнул Томас, непроизвольно закатывая глаза от ловких манипуляций на своем члене. Капитан поднял его на колени и прижался к нервной спине широкой грудью, прерывисто дыша, жадно вдыхая давно желанный запах. Томасу пришлось опереться на локти, чтобы не потерять равновесие. Сквозь прорехи в сознании он вдруг оценил свою позу и со страхом дернулся. Вырваться не получилось. Вацлав одной рукой умело дарил Томасу сказочное наслаждение, ритмично скользя по стволу, лаская чувствительную головку, а другая рука сжала яички и устремилась от члена дальше, между сомкнутых круглых половинок. Скользкие пальцы пощекотали сжатое отверстие, но не проникли внутрь, опять прошлись по промежности, туда, где кожа такая тонкая и чувствительная, осторожно потискали яички. Вернулись к анусу, палец быстро вошел несколько раз наполовину, только раздразнив, вышел, лаская… Когда процедура повторилась еще раз, тело Томаса не выдержало, прогнулось в пояснице, он уже чертовски хотел проникновения, забыв про стыд. Низ живота горел, от члена до ануса словно перетекал жидкий огонь возбуждения, колени дрожали. Томас облизал пересохшие губы и сжал зубы, боясь унизиться до пошлого стона. Стон все-таки вырвался из горла, когда наконец в него плавно погрузились длинные пальцы, изучая, протискиваясь в узкую пылающую глубину. За спиной Томас услышал почти звериный рык, ощутил зубы на плече. Пальцы внутри и рука на члене начали двигаться в одном ритме, заставляя забыть о приличиях. Кроме всего, Томас внезапно понял, что Вацлав терся о его бедра своим членом. Вылизанная от виски кожа стала чертовски чувствительной, и нахальные потирания добавляли перчинки происходящему. За несколько минут многоуровневой сексуальной атаки Томас дошел до самого пика, чувствуя приближение разрядки, зажмурил глаза, насадился со всей силы на пальцы, сладко терзающие сзади… И за мгновение до наступающего оргазма, практически вместе с первой пульсацией, Вацлав резко вошел в умело растянутую дырку, вызвал громкий стон не то боли, не то сильного потрясения. Тело под ним содрогалось, оставляя на руке вязкую жидкость, и продолжало двигаться в такт быстрым толчкам, продлевая наслаждение. Капитан сам уже балансировал на пределе возбуждения и знал, что рисковал, вторгаясь на начале оргазма, но похоже, это оказалось правильным решением. Боль и глубина проникновения только увеличили удовольствие, растянули дикие конвульсии Томаса от собственного пика до того момента, когда Вацлав с громким стоном пролился глубоко внутрь. Когда комната перестала кружиться перед глазами, капитан скатился с дрожащего под ним тела и потянулся за сигаретами. Томас медленно перевернулся на спину, потер ладонями глаза, полные непролитых слез, выговорил охрипшим голосом: - Ненавижу. Вацлав улыбнулся, чиркнул зажигалкой, затянулся с удовольствием. – Я знаю. - А курить в постели после секса – верх пошлости! - вдруг выдал Томас. Вацлав удивленно посмотрел на жертву насилия, засмеялся, выкидывая сигарету и страстно целуя Томаса в покрасневшие губы. Тот отворачивался, впрочем, не особенно успешно. Потрясение от пережитого было еще сильно. - Пойду к себе, - решительно отпихнув капитана, Томас попытался сползти с постели. Качаясь, натянул шорты, остановился в дверях. - Ты похотливое чудовище, Паул. - Да, - согласился Вацлав и облизнулся. - А ты быстро всему учишься, котик. Приходи к бару, надо выпить. Капитан встал с постели, прошел к выходу, отщелкнул замок. Томас фыркнул и, собрав остатки гордости, хлопнул дверью. Вацлав блаженно зажмурился, вдыхая еще оставшийся от недавнего побоища запах легкого свежего парфюма Томаса, его волос и спермы. Он допивал первую порцию виски, когда на палубе появился Томас - спокойный, даже словно умиротворенный, в льняных длинных шортах и желтой футболке, с расчесанными волосами, собранными в длинный хвост. Осторожно поместился в шезлонг, вытянул длинные ноги, посмотрел на Вацлава. - Ты обещал выпивку, капитан. Вацлав слез с барного стула, сел около Томаса на теплые доски палубы, протянул свой стакан. - Я не пью виски, тем более со льдом. И так связки на пределе, - усмехнулся Томас. Вблизи капитан почувствовал, что спокойствие наигранное, и Томасу просто необходима терапевтическая доза алкоголя. Вацлав насильно вставил стакан в загорелую руку. - Это лучшее, поверь. Я не решусь смешать коктейль или шампанское, ты тут же опьянеешь и устроишь истерику. У тебя сейчас отходняк начнется. - Какой отходняк? - удивился Томас, послушно сжимая стакан. Вацлав улыбнулся и пошло облизал губы. - Отходняк после секса. В моем виски лед уже растаял, там воды больше половины. - Не знал, что после секса может быть отходняк, - удивился Томас, осторожно пробуя напиток. - Так это, смотря после какого секса, - подмигнул капитан. Томас посмотрел в стакан. - Мм… неплохо. Только все равно крепко. - А ты все не пей. Главное, чтобы пахло виски, тогда можешь устраивать любые выходки. Вацлав отошел к бару, кинул в стакан льда, залил виски и вернулся к Томасу. - Вацлав! - крикнул из рубки старпом. - Моторы запускать? - Да! - громко отозвался капитан, а Томас задумчиво спросил. – А почему Вацлав? Ты же Паул? - Меня зовут Вацлав. В армии мне дали новое имя. Я воевал под именем Паул. И наемником тоже… Это псевдоним, Бернд Вайдунг. Ты сам реши, как меня называть. На палубу вышел Хосе, жмурясь от яркого солнца. - О, они тут виски хлещут, пока я нашим дамам сопли вытираю! - засмеялся он. - А нефиг! – немного нервно отозвался Томас. - Присоединяйся к мужскому разговору! Когда женщины, возбужденные от недавнего просмотра, появились у бара, мужчины уже вели запутанную беседу, размахивая стаканами. - Вот и оставляй их одних, - покачала головой Нора. - Уже вовсю отдыхают. - Главное, чтобы за борт не вывалились, - сделала большие глаза Катарина. - Здесь акул нет, - спокойно отозвалась Анна. - Выловим. Нервное состояние Томаса бросалось в глаза. Нора подозрительно потянула носом воздух. - Дорогой, ты тоже виски пьешь? Хочешь помучаться? - Там одна вода, - попытался успокоить жену Томас, усмехаясь. Он вдруг поймал себя на желании громко засмеяться без всякого повода и нервно закусил губу. Анна посмотрела на него, взглянула на капитана, удивленно подняла брови, но ничего не сказала. - А ты почему не в шортах? - Нора уставилась на ноги мужа. - Я себе яйца твоими шортами натер! - выпалил Томас. Хосе похабно заржал. Нора покачала головой, но не стала возмущаться явно неадекватным поведением мужа, списывая на опьянение. Томас пошевелился в шезлонге, слегка поморщился. Вацлав заметил его болезненную гримаску и улыбнулся, придумав повод зайти попозже. Поздно вечером, когда Томас, одетый лишь в спортивные брюки, досматривал очередную серию по телевизору, в дверь каюты тихо постучали. Гостей Томас не ждал. Подумав про Нору, он распахнул дверь. В каюту просочился капитан, подмигнул опешившему Томасу. - Добрый вечер. - Ты охренел? - прошипел тот, начиная закипать. – Зачем приперся? - Не ругайся, котик, - хитро улыбнулся Вацлав. - Я принес волшебное средство. - Мне не нужно! - сразу испугался Томас, увидев, как капитан достает из кармана маленькую баночку. Вацлав картинно закатил глаза. – Это чудный тайский гель, заживляет и снимает отеки. Завтра будешь как новенький. Ненадолго, правда… Сам справишься? - Ээ... - медленно соображая, для чего нужен волшебный гель, промычал Томас. Вацлав театрально вздохнул, свинтил крышку, притянул Томаса к себе, стягивая с него брюки. - Ой не надо! - по-девчоночьи пискнул Томас. - Хорошо, не буду, - согласился Вацлав, обильно смазал пальцы чудным гелем, запустил руку в спортивки, другой рукой ловко закидывая его ногу себе на поясницу. Томас тяжело дышал Вацлаву в шею, чувствуя, как холодный палец осторожно проникал в зудящее отверстие, распределял прохладную субстанцию, дразнясь, выходил и снова изучал по окружности узкое пространство… - Хватит! – проскулил он, не зная, то ли оттолкнуть соблазнителя, то ли прижаться теснее. Капитан усмехнулся, коснулся щекой горячей смуглой шеи. - Спокойной ночи, - и быстро вышел из каюты. Нервное состояние не позволило Томасу спокойно заснуть. Помаявшись, он поскребся в каюту жены. Нора еще не заснула и приятно удивилась настроению мужа. Впервые за прошедший год она увидела прежний блеск в карих глазах, узнала его вкрадчивую улыбку, мимику. Томас словно проснулся от длительного апатичного сна, встряхнулся, оглянулся. Нора позволила мужу свалить ее на постель, начать быструю атаку. В процессе Томас почувствовал, что не только он один представлял себе другое лицо… Спрашивать Нору Томас предусмотрительно не стал, чтобы не получить тот же вопрос в ответ. Решив, что он, как нелюбимая героиня, подумает об этом завтра, Томас малодушно заснул в постели жены. А утром проснулся в удивительно хорошем настроении, как в начале восьмидесятых, когда эйфория от успеха и влюбленности застилала разум. Томас потянулся в постели, чувствуя улыбку на лице. Тело было легким, собранным, готовым к подвигам. Спрыгнув с кровати, Томас направился в душ, ловя себя на желании петь. О причинах столь странного состояния он опять решил не размышлять. Он появился в просторной столовой, когда компания заканчивала завтрак. Вид сияющего, чисто выбритого Томаса с небрежно заплетенной косой вместо хвоста, вызвал удивленные улыбки. - Бернд, тебе на пользу круиз, - улыбнулась синими глазами жена. Томас радостно обошел стол, чмокая в щеки всех присутствующих, и сел рядом с Норой. Презрительно сморщился на предложенный кофе и налил себе фрэш. - Мы куда-то едем? - почувствовав мерное движение и чуть слышный звук моторов, спросил Томас. Анна кивнула. - В Ла-Пас. Остановимся завтра утром. Капитан за штурвалом, дойдем без проблем. Мы уже запланировали прогулку. - Анна говорит, там обалденные ювелирные мастерские, - Нора азартно отставила чашку. Женщина кивнула. - Да. Знаменитые, между прочим. Очень интересная техника, в стиле этно - майя, ацтеки… Тебе понравится, Нора! - Я слышала про спа-салоны, - вставила свое слово Катарина. Анна оживилась. - О да! Я всегда там по полдня провожу, если мы останавливаемся на сутки. Чудесно, просто как заново рождаешься! - Прекрасно! - улыбнулась Нора. - Значит, сначала пойдем к ювелирам, а потом в спа! Томас вздохнул. – Я с вами не пойду. Нора пожала плечами. - Мы и не зовем. Присоединяйся к Хосе, он собирается напиться в порту с матросами. Самое мужское занятие. Может, и с дракой повезет! Томас засмеялся, потянулся к жене, поцеловал: – А заманчиво!