В мире забвения

- Чего вы копаетесь? Я и так очень долго ждал этого момента!! – ревел старый вампир, метая искры в разные стороны. Около него суетилась горстка оборотней, отвешивая поклон, а в углу притаился вампир довольно миловидной внешности. – А ты что молчишь? Смог найти союзников среди эльфов? Из тени вышел красивый, высокий и статный, не похожий на остальных, вампир. Его белокурые волосы спадали на плечи, а изумрудные глаза поблескивала, излучая непонятно яркий свет. - Старик, ты, кажется, забылся, с кем имеешь дело, - медово пропел он, поднимая руку и разглядывая свое запястье. – Тебе напомнить, что я тебя старше, и что я создал твой клан? Он выгнулся к нему навстречу, заглядывая в его лицо. Тот не стал спорить, сбавив свой пыл. - Ну, так мы можем рассчитывать на эльфов? Я не могу ему спустить все с рук, ты же знаешь, он убил мою дочь. - Успокойся, не так много, конечно, как хотелось бы, но у тебя есть союзники, они помогут тебе, но на меня не рассчитывай. Ты же понимаешь, я сам по себе. Ваша власть мне не интересна. - Как скажешь, мне даже лучше, только не проболтайся. Ты же сцапал этого мальчишку. - Не ерничай, Ламиан. Я не лезу в твои дела. И да, я вернул тебе долг, теперь мы квиты. Старик лишь кивнул в ответ, принимая список тех, кто теперь на его стороне, давая понять, что юноша может быть свободен. Белокурый паренек удалился, он шел по залам, разглядывая их архитектуру, коридор казался бесконечным, и то и дело ему на глаза попадались доспехи по углам, будто расставленные специально сторожить входы. «Правильно ли я поступаю?» - Эйлин погрузился в свои мысли, предавшись воспоминанию о тех днях. *** Зачарованный лес уже не был таким как прежде. Таар поселил ужас в сердцах всего населения. Но природа, казалось, всему вопреки, продолжает жить своей жизнью. Яркие краски деревьев в лучах заката навевали нечто романтичное. Тогда-то Эйлин встретил ее. Русые волосы, словно лучи весеннего солнца, развевались на ветру, обволакивая тонкий стан, голубые, как небо, глаза заглядывали внутрь души, алых, как роза, губ касалась легкая улыбка. На овальном лице не было и тени грусти. Жизнерадостная, безмятежная, она навсегда покорила сердце вампира. Милена была дочерью короля людей. Эйлин, по приказу Таара прибыл туда к ним, чтобы разоблачить новых ведьм и магов, но, увидев девушку, словно открыл для себя новый мир. Как заколдованный, он продолжал приезжать к ним под различными предлогами. Ламиан, отец ее, был обеспокоен частыми визитами. И вот однажды он решился спросить, что такого привлекает его в их краях. - Ваша дочь, - так просто ответил Эйлин, даже не задумавшись. От такой наглой искренности король опешил и лишь развел руками. Что он мог сказать вампиру? Его тут же убили бы. Тогда Ламиан решил отдать дочь замуж и начал подыскивать ей мужа. В очередной свой приезд Эйлин без предупреждения ворвался в тронный зал и подошел очень близко к королю. - Если ты это сделаешь, я уничтожу все твое королевство, - шипел разъяренный вампир. Его глаза заволакивал туман ярости, он готов был прямо сейчас оторвать голову королю, но вдруг его руки коснулось что-то горячее. Эйлин готов было уже кинуться на того, кто так близко осмелился подойти, но, обернувшись, увидел ее. Вся злость тут же испарилось, лишь нежность поглотила его. - Отец, не нужно никого. Мне дорог Эйлин, я бы не хотела быть несчастной, а он – это мой маленький мир. Позволь нам быть вместе. Ламиан не хотел этой участи для дочери, но вампир поклялся ему, что никогда не причинит ей боли и не сделает вампиром. Получив согласие короля, они назначили дату свадьбы. И теперь Эйлин приезжал уже официально в качестве жениха. Таар же, узнав обо всем этом от своих доверенных людей, полностью обезумел. Он всегда считал Эйлина только своим, а тут эта свадьба… взбешенный, он помчался в город людей. Ворвавшись в замок, он нашел покои принцессы, но убить не смог, не поднялась рука. Спящая девушка напоминала ангела, освещая своим светом мрачную их жизнь. Стоя в комнате, наблюдая, как луна озаряет своим серебром лицо, волосы этого, будто сошедшего с картины, образа девушки, он улыбнулся и поцеловал ее в лоб. - Живи долго, - лишь прошептал это и испарился. Но сказка не бывает долгой. На смену белому всегда приходит темное. Жизнь, словно зебра, лишь сгущает краски, размывая их линии. До свадьбы оставалось не так много времени. В замке царил переполох. Устав от шума, Милена вышла в сад насладиться ароматом уходящего лета. Вдали появлялись темные тучи, будто возвещая, что наступает закат теплу, а вместе с тем и чьей-то жизни. Девушка лишь вздохнула и прислонилась головой к дереву. Его ветви словно укрыли собой беззащитное создание. Послышался шум во внутреннем дворе. Милена обернулась и вышла из своего укрытия. Из замка послышались выстрелы, сквозь все это она расслышала голос отца. - Держите его!! Там моя дочь!! И вдруг из мрака на нее кто-то кинулся. Лишь жгучая боль обожгла ее шею, что-то горячее заструилось по телу, только рычание она различила сквозь тьму. Медленно оседая, глаза застилала пелена. Лишь тень мелькнула перед ней. Девушка не успела упасть, ее кто-то подхватил на руки. Подняв глаза, она увидела его. - Эйлин… милый… прости, что так и не стала твоей… - едва слышно, сквозь хрип произнесла девушка, - я … всегда буду… любить… Но последний вздох забрал ее жизнь, оборвав ее речь. Глаза вампира наливались яростью, злость, что заполняла, рвала его на части. Подхватив девушку, он ринулся в замок. - Это был Киран. Говорят, он пробудился, - донес разведчик, только что прибыв от эльфов. - Будь проклят тот день, когда ты родился, - прошипел король. В зале показалась белокурая макушка. Эйлин не стал разбираться, кто виноват, а кто прав, он лишь подлетел к Ламиану и вонзился в его шею. - Я предупреждал тебя, что превращу твою жизнь в ад, муки его ты испытывать будешь вечность. – Капли крови стекали с уголков его губ, глаза наполнились бардовыми красками, а их изумруды лишь поблескивали в свете свечей. Он растворился так же быстро, как и появился. *** «Не одно столетие прошло, а я еще помню» - горько ухмыльнулся вампир. Он также вспомнил тот день, когда после исчезновения Таара его приютил Ламиан, долго прикрывая то, что вытворял обезумевший вампир. - Эх, - вздохнул он, - я столько бесчинствовал, наконец-то вернул долг этому старику, не люблю быть обязанным, а теперь я свободен.