Deeper into the generation gap

Медицинская карта №99 стационарного больного Дата и время поступления: 12.02.14 22 часа 30 мин. Дата и время выписки: Отделение: Психиатрия. Палата №8 Группа крови: II. Резус-принадлежность: негативный Побочное действие лекарств (непереносимость): неизвестно Имя, Фамилия: Луи Уильям Томлинсон Пол: мужской Возраст: 22 Постоянное место жительства: неизвестно. Место работы, профессия, должность: неизвестно. Кем доставлен больной: бригадой скорой помощи. Диагноз при поступлении: Шизофрения, МДП* Доллар, где мой доллар? Давай же, находись, эта ночь выжала меня и сейчас мне просто необходим стаканчик этого, похожего на кофе, поила! Я до сих пор не могу отойти от всего этого напряжения, даже сейчас мои руки немного дрожат. Не понимаю, это мой прогрессирующий Паркинсон** или все-таки этот парень? Кофе из автомата противный, и тем, кто здесь впервые, он просто встает посреди горла и не идет дальше. Им гадко. А я пью его вот уже 20 лет, каждое утро. С тех пор как я пришел сюда на интернатуру, много больных прошло через мои руки. Я видел достаточно разных заболеваний, помогал пациентам со всей страны… Но на этот раз, я думаю, все намного сложнее. Вот его медицинская карта. И что там? Лист вперед, лист назад – пусто. Хотелось бы позвонить его родным, но номер здесь не указан. Придется мне поговорить с ним. Надеюсь, ситуация не повторится. Flashback - Убери от меня свои грязные руки, урод! Парень отбивался ногами. Его руки были скованы за спиной двумя санитарами. Еще бы минута - и отбиваться уже не было смысла. Но он просто забыл закрыть за собой дверь на крыше этой многоэтажки. Их многоэтажки. Они со Стивом приходят сюда каждое воскресение. Тот обнимает его и Луи чувствует теплые руки у себя на плечах, вдыхает его запах, наслаждается этой близостью. И вот сейчас, когда он так нужен Стиву, его любимому Стиву, эти сволочи тянут его, тянут вниз по ступенькам так, что бетонные выступы неприятно бьют по косточкам. Луи упирается, пытается схватиться за перила, но они сильнее. Луи кричит охрипшим голосом, но они громче. - Он там… Он просто хотел, чтобы я остался там, остался с ним, - тихо заканчивает он, и, кажется, та жидкость, которую они вогнали ему шприцом, начинает действовать и Луи просто повисает на их крепких и грубых руках. Парень все еще воспринимает реальность, но, кажется, никакого участия в ней больше не принимает. Они затаскивают его в белую машину AMBULENCE с красным крестом и везут в неизвестном направлении. Последнее, что он видит, это четверых парней и медсестру в машине скорой помощи. А потом темнота. - Поехали? – спрашивает сонный водитель. 6 часов утра, всего-то. - Да, давай скорее. Он дергался, поэтому там неполная доза и он может оклематься раньше времени, - слышится где-то далеко. Когда Луи открывает глаза, в машине подозрительно тихо. Он даже слышит, как капли дождя непрерывно бьют по асфальту, собираясь в неглубокие лужицы. Полненькая средних лет медсестра что-то увлеченно вычитывает в типичном женском журнале. Что там? Хиты сезона? Как покорить его за 10 дней? Тест: ангел ты или дьявол? Явно что-то эдакое, другим женщина не может так увлечься. Луи видит кусочек серого неба и ему становится невыносимо грустно, когда понимает, что он не смог угодить Стиву. Оставался всего лишь шаг, и его мальчик был бы им доволен. - Пс-с, Луис? Стив выглядывает из-за открытой дверцы машины, и, кажется, даже улыбается. Ему нужно срочно уходить, ему нужно срочно спрятаться, ведь сейчас придут санитары и повяжут его тоже. Луи беззвучно поднимает руку и медленно показывает Стиву на высокие железные ворота в конце аллеи. Они даже не удосужились развернуться. Стив оборачивается, несколько секунд смотрит на ворота, но потом его взгляд возвращается к Луи, и тот видит в нем столько мольбы и просьбы, что невольно закрывает глаза. - Пошли со мной, - шепчет Стив. Луи снова открывает глаза. Хочется крикнуть ему «Беги!», но его ведь могут услышать, поэтому он просто устало смотрит на парня. Медсестра переворачивает страницу журнала, и Луи поспешно закрывает глаза. Сердце вылетает из груди, и парень чувствует на себе ее изучающий взгляд. Когда дурацкое чувство пропадает, Луи не открывает глаза. Он и так знает, что Стив здесь, просто чувствует. - Если ты сейчас убежишь со мной, все будет так, как раньше. Ты помнишь, какими мы были раньше, Луис? Слова Стива нажимают на запретные рычаги. Как эта толстушка не слышит его, не слышит всех этих фраз? Неужели бабское чтиво такое интересное? Луи бросает последний взгляд на ее пухлые щечки и переводит его на Стива. Он ждет. Луи схватывается слишком резко, да так, что журнал вылетает из рук медсестры, и она уже через секунду начинает орать. Но Луи уже бежит, а Стив бежит рядом с ним. Холодные капли попадают на лицо, плечи, Луи чувствует их холод босыми ногами. Он бежит так быстро, как только может, бежит к большому железному забору. Волосы прилипают ко лбу, мешают и лезут в глаза, но шатен не поправляет их. Это потом, сейчас надо просто быть со Стивом. Луи следит взглядом, как второй парень ловко перекидывает ногу через острые железные штыри, и оказывается по ту сторону. Он поворачивается, просовывает руку между прутьями, хватая Луи за шиворот мокрой футболки и, притягивая как можно ближе к себе, целует. Сзади слышатся голоса санитаров, Луи начинает карабкаться по забору вверх. Когда это делал Стив, все казалось очень легким, но ему почему-то невыносимо тяжело. Мокрые руки соскальзывают, и он больно бьется ребрами об железные перекладины, но настойчиво карабкается вверх. Вот он уже перегнулся, но кто-то из санитаров дергает его за ногу. Другая нога соскальзывает, и Луи не успевает понять, что происходит, как через мгновение чувствует невыносимую боль в ребрах. Он опускает взгляд вниз, и видит, как по железным штырям текут маленькие красные капли. Луи падает, но санитары успевают словить. Парня быстро несут в больницу, сначала на руках, потом на противных носилках. - У нас парень… Галлюцинации, попытка суицида, неуравновешен, только что пытался сбежать, - выпаливает один из парней, когда к ним подходит немолодой доктор. - Сомбревин внутривенно, быстро! - громко, четко говорит доктор. - Я не сумасшедший, не надо ничего мне колоть! – кричит Луи, еле передвигая ноги. Все тело уже затекло и ноет, потому что руки ему сжимают слишком сильно, ведут его слишком грубо, а доктор говорит слишком громко. Все здесь слишком. Луи хочет закричать еще раз, но передумывает, потому что доктор никак не реагирует, он спокоен. Лишь протягивает руку и приподнимает футболку Луи, что бы осмотреть рану. Парень хочет попросить не трогать его, но санитары уже вонзили иглу. Темнеет, нет? Докторам противопоказана нервозность, я прекрасно знаю это. Мне многого стоило не запаниковать вчера, когда парни внесли его. Я видел его испуганное лицо, на шее был явно заметен пульс. Белая футболка прилипла к телу и пропиталась кровью. Я лишь хотел посмотреть насколько все серьезно. Да, моя рука дрогнула впервые за 20 лет и я знаю, что они это видели, они это заметили. В больнице все не так просто, тут нельзя показывать свой страх, потому что узнай один, и на следующий день тебя спишут, как сломанную машину. Руки у врачей не дрожат, будь то кровоточащая рана или проломленный череп. Ты должен помочь, сделать все, что в твоих силах. Я стою перед дверью палаты и не решаюсь пока зайти, все листаю его карту, надеясь увидеть там что-то новое. Как его назвать: Луис, Луи, Лу? Я понимаю, что это выглядит смешным, но только для тех, кто не понимает важности моей работы. Мне нужно, чтобы он не видел во мне врага, мне нужна дружба. Если бы была хоть какая-то зацепка за его родных, я бы мог спросить, как его называют в семье, и тогда все было бы в разы проще, но, увы. Я медленно открываю светло-желтую дверь. - Луис, надеюсь, сегодня ты не будешь так бушевать, - мягко говорю я, подходя ближе. Парень задумчиво смотрит в окно, никак на меня не реагируя. Присев на пуфик у его кровати, подождав несколько секунд, я решился продолжить: - Мы хотим помочь тебе, ты нам нужен. Если ты будешь помогать нам, все это быстро закончится, - выдохнул я. Оказалось тяжелее, чем я думал. - Стив, выйди, - тихо произнес он. Парень проследил глазами путь к входной двери. - Я не сумасшедший, вам незачем меня здесь держать, пусть мой парень заберет меня, и мы благополучно уйдем домой, - измученно произнес Луи, переводя на меня взгляд. - Но Луи, здесь никого, кроме нас с тобой нет. - Конечно нет, он же вышел, - с некой претензией заявляет Луи и смотрит мне в глаза. Глаза у парня уставшие, совсем потухшие, слегка покрасневшие. Я понимаю, что разговор заведет нас в тупик, куда бы мы ни свернули. У самой двери я решаюсь в третий раз, Бог ведь любит троицу. - Адрес или телефон родных спрашивать бесполезно? Но Бог не любит меня. - Можете считать, что я бездомный сирота, - бросает Луи. Он не поворачивает ко мне головы, когда разговаривает, это неприятно и я уже чувствую, что парень мне не нравится. Я чувствую, что если он не будет помогать мне, я не смогу помочь ему, я тогда ничего не смогу. За дверью его палаты так же тихо, как и в его палате. Это в обычных больницах за дверью палаты всегда шумно, а в психбольницах шуметь особо некому. Все здесь тихие, смирившиеся со своей участью и пребыванием здесь. В обычных больницах пациентов не понимают, они вынуждены рассказывать о своих проблемах, тут же все понятно сразу. Мне не хотелось бы работать в другом месте. Может, один на сто, но сюда попадает человек, который действительно хочет жить иначе, который просто заслуживает другой жизни. Почему-то мне, кажется, что 99-ый был перед Луи. Он просто сам себя так назвал. Открыв глаза, Луи пролежал приблизительно минуту, пока его не смутили салатовые потолки, не домашние. Он проснулся на достаточно удобной больничной кровати, в уютной комнате, так как на палату это было не очень похоже. Стив сидел в большом мягком кресле у окна, листая какую-то книгу. Из окна были видны кроны деревьев, сосны, кажется, значит - этаж пятый. Луи вздохнул и отвернулся от окна. Тогда окно не подходит. Был еще вариант: заманить санитара в палату, отключить его, отобрать одежду и выйти как персонал. Но это и вовсе попахивало хулиганством. Единственное, что радовало Луи, так это то, что его отстегнули, хоть на кистях и остались красные натертые следы. Где-то там, в глубине души, парень понимал, что будь его воля, он бы лежал безжизненным овощем в этой больнице, ничего не делая. Здесь даже кормят и убирают за тобой. Но Стив не даст ему здесь остаться, он нужен Стиву. - И как тебе спалось на больничной койке? – с претензией спросил тот. - Как и обычно. - Ничего не хочешь объяснить мне? Ты вчера даже через забор нормально перелезть не смог, что за бабское нытье было? Если ты поцарапался об железку, нужно бороться и идти дальше, Луис, парни должны себя так вести, иначе они вообще не парни. - Что-то ты не подкалываешь меня этим, когда прогибаешь свою спину в коленно-локтевой, - парировал Луи, но голос выдавал его и срывался через каждых три слова. - Просто пойми, что я лишь хочу, чтобы мы были счастливы. Ты прекрасно знаешь, как я люблю тебя, - выдохнул Стив. - Хорошо, Стиви, сейчас просто сложный период. - Луис, это все? - Я тебя тоже, конечно, - сказал Луи и, медленно разминая затекшие конечности, направился к выходу из палаты: раз его сюда заперли, нужно же разведать обстановку. 1. МДП - Маниакально-депрессивный психоз 2. Болезнь Паркинсона - из-за скорой гибели нейронов, возникает дрожи в руках, плохая координация движений, скованность и нарушение позы, в общем.