Будь моим небом

На совет вместе с Бильбо Амину не позвали. Поэтому она сидела с остальными гномами, обидевшись на Торина, на Гендальфа и на весь мир. А гномы между тем времени попусту не теряли. Разломали парочку эльфийских стульев и пустили их на дрова. Потом разожгли из этих самых дров костёр и устроили свой собственный поздний ужин. Фили и Кили, как самые шустрые гномы, по-тихому вломились в кладовку эльфов и стащили оттуда кучу всякой снеди. Оказывается, эльфы-то не такие уж и вегетарианцы! А гномам только то и надо было: нажарили на костре сосисок, шашлыков и сварили неизменную похлёбку, только на этот раз с изобилием мяса. Смех и шутки лились рекой, как и полусухое терпкое вино, скоммуниздинное принцами из той же кладовки. - Эй, Амина, ты уже освоилась с новым мечом? - попытался расшевелить девушку Бофур. - Да, немного освоилась. Мне он нравится. Я назову его... Щербец! Гномы в непонимании посмотрели на неё. - Это название из моего мира. Так в древности назывался меч польских королей, - пояснила Амина, всегда, сколько себя помнила, любившая историю. - Скучаешь по дому? - сочувственно спросил Бофур. - Есть немножко. Правда, с нашим рабочим графиком времени всё равно особо нет, чтобы думать о доме. Только иногда по вечерам я вспоминаю его, - рассуждала Амина. - Ничего, не унывай. Не заметишь, как наступит День Дурина, мы вернём Эребор, и я уверен, ты сможешь вернуться домой, - подбадривал её Бофур, но потом сам отчего-то погрустнел. Амина в ответ только улыбнулась. Сумерки постепенно всё больше сгущались, и на небе появились первые звёзды. Сидеть в безопасности рядом с гномами было очень уютно. То ли гномы в этот вечер были более дружелюбны к ней и внимательны, то ли Ривенделл обладал особенной, сближающей атмосферой, но Амина почувствовала, что она находится среди друзей. На душе стало тепло и хорошо. Так чудесно ей не было уже давно. Бофур тихо спросил: - Хочешь, пойдём прогуляемся? Амина кивнула и поднялась. Они с гномом прогулочным шагом дошли до маленькой беседки, увитой розами и плющом. На небе уже вовсю царствовала большая полная луна, её серебряный свет разливался по беседке, придавая месту таинственность и романтичность. Бофур остановился возле беседки. - Знаешь, Амина, я хотел тебе сказать... - нерешительно начал он. - Ты необыкновенная девушка! Я никогда не встречал такой как ты. Ты одновременно такая смелая и милая и... красивая. Гном подошёл и взял руки девушки в свои: - В общем, я... люблю тебя. Амина замялась, избегая смотреть гному в глаза. - Бофур, я... я не знаю, что тебе сказать. Ты хороший гном, ты мне нравишься, но я не готова сейчас сказать, что люблю тебя. Прости... - Амина от волнения с трудом подбирала слова. - Ничего, я всё понимаю... Просто знай, что я всегда буду твоим другом. Бофур казался внешне спокойным и даже попытался привычно улыбнуться, но улыбка вышла какой-то вымученной и не счастливой. Амине стало жаль его, но лучше сказать правду сразу, чем давать ложную надежду. Обратный путь проходил в молчании. Тем для разговора не было, да они и не нужны были: неуместные фразы показались бы нелепыми и неискренними. Бофур проводил девушку к её комнате и, пожелав спокойной ночи, пошёл к остальным гномам. Ночью Амине не спалось. Признание Бофура сильно взволновало её и не давало заснуть. Решив, что в ближайшее время ей всё равно не уснуть, Аминка встала и вышла на балкон. Но побыть наедине с собой ей не удалось: там уже стоял Торин. Она хотела тихо ускользнуть, но было поздно: король заметил её. - Зачем ты пришла? - спросил он. Сердце Амины отчего-то забилось быстрей. - Мне не спится, - просто пояснила она. Торин повернулся и, пристально посмотрев, снова спросил: - Почему ты пошла с нами, ввязалась в этот поход? - У меня разные причины. Такой ответ тебя устроит? - стараясь казаться внешне спокойной, ответила Амина. Гном недоверчиво прищурил глаза и отвернулся. - Ты не выживешь в походе. - Ты не веришь мне? - Я не верю, что ты можешь быть чем-то полезной. Торин направился было к выходу, но внезапно повернулся и едва ощутимо провёл рукой по щеке девушки. И в следующую минуту быстро ушёл.