Смерть за зелеными стеклами

Рыжему снился сон, который повторялся почти каждую ночь, который вожак Крыс забывал сразу же, как только открывал глаза. Он маленький, он еще не вышел из Могильника. И он видит тех, кому вечно суждено остаться в этих коридорах, в которых то гаснут, то вновь загораются лампы, где пахнет паленой проводкой и постоянно снуют Пауки в белых халатах. Он лежит, боясь пошевелиться лишний раз. Он – нежилец. И мальчик это знает, он слышит, как переговариваются Пауки, он ловит их косые, полные сожаления, взгляды. И он злится. — Никто не смеет решать за меня. Я просто буду жить. В глазах ненависть, пальцы сжимают простынку. Так продолжается, пока его никто не видит. Пауки более чем уверены, что рыжеволосый скоро перестанет дышать. Для мальчика каждый прожитый день — выигранная битва, а Могильник — его поле сражения. Кто-то сражается за территорию, кто-то за власть, а он сражается за самое главное — за жизнь. Вечная война со смертью, которая вскоре станет его вечной подругой, у которой он научится многому. Его глаза научились видеть тех, кого уже давно нет. И он приходит к тем, кого скоро не станет. Смерти интересен такой исход, и вскоре она отпускает мальчика. Отпускает, дает ему шанс быть ее Ангелом среди людей. Ангелом, который прячет свои глаза за зелеными стеклами огромных очков.

***

Ему уже семнадцать. Он жив. Войну он выиграл, подписав негласный договор. Теперь он Рыжий, и в Доме лишь немногие помнят его старую кличку. А Смерть до сих пор несет свою службу. Он все так же приходит во снах, смотрит в глаза человеку. Вечный вестник смерти. Его это пугало, теперь он свыкся, спрятав свои глаза ото всех. Теперь он – крысиный вожак. Один из многих, кто заступал на этот пост. И один из немногих, кто умеет скрывать истинное обличие. Для всех он шутник, балагур и любитель пошлости. Кто угодно, лишь бы не Смерть. Ему не нужна жалость, не нужен страх, он ими перенасытился еще в детстве. И он никогда не запоминал свои сны. Рыжий садится во дворе, спиной к окнам Дома, убеждается, что рядом никого, и снимает очки. Он называет ее блядской оптикой, избегая других определений. Глаза первое время болели, но теперь саднит лишь переносица. Рыжий трет ее и вновь надевает очки, прячась от мира. Смерти нет. Есть только Рыжий. Вечный балагур и сводник. Он прячет Смерть от всех, прячет от самого себя и резко прерывает разговоры, которые заходят слишком далеко. И он не снимает свои огромные очки с зелеными стеклами, которые прячут Смерть. . Она — его подруга. Она — часть него самого. Их это устраивает. Все, что им надо — делать свое дело, жить дальше и не раскрывать своей сущности.

***

Девушка была бледна и черноволоса. Юноша рыж. Девушка была печальна, юноша весел. Так повелось в том мире с давних пор. Их боялись или ждали с нетерпением. Их поминали в молитвах, прося отсрочить или ускорить конец. Их изображения встречались на гадальных картах и старинных гравюрах. Мало кто задумывался над тем, сколько их на самом деле. Считалось, что Смерть одна, в двух обличьях. Ночь и день, свет и тень. На самом деле их было много. Они были почти богами, обладали множеством чудесных способностей и были невыносимо одиноки. Иногда они сбегали в другие миры, чтобы встретить там свою смерть. Иногда они даже рождались в других мирах. Рождались всегда мертвыми и оживали спустя какое-то время. Если им это удавалось. Такие беглецы уже не были истинными посланниками смерти. Способности их притуплялись. Они становились безвредны или несли смерть лишь во сне. Узнать среди прочих их можно вот как: у них красивые голоса, они хорошо танцуют и знают множество чужих секретов. Они слишком ленивы, ни одному делу не отдаются целиком, девушки не умеют смеяться, а юноши плакать. Они прячут глаза, подолгу спят и не едят яиц, потому что в своем мире вылуплялись из них.

© Мариам Петросян "Дом, в котором..."