Месяц в чужом мире.

Местонахождение: Вселенная 2012. Нью-Йорк. Крыша. Хотя дальше словесной перепалки у двух невиданных зверей не шло, но спорящие пытались как можно больше и сильнее вложить презрения в каждое слово, произнесённое каждый раз ядовитым шёпотом. Тогда неудивительно, что существа, следуя эмоциям и находясь за довольно большим укрытием, то и дело неосознанно дёргали конечностями и пытались отстраниться друг от друга. Походу они сильно ненавидели друг друга, поэтому худощавая, но мощная чёрная лохматая спина и металлические ноги другого неизвестного то и дело выходили за границы импровизированного укрытия, помогая Караи за считанные секунды незаметно взобраться по красным ободранным кирпичам стены соседнего, более высокого жилого дома. Взбираясь, она зацепилась за хорошо прикреплённую железку (для цветов, предположительно) у окна квартиры, владельцы которой давным-давно находились в мире грёз. Ужасное существо, похожее чем-то на шавку, вмиг замолчало и подняло голову к небу, принюхиваясь. Второй мутант, схожий с ядовитой рыбой красного оттенка, демонстративно возмутился. Уже не пробуя хоть немного убавить голос, последний начал фыркать и продолжал корчить из себя возмущённого, пока огромная когтистая лапа не прикрыла рот рыбине… На Нью-Йоркской крыше повисла долгая тишина, нарушением которой служили только громкие вдохи и выдохи пса. - Очень слабый запах человечины… Гражданский не на крыше. Бас огромного мутанта был могучий и грозный, и Караи, прекрасно всё услышав, удобнее зацепилась за выступ, понимая, что любое лишнее движение может выдать её. Монстры в полной тишине начали выходить из своего укрытия и рыбина, полностью расслабившись, начала оглядываться по сторонам, в конечном итоге повернувшись спиной к Караи. Тёмный мутант не обратил на компаньона свой взор, стоя к нему боком и обращая своё внимание к плаксивому небу, которое уже начинало испускать редкие и маленькие капли дождя. Рахзар тяжело вздохнул и закрыл глаза, простояв так буквально десять секунд, после чего его лицо медленно начало поворачиваться в сторону куноичи, зло скалясь с каждой милисекундой. Девушка, наблюдавшая за всеми этими манипуляциями со стороны огромного монстра, лишь застыла на мгновенье, после чего, резко ухватилась свободной рукой за подоконник над головой и быстро начала взбираться на верх. — Маленьким девочкам не положено разгуливать по крышам ночью, — грозным шёпотом проговорил Брэдфорд, толкнув невнимательного напарника по устройству для жизнедеятельности, и быстрыми рывками направился к стене дома, на крыше которого скрылась жертва. Огромная туша с лёгкостью раздавила бы хрупкое тельце слабого пола, но вместо хруста человеческих костей, пёс успел лишь уловить своим острым слухом тоненький продолжительный писк, и в одно мгновенье Брэдфорда окутал ядовитый дым. Рыба-мутант завороженно смотрел, как бессознательная туша напарника падает камнем вниз. Оглушительный женский крик раздался по улицам, а в окнах жилых домов последовательно включался свет. Город оживлялся слишком быстро, не давая времени слугам Шреддера уйти без последствий. Острозуб краем глаза уловил на себе взгляды подошедших к окну с телефонами детей. - Чёртовы любопытные животные! — воскликнул мутант и, передав необходимую информацию о Крисе механическим футам по рации, с огромным злым оскалом вцепился механическими руками в стену дома, на котором, воспользовавшись небольшой суматохой, скрылась Караи. Девушка не вовремя почувствовала резкую боль в ноге, из-за чего ей и пришлось прервать свой бег и скрыться за огромной кучкой неработающих антенн на восстановлении. Совсем недавняя травма, полученная во время тренировки кинжалом, поставила на девушке огромные ограничения в движении. Если месяца было достаточно для того, чтобы максимально притупить боль, то на полное восстановление личные врачи твердили, как о заклятии, о целых месяцах лёгких тренировок для поддержания формы, что тоже не всегда советовалось. Предводительница клана Фут сразу же замерла в сидячем положение, как только услышала оглушительный удар о бетонную крышу. Нарушитель порядка совсем не заботился о своей скрытности, лишь сильнее и специально оставлял на крыше ямы своими ступнями, наводя ужас на свою жертву… Но Караи не боялась. Годы тренировок помогли всегда оставаться в сознании, не идя на поводу человеческой природе. Рыбина резко замедлилась и остановилась, внимательно осматривая поверхность офисного здания, предназначенного для небольшого склада хлама. На улице, а именно на дорогах, стала разрастаться громкая суматоха из криков и проклятий мужских голосов, сопровождаемые гудками автомобилей. Острозуб, сраженный природным любопытством, невольно зашагал к краю крышу, по пути безразлично отодвинув гору неработающих антенн, вследствие чего те начали падать в картонном порядке друг на друга с характерным металлическим звоном подставки об подставку. Мутант недовольно фыркнул, когда осознал, что зря потерял драгоценное время на обычную и ничем не примечательную лёгкую аварию. Разгоряченный всеми неудачами приспешник Шреддера едва ли не взвыл от досады, подобно волку, и собрался уже с девчачьей обидой возвращаться на базу, но длинный металлический крючок вешалки прошлого века не к месту зацепился за аппарат жизнедеятельности Острозуба, когда тот напролом пытался пройти к дальнему выступу. Караи, оценив ситуацию в целом, переступая через боль, придерживала свалившиеся на неё те самые закорючки, что так не понравились мутанту, и лёгкими движениями приняла полусидячее положение, медленно направляясь к лестнице вниз. - Стой, чёртовая рыбёшка! Ты поплатишься за все мои страданья! Караи вздрогнула от чрезмерно громкого голоса преследующего её мутанта. Доли секунды было достаточно, чтобы осмотреть рвущегося к ней мутанта, не желавшего замечать, что механизм на его спине всё ещё был в распоряжении длинного крюка. Девушка решила не ждать, когда мутант освободится, и прыгнула с крыши, резко зацепившись одной рукой на полпути вниз за ступеньку лестницы. Измученное тело девушки сразу же с сильным треском врезалось в керамическую плитку, существовавшую для обделывания маленького участка офисного здания. Караи вцепилась зубами в и без того повреждённую свободную руку, дабы не закричать: боль была во всем теле, но больше всего куноичи с ужасом почувствовала возрастающую острую боль в ноге, на чёрных, уже давно не первой свежести, штанах над коленкой показались багровые пятна крови.