Офицерские жены.

Понимаешь, сделан выбор, Кто-то слабый сразу выбыл. Не игрушки, не забава - армия! Ожидают испытанья, Перегрузки, расставанья, Только легче, если есть семья!

      Багира.       Уже четыре года прошло с тех пор, как я стала самой счастливой женщиной на свете. Я стала женой самого дорогого мне человека, стала женой офицера. Уже три года нашим сыновьям Мише и Андрею, годик дочери Ларисе, я счастливая мать и жена.       Но все так же каждое утро я приезжаю в контр - террористический центр, все так же сажусь в любимое кресло, все так же провожаю мужа на задания, провожаю всю свою семью. Потом возвращаюсь, сажусь за компьютер и верю, что мои навыки и уверенность в себе смогут спасти жизнь самым дорогим мне людям.       Никогда в жизни я не забуду тот день, когда Батя сделал мне предложение. Группа возвращалась с тяжелейшего задания на Востоке. Возвращались все, раненные, побитые, но живые. Живые. С нашей работой это главное. Эта операция была одной из самых сложных для меня в КТЦ. Несколько дней без связи, угроза потерять всех, кто тебе дорог, страх, боль, Пригов, который так же волнуется и мешает работать. Когда я узнала, что ребята уже подъезжают к центру, просто вылетела на улицу в тонком мундире в мороз. Мне было все равно, что простужусь, заболею, все это будет потом, а сейчас надо просто обнять самых дорогих мне людей, убедиться, что живы, что раны не опасны, отправить всех к врачам, а потом сидеть в комнате отдыха с горячим чаем и пирожками, и знать, что все хорошо, в этот раз все хорошо. Увидела темный микроавтобус, поскользнулась, упала на снег, тут же увидела, как ко мне бегут Мура и Ума, прижимаю девушек к себе. Физик, Кот побитые, поцарапанные, в порванной одежде, но живые. Бизон – огнестрельное в плечо, сквозное, будет жить. Батя, как всегда спокойный и уверенный в себе, смотрит на нашу кучу мала на снегу с улыбкой. Все уходят в медблок , остаемся только мы вдвоем.       - Русалка, ты что? Что с тобой? Испугалась? Пошли в здание! Замерзнешь, заболеешь, что мы без тебя делать будем?       Командир прижимает меня к себе, согревает своим теплом. Резко разворачиваюсь и бью его кулаком в грудь.       - Никогда, никогда больше так меня не пугай. Я не смогу жить без тебя, не переживу, если с тобой что-то случиться.       Его глаза расширяются, слишком поздно понимаю, что сказала, резко отступаю назад. Надо бежать, быстро бежать, как можно дальше от него. Могло сработать с кем угодно, но не с ним. Перехватывает мои руки и смотрит прямо в глаза. И говорит, говорит всего одну фразу, фразу, которую я меньше всего ожидала от него услышать.       - Я всегда, всегда буду возвращаться живым к тебе, только к тебе и к нашим детям.       - Это предложение? Ты хочешь, чтобы я стала твоей женой?       - Да, - он медленно приближается ко мне, - я хочу, чтобы ты была со мной рядом всегда.       Мы поцеловались. И тут же раздались радостные возгласы и аплодисменты. В дверях центра стоят все ребята и смеются. Вот черти! Что мне их за ручку к врачам отводить! Никакой личной жизни, через пять минут же весь центр знать будет!       Я жена офицера, я сама офицер и не представляю для себя другой жизни.       Я знаю, точно, наши дети всегда будут гордиться своим отцом, как всегда буду гордиться им я!       А ведь у нас с ним две семьи.       Одна наша, семья Булатовых, с двумя близнецами, которые никого не слушают и громят все на своем пути, и прелестной маленькой дочкой. Здесь мы просто любящие родители и супруги. Мне никогда не надоест смотреть, как Ваня играет с детьми, я никогда не забуду его взгляд, когда мальчики первый раз сказали папа. Дома он не офицер, не командир, а любящий отец и муж.       И вторая семья – Смерч. Я не раз смотрела, как Батя злится на юннатов или Бизона, не раз защищала Кота от разгневанного командира. Он может накричать на них, разозлиться, хлопнуть дверью, а иногда просто промолчать, но посмотреть таким взглядом, что страшно становиться. Но я знаю точно, если кто-то тронет хоть кого-то из них, Батя за свою семью порвет, так же, как и я.       Я жена офицера, и я самая счастливая женщина на земле.