Этюд

Все началось с минета. С плохого минета. Коротко стриженый затылок девушки ритмично ходил под моей рукой. Хотелось надавить на него, чтобы взяла глубже, либо убрать руку, чтобы остановилась только на головке, но девушка скользила расслабленными губами посередине ствола и постоянно срывала ритм. Желание размывалось под этими невнятными движениями, нужно было переключаться. Окинув щуплую фигурку у своих ног, я совсем запечалился. Груди как таковой нет, острая линейка позвонков отчетливо проступает на спине, бедра узкие, совсем мальчишеские. Парнишка прям, а не девчонка. Эта мысль закоротила что-то в голове. Парнишка… Я уставился на ежик волос и представил, что сейчас это делает парень. В висках застучало. Кровь хлынула в лицо, моя рука непроизвольно сжала затылок, и я, наплевав на все, стал вколачиваться в этот рот, трахая свою фантазию. Надолго меня не хватило. Тугая пружина удовольствия, стянув пах, распрямилась, и я выплеснулся на припухшие губы. Девушка с облегчением выдохнула. Про нее я забыл почти сразу, а вот придуманный сюжет плотно въелся в подкорку и требовал реализации. Я хочу, чтобы мне отсосал парень. Но где взять такого парня? Залез на гейский порносайт и разочаровался. Не так. Я хочу, чтобы это был перелом. Доминирование? Тьфу. Нет! Не так. Насилие? Тоже не то. Это… черт, не могу я сформулировать. Но мне хотелось, чтобы настоящий, стопроцентный мужик встал на колени и сделал это. *** В общем, проблема была обозначена, способы реализации пугали. Прошерстив сайты с интим-услугами, я еще более разочаровался, сайт знакомств ввел меня в глубочайший ступор. В итоге я стал присматриваться вокруг. Где-то же должны быть эти самые геи? Нашел, но желания обнаруженные экземпляры не вызывали. А потом как-то закрутился: работа, переезд в новый офис, друзья, тусовка, забылось, одним словом. Накрыло неожиданно и моментально, до спазма внизу живота. Я столкнулся с ним у лифта и поймал тот самый «неправильный» взгляд. Взгляд, который полыхнул такой неприкрытой страстью, что начисто отмел любые сомнения. Но этот парень тут же погасил его. Уставился в стену лифта и так ни разу больше и не поднял глаза. Я же, очумевший, оглушенный вот этим ощущением находки, так и не смог сообразить, как бы к нему подобраться. Второй раз я поймал его взгляд в кафешке в обеденный перерыв. Но что-то изменилось – он осматривал недовольно, почти требовательно, с такой долей холодного сарказма, словно сомневался в качестве «товара». Я еле погасил в себе желание поиграть бицухой, покрутиться, продемонстрировать свое тело со всех сторон. А потом все. Я как идиот подогнал свое расписание под его, чтобы пересекаться у лифта, а он тупо пялился в стену с абсолютно индифферентным видом. Это бесило. Я вообще-то нравлюсь людям вне зависимости от пола. А тут тонна игнора. Мою попытку завести разговор этот самурай оценил легким кивком головы. Всего лишь! Захотелось пощелкать пальцами перед его носом, спросить, видит ли он меня вообще? Я чувствовал себя тринадцатилетним школьником, жадно облизывающимся на какую-нибудь мисс Июнь из «Плейбоя». *** Самурай не пришел. Меня прям злость взяла. Я прихожу на два часа раньше, чтобы полюбоваться на это непроницаемое лицо, а он не пришел! Попинав дверь курилки, я раскрошил первые три сигареты, пока наконец не успокоился. Обхлопал карманы и пошел на лестницу искать ходоков со спичками. По лестнице поднимался самурай. Я ни с кем бы его никогда не перепутал. Эта прямая спина, надменная посадка головы, неторопливые до идеала выверенные движения. Он мне нужен. Он стал моей идеей фикс. Тормознув его с просьбой прикурить, буквально выжал знакомство. Но пока я накидывал в уме стратегический план подката, он свалил. Высокомерно сообщил мне про занятость и свалил. Блядь! Айсберг какой-то. Остаток пачки тоже ушел в мусор мелкой крошкой. Я его достану. *** По офису гулял праздник, в холле гремела музыка, крутящийся юлой конферансье зазывал забить на остаток рабочего дня. Народ плавно стекал вниз, привлеченный почти официальным разрешением выпить и познакомиться. Я побродил среди разнокалиберной толпы, но самурая не было. Прихватив бутылку коньяка и скинув очередные руки со своей шеи, я начал стратегическое отступление на пятый этаж. Где-то же он есть? Наглым образом проинспектировал все кабинеты и грустно сообщил бутылке об интимном вечере наедине. Тет-а-тет. Только ты и я. Блядь. Праздник перестал быть актуальным. Двигаясь грозовой тучей к своему кабинету, я продумывал план оккупации объекта. Не зря же я занимаюсь технологиями финансового планирования. Мысль материальна, так, кажется? Созерцая ночной город, грея в ладони бокал коньяка, перед окном стоял самурай. «Сам пришел», – хищно мелькнула мысль, и я двинулся в наступление. Хватит уже круги сужать, пора брать, пока опять не просочился сквозь пальцы. Шарахнув его завуалированным предложением, я буквально вцепился в него взглядом. А в глазах-то буря. Под непроницаемой маской лица – буря. Это на хер выносило мне мозг, гудело в жилах, обжигало. Я был почти готов к физической атаке. Не отпущу! Пусть только попробует дернуться, я ему хребет переломаю. Но самурай не сдал позиции, он не подчинился. Он все переиначил, развернув ситуацию на охерительные сто восемьдесят градусов в другую сторону. Задрав мой подбородок пальцами, он почти по-хозяйски обвел скулы, шею, скользнул небрежными мазками ласки по груди. А потом поцеловал. Поцеловал. Резко, почти хирургически четкими, но плавными движениями языка нарезал мой мозг на тонкие пласты. Мне хотелось схватить его, разорвать, придавить к полу одним слитным движением. Вцепиться в затылок, вжать в свой пах. Он отшатнулся от меня и шагнул назад. Если бы я мог двигаться, я бы не отпустил. – Мааальчики, – хлестануло по моему развороченному к херам мозгу, – маааальчики… И меня обнимают какие-то не те руки. А самурай… Самурай делает минет гребаной бутылке коньяка. Не отрывая своего потемневшего тяжелого взгляда, ласкает пальцами горлышко, обводит языком стеклянный контур. Я бы мог кончить только от этого зрелища, но он ставит бутылку на пол и уходит. – Сукин сын! – хриплю я вслед. – Сукин сын!