"Мамочка, я - женщина!"

- Прошу, не надо! Бельфегор пытался всмотреться в темноту, что окружала его. Он пытался рассмотреть человека, кричащего что-то вдалеке, но понимал, что чем яростнее он всматривается во тьму, тем хуже начинает видеть. Принц хотел сделать шаг вперёд, но с ужасом обнаружил, что не может сдвинуться с места. А эти отчаянные крики становились всё громче. Сейчас невозможно было понять, откуда конкретно доносится звук, он словно окутывал тебя со всех сторон. Создавалось впечатление, что ему кричат в оба уха на расстоянии пары сантиметров, но он ничего не ощущал: ни дуновения ветра, ни прикосновения, ни тепла или холода. Хотелось самому закричать, чтобы перекрыть этот шум, только вот своего голоса он не слышал. - Прошу, отец, помоги мне! Потрошитель поднял свой взгляд, стоило ему ощутить, что звук приобрёл конкретное место, из которого теперь исходил. Где-то вдалеке, так далеко, что сложно рассмотреть что-то отчётливо, он заметил светлое пятно. Это пятно стало приобретать очертания человеческого тела. Вскоре силуэт стал яснее, Его Высочество уже мог разобрать, что он принадлежит женщине. Сейчас было ясно, что крик принадлежит ей. Она продолжала звать своего отца, но принц не видел вокруг ни души. Всюду была сплошная чёрная дыра, которая поглощала любые звуки, кроме тех, что издавала незнакомка вдалеке. Бельфегор уже мог различить, что это молодая девушка. Сложно сказать возраст, просто звук стал ещё отчётливее. На ней явно было платье, при том довольно странное, не одежда обычной современной девчонки, а скорее наряд какой-нибудь принцессы эльфов из популярного фэнтези. Сейчас руки девушки контрастировали с голубоватым свечением от платья и явно тёмными волосами. Принц пошатнулся. Теперь он мог двинуться с места, но совсем не думал об этом. Он понял, что эта девушка тянет руки к нему. - Мне страшно, отец! Пожалуйста, помоги мне! Она продолжала отчаянно кричать, когда Его Высочество заметил ещё тени рядом с ней. Только они отличались тем, что были, казалось, ещё темнее, чем сама тьма вокруг. Эти силуэты были плохо различимы, не было понятно ни пола, ни возраста, они даже звуков никаких не издавали, только лишь приближались к светлому пятну на фоне этого мрака. Женский силуэт совершил попытку подняться на ноги, но что-то словно не позволяло этого сделать. Она явно не могла убежать, потому так отчаянно тянула руки в сторону Потрошителя, повторяя мольбы о помощи. Он сдвинулся с места, направляясь на голос. Странно было даже не обернуться, ведь кто-то, кого она звала, мог стоять прямо позади него. Нет, никого там не было. Бельфегор понимал, что сейчас лишь он может повлиять на ситуацию. Как самонадеянно. Тени сгустились, они словно накинулись на девушку, а та издала свой последний пронзительный крик. Бельфегор дёрнулся вперёд, но ремень безопасности не позволил ему подняться. Оно же к лучшему, ведь иначе он мог удариться головой. На мгновение в глазах потемнело, однако вскоре принц смог различить перед собой лобовое стекло машины, а за ним – дорогу. - Бел, с тобой всё в порядке? Мармон произнесла это, не отрывая взгляда от трассы. Голос её был спокойным, однако пальцы, вцепившиеся в руль мёртвой хваткой, выдавали её напряжение. Тут ещё Потрошитель решил подлить масла в огонь, именно сейчас его мозг решил сгенерировать ему ночной кошмар после порции транквилизатора. Она напряжённо выдохнула. Принц промолчал, он ещё не пришёл в себя, оставалось ощущение, что сон не отступил. Да и впервые ему снится что-то настолько реалистичное. Казалось, что голос той девушки до сих пор звенит в ушах. Бельфегор не видел её лица, но он запоминает голоса своих жертв, так что точно мог сказать, что ранее с незнакомкой он не встречался. Потянувшись за бутылкой воды, мужчина вдруг ощутил пульсирующую боль в голове, отчего поморщился и принял исходное положение. Очень странно, потому что головой он не бился, а подобных побочных эффектов ранее после введения препаратов он не ощущал. Хотя Мармон не смог назвать ему второй препарат, так что нельзя полностью отмести вероятность побочного эффекта. Сражаться сегодня он уже точно не сможет, не в таком состоянии. Впрочем, Вайпер на это и так не рассчитывала. Бельфегор заметил это лишь тогда, когда машина подъехала к отелю, в котором парочка варийцев остановилась. - Зачем ты приехал в отель? Этот вопрос был формальностью, просто способом выразить недовольство. Они оба понимают, что Потрошителю сейчас лучше отлежаться. - Твои способности понадобятся нам завтра, а сейчас иди и отлежись в номере. Сегодня я всё сам закончу. Мне нужно тебя проводить? Бельфегор отмахнулся от бывшего аркобалено, вылезая из машины самостоятельно. Ноги его держат, так что он сможет дойти до кровати без посторонней помощи. Не хотелось признавать, но Мармон прав, и сегодня действительно он один справится куда быстрее и лучше. - Ещё раз вколешь мне что-нибудь, и я тебя на лоскуты порежу. Иллюзионистка лишь усмехнулась. Он всегда огрызается, потому что чувствует себя паршиво в таком состоянии. Больше не в физическом плане, скорее уж он морально унижен. Только вот его слова так и остаются словами. Она покачала головой, мол, да-да, я понимаю, а потом надавила на газ и уехала, оставляя Бельфегора одного. В номере было прохладно, от этого даже дышалось как-то легче. Бельфегор замер в дверях своей комнаты, его взгляд сейчас был направлен в коридор, на дверь его напарника. Какое-то секундное помутнение, однако выйдя из него, мужчина продолжил путь до кровати. Бельфегор закрыл глаза от блаженства, когда его голова коснулась подушки. Спать уже не хотелось, но в теле всё ещё присутствовала какая-то неприятная слабость. Вария совсем не понимает той страсти, того неописуемого восторга от власти над чьей-то жизнью. Особенно остро это превосходство принц ощущает после лицезрения собственной крови. Он вспоминает своё детство, труп брата у своих ног и огромное количество крови. От воспоминаний на мгновение перехватило дыхание. Вернись он сейчас в прошлое, то сделал бы точно так же. Его Высочество закрыл глаза, намереваясь отдохнуть, но воспоминания о детской шалости вдруг перекрыло воспоминание о недавнем сне. Какая странная шутка подсознания. Потрошитель никогда не испытывал жалости к людям, для него чья-то жизнь была не дороже, чем банка колы в автомате. Так почему же он испытал страх? Для него не имеет цены даже собственная жизнь, он легко ставит её на кон, рискуя ради победы. Сейчас он испытывал раздражение от невозможности понять ситуацию, в которой тогда оказался. Это вообще глупо, всего лишь сон, игра собственного подсознания, которой руководил какой-то препарат. Бессмысленно забивать себе этим голову. Чтобы хоть как-то отвлечься, Его Высочество решил обдумать план на завтра. Ему больше нельзя допускать таких оплошностей, так как Мармон снова вырубит его этим отвратительным способом. Использовать транквилизаторы на здоровом человеке – не самый лучший вариант. Бельфегор подумал о Мармоне. Как быстро принц привык к тому, что его бывший напарник перестал помещаться в детской кроватке. Впрочем, обстоятельства возвращения оным своего зрелого тела до сих пор были покрыты каким-то мраком. Ключ и замок – это странно, словно шутка какая-то. Также Потрошитель вспомнил, что напарник упоминал о голосе, которого Его Высочество не слышал. Вроде как голос был женским. Да уж, вроде бы гений, а доходит до него медленно. Или виной всему феназипам? Бельфегор усмехнулся. Значит чудесное возвращение было ещё более чудесным, чем должно было быть. Всё проделки той рыбины. По сути это бы многое объяснило, в том числе и столь дурацкий способ освобождения от остатков проклятья. Многое, но только не то, что ключ почему-то был у Бельфегора. Можно было бы просто оставить его рядом с Мармоном. Тот, конечно, осторожен в таких делах, но вероятнее всего решил бы, что это какие-то тупые шутки напарника. Бельфегор ничего похожего раньше не проворачивал, но на сверхъестественные силы аркобалено бы подумал в последнюю очередь. Однако ключ был у принца. Значит он должен был присутствовать во время превращения. Что-то увидеть. Его как током ударило. Через пару секунд по комнате разнёсся смех Потрошителя. Он смеялся несколько минут, прерываясь лишь на жалкие попытки вобрать в лёгкие воздух. Ему не показалось, на губах аркобалено точно была помада. Но смеялся принц сейчас над собой. Какой же он иногда тормоз. Осторожно вскрыв замок в комнату тумана Варии при помощи ножа, Его Высочество приоткрыл дверь, проверяя, нет ли тут каких-нибудь приспособлений, отмечающих, что кто-то входил в комнату. Похоже, что ничего такого тут нет. Бельфегор не совсем понимал, что ищет, просто решил, что нужно проверить эту комнату. На первый взгляд тут не было ничего необычного. Просто номер в отеле. На все последующие взгляды, впрочем, тоже. Обходя комнату, принц не увидел в ней ничего примечательного. Тут даже прибрано, что не удивляет, так как в номере отеля с таким статусом уборка проходит ежедневно. Потрошитель открыл наугад пару ящиков в комоде, дверцу тумбочки, даже под подушку заглянул. Ничего особенного. Он даже несколько разочарованно вздохнул, так как без доказательств все его догадки не больше, чем пустой звук. Но тут его взгляд перескочил на дверь в ванную комнату. Бельфегор не знал, что собирается искать. Если русалка и Мармона в женщину превратила, то она бы не снабдила его услужливо парочкой женских вещичек. Да и зачем ей это делать? Его с ними не было в тот момент, она вообще не должна о нём знать. В ванной комнате было так же чисто, как в спальне. Здесь в основном были только вещи, принадлежащие отелю, за исключением разве что зубной щётки Мармона. Она была детской, с мягкой щетиной и пурпурным наконечником в виде лягушки. Наверняка она пурпурная, потому что по акции была только такая. Принц усмехнулся и уже было собирался покинуть комнату, как вдруг в поле его зрения попал невзрачный маленький чемоданчик. С этим чемоданом аркобалено отправляется на все свои миссии, но Потрошитель почему-то совсем про него забыл. Рука принца дрогнула, когда он уже почти коснулся язычка собачки на чемодане. Сейчас он сомневался, что хочет знать всё, что прячет его бывший напарник. Какая ему вообще разница? Мармон совсем не изменился ни в привычках, ни в поведении. Подумаешь, стал выше. Бельфегор не смог ответить себе на вопрос о том, что конкретно он будет делать с полученной информацией, а также сам мотив. Просто знать правду – как-то слишком натянуто. Он беспокоился, что его отношения с бывшим аркобалено изменятся. Если с Франом они никогда не могли называться приятелями даже с большой натяжкой, то Мармон был для Бельфегора больше, чем просто напарник. - Я всего лишь посмотрю. Там наверняка просто детский хлам. Это было вовсе не любопытство. Сейчас Потрошитель пытался убедить собственный разум в том, что это всё проделки русалки. В чемодане не будет ничего странного, а Бельфегор не будет подавать вида, что знает о превращении его напарника. Но всё было не так просто. Когда мужчина открыл чемодан, предварительно опустив его на пол для удобства, то его взору предстало огромное изобилие косметики. Он не разбирался в таких вещах, его взгляд цеплялся за названия, встречающиеся ему, наверное, впервые в жизни. Теперь сомнений не оставалось – Мармон не стал женщиной, он был ей рождён. Бельфегор сделал такой вывод по ряду причин. Во-первых, ребёнку, что прячет под капюшоном большую часть своего лица, просто не нужна была бы косметика, даже если допустить тот факт, что она используется лишь в качестве грима. Во-вторых, аркобалено – иллюзионист, ему не нужны какие-то дополнительные ухищрения для изменения своего образа. Естественно, у второго аргумента есть одно "но": не нужны, но не в случае, когда иллюзию нужно поддерживать постоянно. На это идёт большой расход пламени. Даже если другой иллюзионист этого вдруг не заметит, что маловероятно, пламя может исчерпаться, а иллюзия истончится. Всё же ресурс этот не бесконечный. Вдобавок Мармон плохо контролирует свои эмоции, когда дело касается его способностей. Если кто-то начнёт критиковать его работу, иллюзионист взбесится. Он очень силён, что хорошо показал на битве представителей, но постоянный расход пламени и эмоциональный всплеск исказят иллюзии. Говоря простым языком, он выдаст себя с потрохами. Поэтому грим позволит не только ослабить расход пламени, поддерживая лёгкую иллюзию, но и прикроет в случае сбоя. Мармон постоянно таскал за собой этот чемодан, потому что не мог быть полностью уверенным в том, что его зрелое тело не вернётся внезапно и в самый неподходящий момент. Ничего удивительного, иллюзионист очень расчётлив. Его Высочество закрыл чемодан и поставил его на место. Он ничего не взял, даже не копался в импровизированной косметичке. Ему не хотелось это обсуждать, не хотелось говорить Мармону о находке. Сейчас принцу нужно всё хорошо обдумать, принять эту информацию. Аркобалено ошибалась, Бельфегор не был взбешён её обманом, он был растерян. Кровать теперь не казалась такой удобной, отчего Потрошитель ворочался на ней, не имея возможности найти приятную позу. Каждый раз, закрывая глаза, он вспоминал то о кошмаре, то о чемодане в ванной комнате. Почему она не сказала ему? Значит, он действительно такой страшный человек. Дверь в коридоре отворилась, отчего Бельфегор чуть приподнялся на кровати. Она вернулась. Потрошитель постарался сделать всё так, как было до его попадания в номер иллюзионистки, так что вряд ли она что-то заметит. К тому же Мармон наверняка устала. Когда дверь в её номер закрылась, Его Высочество дотянулся кулаком до стены и слегка по ней стукнул. Через мгновение с той стороны донеслось два глухих стука. Значит всё прошло хорошо.