Город

Багровым тоном небо красит солнце, Что у подножья горизонта стелит путь. Быть может, жизнь когда-нибудь вернется В наш полу-старый мир, но лишь когда-нибудь. Ты видишь далеко вперед, ты смотришь На толпы тех, кто так спешит успеть, И осужденья взгляд ты исподлобья ловишь, Но ты не устаешь на них смотреть. Тебя не покидает дух мятежных битв, Он слышится со всех сторон, хотя уже не дышит Тот воздух, чем привыкли люди жить. Мольбу земли никто уже давно не слышит. И ощущаешь ты, что окропляет землю дождь, Который словно кровь, и небо тихо плачет. А что на деле ведь не сразу разберешь. Шутки всевышних это, и никак иначе. И словно второпях протиснешься скорей В почти пустой вагон, где остро пахнет хлебом. И позабыть захочешь время тусклых дней, Что ты провел под бледно-грязным небом. Свинцовость туч ложится темной пеленой На плечи слабые последних проходящих. Одни давно смирились со своей простой судьбой, Они все смотрят вниз, напоминая спящих. Другие слабы телом, но душа внутри легка, Как искра от костра горит, но не угаснет. Они посмотрят вверх, царапнут облака Рукой, которой зачерпнуть от неба ясность И синеву всех самых смелых и желанных грез Осмелятся, плевав на правила и старые порядки. Такие не покажут всем в округе своих слез, Такие побегут навстречу ветру без оглядки. А ты их видишь, ты живешь дыханием сердец, Тех, кто осмелился бороться с целым миром. И станет проволкой колючей надо лбом венец, Его не каждый сможет гордо вынести, как ты поныне. Имя твое, как тихий шепот на устах заснувшей, Путь твой, как в Рай дорога, долог и тернист. Но ты не жалуешься, ведь нет ничего лучше, Чем быть таким, какой на самом деле есть. И наплевать на мнение других, пусть им завидно Глядеть, как ты свободно ходишь по земле, Как ты вдыхаешь аромат чужих речей обидных И вновь смеешься над бедой своей, поэт.